© Карлин Е., 2025

© Побережская П., иллюстрации, 2025

© Велента-Гринина Т., «О книге», 2025

© Издательская группа «Альма Матер», оригинал-макет, оформление, 2025

Мое первое знакомство с данной книгой Евгении Карлин произошло в символичный период – накануне третьего дня рождения моей дочери. Это особое время, наполненное для меня бесконечно глубокими осознаниями того, что в этом мире есть Душа, столь похожая и одновременно столь непохожая на меня, привнесшая в мой мир невероятный поток хаоса, породивший совершенно новые формы жизни и контакта с собой.

Эта книга прежде всего для женщин и про женщин, независимо от статуса, возраста и периода жизни, поскольку затрагиваемые в ней вопросы будут знакомы каждой из нас. Не все женщины становятся матерями, не все матери имеют дочерей, но у всех женщин есть матери. Эта связь, через которую женщина обретает свою уникальную форму и наполненность, становится также проводником в широкий мир отношений с другими людьми и с самой собой.

Данная книга, несомненно, облегчает понимание этого сложного, тонкого и бесконечно богатого языка отношений с матерью. Языка, звучание которого мы распознаем всю нашу жизнь в мельчайших ее проявлениях, языка нашей внутренней свободы, любви к себе, права на удовольствия, красоту, любовь других людей и в конечном счете права становиться матерью, сохранять и передавать этот опыт дальше.

Эта книга также для мужчин среднего возраста, исследующих глубины своей психики в аспекте знакомства и принятия своей феминной части, дорога к которой проходит сквозь опыт взаимоотношений с мамой, осознанное проживание этой внутренней драмы длиной в целую жизнь, преодоление страха перед интуитивным, иррациональным и чувственным для достижения внутреннего баланса и по-настоящему мощной опоры на себя.

Эта книга для психотерапевтов, поскольку касается темы, имеющей неоспоримую важность в аспекте понимания природы и внутренней динамики клиентов, а также различных феноменов психотерапевтических отношений: от характера переноса до форм модификации контакта (защитные механизмы, прерывания, триангуляция в разных модальностях терапии).

Это книга-откровение, книга-приглашение к обнажению глубоких чувств, раскрытию сложных тем и принятию порой непростых решений. Автор умело сочетает в ней различные психологические теории с реальными историями женщин и историей своих личных отношений с матерью. Все это позволяет легко и с интересом следовать за мыслью, оставаясь открытым познанию своего внутреннего мира и переживаний этой темы.

В первой части раскрывается сложность и многоуровневость феномена материнства, существующего в широком поле событий: от специфики индивидуального опыта конкретной женщины до общечеловеческих представлений, отраженных в архетипических символах. Рассуждения о различиях между физическим и психологическим материнством логично перетекают в тему психологической привязанности как основы формирования невидимых уз отношений матери с ребенком, а также характеристик токсичности этих отношений.

Вторую часть книги можно сравнить с попаданием в тайную комнату отношений матери с дочерью, скрывающей невидимые простому взору процессы зарождения, развития и трансформации этой связи. Это невероятно ценный материал, которым автор щедро делится с читателем, иллюстрируя его примерами из практики и своими личными комментариями, позволяющий понять сложную амбивалентную природу дочерне-материнских чувств. Между любовью и ненавистью, слиянием и отвержением, отзывчивостью и отстранением, нежностью и агрессией, покорностью и бунтом, заботой и жадностью, завистью, ревностью и виной плетется невидимый узор отношений матери с дочерью. Этот узор становится либо прекрасным одеянием, в котором взрослеющая дочь отправляется в свое путешествие по жизни, либо сковывающей ее сетью, распутывать которую приходится долгие годы.

В особом состоянии возбуждения, присущем всему волшебному, читается глава, посвященная маминым сказкам. Это особенный язык, доступный женскому миру, который обслуживает механизм трансгенерационных процессов в семейной системе, или, другими словами, трансляцию жизненных женских сценариев, именуемых простым языком женской судьбой.

Завершается книга анализом процессов сепарации-индивидуализации в контексте взросления дочери и становления матерью. Эта глава обобщает в себе тысячи страниц текстов различных исследователей, изучавших эти непростые феномены. Она помогает определить наиболее важные точки в процессе отделения дочери от матери, и особенно его специфику в тот момент, когда дочь сама становится мамой. Феномен интернализованной матери как части психики, актуализирующийся в момент становления матерью, на мой взгляд, является очень важным акцентом данной книги, который может поддержать молодых мам в понимании, принятии и проработке своих состояний.

Наслаждайтесь неспешным чтением, проживайте, обретайте себя! Находите в своем доме полку для этой книги как символа поиска своего места в жизни и осознания своей уникальности.

Весна 2025 года. Я сижу на широком подоконнике своей рижской квартиры, смотрю на еще не распустившиеся ветви каштана и думаю о судьбе книги, лежащей рядом со мной – «Яд и мед материнской любви», вышедшей в 2022 году в издательстве «Эксмо». Эта книга очень личная для меня. Я писала ее не только как психолог, чьи клиенты чаще всего женщины, остро переживающие боль, обиду, разочарование, отчаяние, непонимание в отношениях со своей матерью. Будучи сама дочерью и мамой дочери, испытывающей те же чувства, я задаюсь вопросами об этой сложной и мощной связи и ищу на них ответы. Так что книга, которую вы сейчас держите в руках, написана не только с профессиональной, но и с личной позиции. И как показали три прошедших года, ответы на эти вопросы вместе со мной ищут многие читатели. Интерес к книге и отклики – большая ценность для меня; ведь книга живет дальше, и я могу в этот час писать предисловие к ее второму изданию. За это время книга обрела пару «Дочери и отцы. Отцовская фигура в жизни женщины», изданную в конце прошлого года в издательстве «Альма Матер». Она дополняет тему размышлений о родительском влиянии и поспособствовала изменению в изначальном названии, появлению более созвучного «Дочери и матери. Материнская фигура в жизни женщины».

Отношения дочери к матери разворачиваются под влиянием трех стремлений: «Мама, обними меня» — «Мама, отпусти меня» – «Мама, отстань от меня». В благоприятном случае отношения начинаются со слияния, выдерживают противостояние, ведут к сепарации, позволяющей дочери обрести автономию, а матери – свободу от опеки, а в конечном счете обеим – свободу жить собственной жизнью, проявляя индивидуальность. В благоприятном случае две женщины, в чем-то разные, в чем-то похожие, сохраняют или заново обретают эмоциональную близость, а их общение основывается не на чувстве долга, страха или вины, а на глубокой привязанности друг к другу и любви. Но так бывает далеко не всегда, в реальности взаимоотношения матери и дочери складываются очень по-разному.

Мои собственные отношения с мамой непростые. На протяжении многих лет я жила в тесной связи с ней, любила, противостояла, пыталась изменить, смирялась, снова боролась. Я двигалась от зависимости к свободе через сомнения и бунт, испытывая злость, вину и сожаление. Я искала способы быть собой, но оставаться с ней в контакте, училась принимать наши различия, но сохранять эмоциональную связь. Испытывая разные чувства, я переоценивала свой опыт и взрослела. Правда, потом снова периодически регрессировала. Я изучала наши отношения, пересматривала их на разных этапах, понимала, насколько одновременно и ресурсными, и ранящими они являлись для меня. Теперь я не бьюсь в попытках исправить или «исцелить» свою мать (разве что опосредованно в своем кабинете, работая с чужими матерями), равно как не идеализирую нас обеих, не сравниваю наши отношения с абстрактным эталоном. Я принимаю существующие данности с долей печали, но в целом с благодарностью, поскольку такая, какая есть, я во многом сформировалась во взаимодействии со своей мамой. Опыт нашего взаимодействия, радости и горечи лежит в основе моей личности. И я принимаю и ценю этот опыт, даже если он не был идеален, а иногда оказывался и откровенно болезненным. Ведь как извлечение кирпичей и блоков из несущих стен здания чревато обвалом самого строения, так и базовое в нас, во многом заложенное родителями, даже если мы чем-то недовольны, не может быть изъято без риска разрушения сложных личностных конструкций. Мы не можем избавиться от своего прошлого, не избавившись от самих себя. Но мы можем изменить отношение к своему прошлому и к тому, как образы наших родителей живут внутри нас.