— Из этих соображений следует, что свою специфику философия, целиком зависящая от своего формального предмета, вместе с этим предметом, относящимся целиком к разряду естественного, черпает из самой себя, она подчиняется одним и тем же внутренним критериям, строго естественным или рациональным, и что, таким образом, название христианская, применяемое к философии, не относится к тому, что она образует в своей философской сущности: она не зависит от христианской веры ни в своем предмете, ни в принципах, ни в методах. — закончила я свой рассказ.

— Отлично, Орлова! Очень содержательно! Самый лучший из ответов. — стал он меня хвалить.

— Извините, профессор, можно мне водички. Во рту все пересохло, я неумышленно облизнула губы.

А он завис на этом движении, налил стакан воды и протянул мне. Я протянула руку в ответ, наши пальцы соприкоснулись и меня дернуло током. Я неосознанно прижала руку к груди, а стакан с водой полетел на брюки Белова. Вот черт. Как так-то!

— Простите, меня, пожалуйста, я не хотела! — я подскочила к нему не зная что делать дальше.

Александр Олегович резко встал и начал стряхивать воду со штанин, бурчал себе что-то под нос, а потом грозно посмотрел на меня своим пронзительным взглядом и сказал:

— Ты провалила экзамен, Орлова! Будешь пересдавать прямо сейчас! — с этими словами он медленно пошёл на меня.

— Профессор, как же так? Вы не можете меня взять и завалить на экзамене из-за того, что я вам стакан с водой на брюки нечаянно опрокинула! Это не честно! Я извинилась!

— Все честно, Орлова! Ты специально это сделала, чтобы меня отвлечь! — он медленно подходит ко мне, загоняя в угол между столом и доской.

— Хорошо, тогда я завтра пересдам экзамен со вторым потоком.

— Нет, Орлова, ты сейчас очень долго и рассудительно будешь рассказывать все, что ты выучила. — он прижал меня к столу, закинул ногу к себе на бедро. Стал медленно поднимать мою коротенькую юбочку вверх.

— Что вы делаете? Александр Олегович, остановитесь! — пытаюсь оттолкнуть профессора, но он как скала, а эти мышцы под рубашкой. ой

— Я принимаю у тебя экзамен, детка! — он впивается в мои губы горячим и настойчивым поцелуем.

— Отпустите меня немедленно! Что вы себе позволяете? — завопила я отталкивая Белова.

— Разве ты не этого хотела, девочка? Ты так на меня смотрела все эти годы. А воду на брюки ты же специально пролила, не так ведь? А губки свои пухлые так эротично облизала? Ты хочешь меня, ну признайся уже? — говоря весь этот бред профессор продолжает лезть мне под платье и уже добирается до моей груди.

— Отпустите меня, пожалуйста! Вы все не так поняли! Я вас не хочу и не так! Я вообще еще ни с кем не была!

— Ни с кем не была? С твоими то данными? Не может такого быть!

— Я доказывать не собираюсь, отпустите меня немедленно или я буду жаловаться на вас! Вы не имеете права меня заваливать по экзамену, я сдала его на отлично! Поставьте мне оценку в зачетку и разойдемся мирно!

— Какая ты шустрая, однако. — хитро улыбается, а у меня кровь стынет в жилах. — Хорошо, пусть будет по твоему. Пока! — Белов отстраняется от меня, разглаживает помятые складочки на платье и медленно проводит рукой по моему бедру. Потом отступает, берет мою зачетку и ставит в ней "отлично".

— Беги, птичка, пока я добрый. — сказав это, он шлепнул меня по попе.

— Прощайте! — какой же он наглый и самоуверенный.

— До свидания, Вероника! До свидания! — услышала я закрывая дверь кабинета с другой стороны.

Я в расстерянности и задумчивости не заметила, как в кого-то врезалась. Этот кто-то оказался Макс.

— Ну что, сдалась, детка? — с хищным прищуром спросил он.

— Экзамен сдала на отлично, а теперь пропусти, мне надо домой!

— Куда ты так спешишь, Орлова? Пошли отметим удачную сдачу всех экзаменов. Я тоже все сдал на отлично. Через пару дней у меня выпускной вечер намечается, а потом вечеринка в моем доме в честь этого. Не хочешь прийти? Будешь почетным гостем, крошка? — Макс приобнял меня за талию, а я смутилась и покраснела. Потому что вспомнила, как только что моего бедра и груди касался профессор.

— Хорошо, я подумаю, но ничего не обещаю. А сейчас, извини, мне пора бежать.

— Долго не думай, Вероника! Буду ждать звонка!

— Пока, Макс.

— До скорого, милая!

Я выбежала на улицу. Как же тут жарко, еще и лицо все горит. Мне просто необходимо остудиться и здраво помыслить.

Надо еще Оле позвонить. Мы сегодня хотели сходить в клуб. Я думаю, что это будет отличной идеей, чтобы отвлечься от того, что сегодня произошло. Но рассказывать ей я пока ничего не буду.

Я достала телефон из сумочки и набрала номер подруги. Через пару гудков услышала:

— Да, дорогая! Привет! Тебя уже можно поздравить с удачным окончанием сессии?

— Привет! Можно, поздравляй!

— Я тебя поздравляю! Когда и куда идем отмечать?

— Сегодня часиков в девять. Давай пойдем в клуб "Венера"?

— Хорошо, я только за. Туда собирается вся элита и можно подцепить достойного мужчину. — захихикала Оля мне в трубку.

— Кто о чем, а Оля о мужиках. — рассмеялася я.

— Куда же без них родимых. Я заеду за тобой пол девятого, не будешь готова, отшлепаю!

— Хорошо, буду. До встречи.

— До встречи.

За разговором я не заметила, как подошла к метро. Потом села в вагон, вставила наушники в уши и включила любимый плейлист. До дому ехать пять станций. Так что, буду наслаждаться.

— Макс, она девственница! Ты бы видел ее невинные глазки. А как она меня отталкивала. Она хотела на меня нажаловаться, представляешь?

— Ну, не всем же сразу прыгать в твою постель! Она совсем другая. Очень красивая, умная и правильная. Я так и думал, что она ещё не была ни с кем. Не смог ты, Алекс, завалить эту крошку, во всех смыслах этого слова! — ржёт надо мной друг.

— Не смог! Я жду этого три года! Как увидел ее впервые. Красотка-брюнетка, чёрное мини платье, каблуки. Кожаная косуха. Минимум косметики, а лицо такое свежее и естественное. Милая, совсем молоденькая девчушка. Зашла в кабинет села справа от меня за первую парту. Закинула ногу на ногу. А там такие чулки и белье. У меня слюни закапали. Хотелось выгнать всех и взять ее прямо там.

— Вот и я не понимаю, как она сохранила себя с такими данными. А ещё так изящно соблазняет, даже не замечая этого. Ну что, друг, сохраним наш спор? Кто первый, тот и получит десять штук и тачку второго?

— Да, я уверен, что она станет моей! — рыкнул я на Макса.

— Ну посмотрим, я уже пригласил ее на свою вечеринку! — усмехнулся Арсентьев.

— Пойдём сегодня в «Венеру»? Отметим твой красный диплом?

— Ок, Алекс, в девять у входа.

— Договорились!

— До встречи!

Мой рабочий день завершился, учебный год тоже. Я достал бутылку вермута и устроился в любимом кожаном кресле.

Вероника, дерзкая девчонка! Ты будешь моей! И больше ничьей! Я не собираюсь делить тебя даже с лучшим другом.

Хотя мы не раз устраивали небольшие оргии. И делили девушек. Это даже заводило. Но не ее.

Тем более, когда я узнал, что она ещё не тронута. Это просто подарок.

И тут в дверь постучали:

— Алекс, котик, можно войти? — промурлыкала Милана, моя секретарша и любовница.

— Что ты хотела, Мила? У меня был тяжелый день, я хочу отдохнуть!

— А я хочу помочь тебе расслабиться! — сказала она медленно подходя ко мне и расстёгивая пуговицы на блузке. Сочная налитая грудь четвёртого размера вывалилась ко мне на встречу.

Мила села передо мной на колени и стала гладить мой член через брюки. Потом расстегнула ремень и молнию, запустила руку во внутрь и вытащила просившуюся на ружу плоть.

Я сжал одной рукой ее грудь, второй стал перекатывать между пальцев возбужденный сосок.

Она вскрикнула и с наслаждением облизнула бархатную головку, а потом вобрала член на всю длину. И стала ритмично двигать головой.