— И не холодно, — довольно кивнул Михаил, сбрасывая парку. Вокруг расстилалась бескрайняя равнина: желтые пятна песка, пучки трав, редкий сухой кустарник. У горизонта, сквозь марево воздуха проступали неясные угловатые тени.

— Что-то искусственное, — предположил Четрн. — По-моему оно дымится…

— Скоро узнаем, — обрадовала спутников Лаони. — В той стороне находятся Врата. Судя по тому, как слабо они чувствуются, нам вновь потребуется транспорт.

— Тогда не будем терять времени. — Михаил первым направился к неведомым конструкциям. Слабо пересеченная местность располагала к ходьбе. Мягко пружинила трава под сапогами, мерно шуршал песок.

Путь занял несколько часов. Угловатые тени мало-помалу сложились в скопище покореженной боевой техники: клиновидные, обтекаемые аппараты с разбитыми фонарями кабин; часть из них еще горела; подобия самоходных орудий, чьи треугольной формы гусеницы, растянутые в высоту, возносили орудийные башни на пятнадцатиметровую высоту — развороченные взрывами они чадили среди воронок и гор обломков. Присутствовал на свалке и настоящий техногенный монстр — бронированный ящер метров пятидесяти длиной и высотой метров тридцать, с многочисленными нашлепками орудийных гнезд, решетчатых антенн и прочих изысков, которые по первому взгляду не идентифицировались.

— Большая, — уважительно протянул Четрн. Шагнув вперед, он выругался: носки сапог уткнулись в полузасыпанный землей труп.

Тело мертвеца облегала плотная серебристая униформа. Порванная на груди она открывала вид на чудовищную рану — ткани оплавились под воздействием… Чего?

— Обратите внимание на голову, — хмуро сказала Лаони.

Надбровные дуги солдата излишне выдавались вперед, в оскаленном рте сверкали острые клыки, яйцевидная форма черепа была далека от человеческих канонов — не слишком разительные контрасты, привыкнуть можно… Михаил поморщился: к чему привыкать?

— Это что за хетч? — Он склонился к темно-синему, рельефному диску, вросшему в правую половину груди трупа. — Куда?!

Впечатление неразрывной связи тела и диска было обманчивым. Стоило Михаилу склониться над жертвой неведомого боя, как синяя молния ударила его в грудь. Он отлетел на пару метров, мгновенно вскочил…

— Чего-то не хватает… — сказал Чет.

— Знаю! — Настройщик попытался отодрать от груди столь агрессивное устройство. Диск выпустил крохотные щупальца-ножки и вонзил их в тело носителя.

— Снимите ее!

— Как?!

— Ах ты… — Михаил рухнул в траву, перекатился сбоку набок… Его окутало облако, сотканное из молний. Не готовая встретиться с буйством энергий Лаони прервала бросок и, не удержавшись на ногах, опрокинулась на спину.

— Сейчас! — Четрн протянул руку к бившемуся на земле родственнику и вскрикнул; пальцы ударил разряд. — Как током, абыр ахун!

— Перенеси!

— Вместе с куском тела, да?!

— Мик!

Настройщик медленно поднялся в воздух, выполнил несколько акробатических кульбитов, ведомый чужой волей, и принял вертикальное положение. Резкая вспышка осветила мир. Когда иллюминация чуть снизила интенсивность, Лаони рискнула оглядеться. На крохотном пригорке стоял Михаил … или почти Михаил. Его тело, сокрытое стекловидными угловатыми доспехами, напоминало скорее грубо высеченный памятник себе, чем рядовое творение Импульса.

— Мик, — тихо окликнула Лаони.

— Занесло… — донеслось из ближайшей воронки. Чет выбрался на свет и неторопливо прошелся вокруг новоявленной скульптуры. — Мик, ты там?

— А где мне быть?! — Михаил шевельнулся. Немного подумав, хлопнул себя по боку, раздался глухой удар. — Защитное поле?

— Проверим, — Четрн метнул в родственника подобранную гайку и чертыхнулся: гайка прилетела обратно. В правом ухе торкнулась боль.

— Потрясающе, — улыбнулся Михаил. Сквозь энергетический заслон улыбка выглядела жутковато. — Теперь объясните мне… Как это, к хренам, снять?!

— Успокойся, — Лаони задумчиво оперлась на посох. — Вдруг, это те самые доспехи?

— Нет… хотя… Если изменить спектр энергий…

Изначально бесцветный защитный костюм покрыли красные разводы. Они вихрились, медленно перетекая друг в друга, таяли, меркли и вновь проявлялись. Красный цвет сменил фиолетовый, затем зеленый…

— Теперь мое.

— Смотреть больно. Новогодняя елка, а не димп, — высказался Четрн.

— Завидуй молча. — Михаил взмахом руки убрал доспехи. Подойдя к нему, Лаони коснулась синего диска.

— Сидит как влитой. Как ты его чувствуешь? — на всякий случай спросила Мистерия.

— Как руку, ногу, ухо, глаз. Никак не чувствую — просто отлаженный орган.

— Все самки твои, — согласился Чет и торопливо добавил, опережая Лаони: — Шутка юмора.

— Комик… Устроим привал, не то голод меня добьет. — Михаил осмотрелся в поисках топлива для костра.

***

— Я не буду это есть, — категорично заявил Четрн, рассматривая мелкого грызуна на вертеле. — Где ты его поймал, Защитник?

— Там, — махнул рукой Ор.

— Что, прямо там?

— Ешь.

— Тебе понадобятся силы, не привередничай, — сказала Лаони. — Мик, хвороста подкинь… Очнись, Мик.

Почесав грудь подле синей эмблемы, Михаил оторвал взгляд от груды боевого металлолома и кивнул:

— А если нам использовать один из этих аппаратов? Не все же они в хлам… Мы бы сразу решили проблему транспорта.

— Зришь в корень. — Четрн первым ухватил жаркое, горестно вздохнул и вгрызся в мясо.

Они поели, собрали нехитрые пожитки, коими успели обзавестись в новом мире, и углубились в хаос металла, дыма, камней и огня — царство мертвецов и инструментов смерти.

— Берегись! — Четрн пригнулся. Сноп искр накрыл его пологой аркой, послышался треск, что-то звякнуло… Неподалеку с коротким скрежетом дернулась гусеница самоходки.

— Любопытно… — Михаил коснулся лежавшей на земле башни. Броня немедля раскрылась лепестками, и на свет вывалился окровавленный солдат. Его пальцы сжимали приклад куцей винтовки с двумя стволами.

— Не лапай ты все подряд, — попросил Четрн. — Поверь мне, я знаю…

— Я не лапаю, просто хотел узнать… Мы же не откажемся от дармового оружия…

Нестерпимо белый луч полоснул по борту бронированного «ящера», высившегося над завалами металлолома. Видимо атака пробудила уцелевшую автоматику монстра — несколько орудий с тихим гулом пришли в движение в попытке найти цель…

Светло-голубые шары импульсных разрядов вспахали почву у самых ног Настройщика, швырнув его под бок клиновидного аппарата. Радугой блеснули доспехи.

— Идиот! — Вопль Чета перекрыл грохот. — Лаони, не высовывайся! Ор, выпускай «Санди» …

Броня «ящера» с хрустом вспучилась огромным пузырем и лопнула багровым фонтаном взрыва. Воздух прошил свист осколков.

— Не я. — Ор удивленно моргнул.

— Не ты, не ты… А ну иди сюда, Красноглазый. — Четрн вскочил, с него посыпалась мелкая галька.

Убрав защитное поле, Михаил виновато потупился:

— Палец дернулся…

— Выдрать бы тебя. — Лаони вздохнула. На миг прочувствовала свой двухвековой возраст и торопливо улыбнулась. — Но кто не без греха…

— Я. — Под внимательными взглядами троих димпов Ор развернулся и побрел прочь.

— Давай левее, к той горе, — окликнул его Михаил. — Посмотрим там.

Им повезло. Меж двух накренившихся треугольных остатков ходовой части орудия стояла практически целая машина. Слегка помятый корпус, да сеточка трещин на фонаре кабины не в счет… Надежда трепыхнулась скромным росточком в усталых телах. Поиски выматывали.

— И как нам попасть внутрь? — спросил Четрн, ни к кому особо не обращаясь.

Михаил шагнул вперед и вздрогнул, грудь кольнула искра разряда. Защитный фонарь аппарата с натужным скрипом сдвинулся назад.

— Ты осознанно, или нам повезло? — Лаони опустила посох. Магия подождет.

— Покойники. — Четрн вытянул из коконов кресел двоих солдат и отнес их в сторону. — Еще теплые.

— Умерли недавно… — Михаил внимательно изучал пульт управления: ряды кнопок, индикаторов, треугольных экранов, два углубления для пятипалых рук. Техника осталась безучастной к его вниманию — мёртвое железо в брызгах крови.