Субъект преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 328 УК РФ, – лицо, преследующее цель избежать призыва на военную службу. Согласно Федеральному закону «О воинской обязанности и военной службе» призыву на военную службу подлежат: 1) граждане мужского пола в возрасте от 18 до 27 лет, состоящие или обязанные состоять на воинском учете и не пребывающие в запасе; 2) граждане мужского пола в возрасте от 18 до 27 лет, которые окончили государственные, муниципальные или имеющие государственную аккредитацию по соответствующим направлениям подготовки (специальностям) негосударственные образовательные учреждения высшего профессионального образования и зачисленные в запас с последующим присвоением воинского звания офицера. Решение о призыве гражданина на военную службу может быть принято только после достижения им возраста 18 лет.^[871] На военную службу не призываются граждане, которые в соответствии с указанным законом освобождены от исполнения воинской обязанности, граждане, которым предоставлена отсрочка от призыва на военную службу, либо граждане, не подлежащие призыву.^[872]

Прохождение военной службы осуществляется по призыву или по контракту. Во время прохождения военной службы граждане становятся военнослужащими в соответствии с Федеральным законом «О статусе военнослужащих» от 27 мая 1998 г.

Контракт о прохождении военной службы заключается гражданином с Министерством обороны РФ или федеральным органом исполнительной власти и предусматривает военную службу в соответствии с Положением о порядке прохождения военной службы, утвержденным Указом Президента РФ от 16 сентября 1999 г. (с изм. на 17 апреля 2003 г.).^[873]

Женщины призываются на военную службу только по собственному желанию.

Таким образом, субъект рассматриваемого преступления следует признать специальным. Часть 2 указанной статьи (ст. 328 УК РФ) содержит самостоятельный по отношению к ч. 1 состав преступления, так как предусматривает уголовную ответственность за уклонение от прохождения альтернативной гражданской службы лиц, которые освобождены от прохождения военной службы. Отношения, связанные с реализацией гражданами РФ своего конституционного права на замену военной службы по призыву альтернативной гражданской службой, регулируются Федеральным законом «Об альтернативной гражданской службе» от 25 июля 2002 г. № 113-ФЗ. В соответствии со ст. 1 данного Закона альтернативная гражданская служба представляет собой особый вид трудовой деятельности в интересах общества и государства, осуществляемой гражданами вместо военной службы по призыву, а также в случаях, когда лицо на законных основаниях освобождается от военной службы.^[874] Это является его правом в соответствии с ч. 3 ст. 59 Конституции РФ.

Объективная сторона преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 328 УК РФ, заключается в уклонении от альтернативной гражданской службы. Под уклонением, как и в ч. 1 данной статьи, следует понимать неявку гражданина без уважительных причин по повестке в военный комиссариат на мероприятия, связанные с направлением на альтернативную гражданскую службу, а также неявка гражданина к месту прохождения службы в срок, указанный в предписании, полученном под расписку.

Субъект преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 328 УК РФ, специальный: лицо мужского пола, достигшее 18-летнего возраста, которому по его личному заявлению военная служба была заменена на альтернативную гражданскую службу. Особо следует отметить, что основной дополнительный признак данного лица – освобождение его на законных основаниях от военной службы; такое лицо по личному заявлению в соответствии с Конституцией РФ и указанным выше законом обязано нести альтернативную гражданскую службу, чего нельзя сказать о специальном субъекте преступления, предусмотренного ч. 1 данной статьи. При этом указанный признак позволяет решать вопрос о квалификации уклонения от призыва на военную службу по отношению к прохождению альтернативной гражданской службы, а также в обоих случаях учитывать мотивы и специальные цели уклонения.

Важным и необходимым признаком, имеющим значение для квалификации преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 328 УК РФ, является отсутствие законных оснований для освобождения от военной службы. Преступление считается оконченным с момента неявки лица по повестке на призывной пункт в указанный срок, а также в случае получения освобождения от призыва на военную службу путем обмана. По ч. 1 ст. 328 УК РФ квалифицируются также действия лица, связанные с неявкой в военный комиссариат без уважительных причин для направления к месту прохождения военной службы. Следовательно, неявка на призывной пункт или в военкомат образует состав рассматриваемого преступления только в случае отсутствия уважительных причин у лица, обязанного по закону нести военную службу. Уголовная ответственность по ч. 1 ст. 328 УК РФ наступает и в том случае, если лицо один раз не явилось без уважительных причин на мероприятия, связанные с призывом на военную службу. Если же уклонение от призыва на военную службу, как отмечает М. П. Журавлев, связано с дачей взятки работникам военного комиссариата или членам медицинской комиссии, то эти действия должны квалифицироваться по ч. 1 ст. 328 и ч. 2 ст. 291 УК РФ.^[875]

Представляется, что данная квалификация требует некоторого уточнения в части, касающейся специального субъекта по ст. 291 УК РФ. Совокупность указанных преступлений будет иметь место в том случае, если взятка дана конкретному должностному лицу (например, военному комиссару, председателю медицинской комиссии), которое обладает признаками специального субъекта, так как не все работники военкомата и члены медицинской комиссии наделены этими дополнительными признаками, предусмотренными в примечании 1 к ст. 285 УК РФ. Данная квалификация может иметь место и при уклонении лица от прохождения альтернативной гражданской службы.

Следует согласиться с мнением Г. А. Агаева, что уголовная ответственность по ч. 2 ст. 328 УК РФ должна наступать лишь за злостное уклонение лица от прохождения альтернативной гражданской службы (неприбытие к месту прохождения службы, невозвращение из отпуска в течение длительного срока и в других случаях).^[876]

При общих различительных признаках преступлений, предусмотренных ч. 1 и 2 ст. 328 УК РФ, квалификация данных составов осуществляется и по общим основаниям, позволяющим решать вопросы уголовной ответственности за рассматриваемые общественно опасные деяния.

Уголовная ответственность за хулиганство и вандализм^[877]

Глава II

Современные тенденции борьбы с хулиганством в России

§ 1. Современное состояние хулиганства в России

Рассмотрение вопросов криминологической характеристики хулиганства позволяет дополнить общественную опасность данного преступления, которое носит распространенный характер и имеет тесную связь, чаще всего, с насильственной преступностью.

Общественная опасность, как известно, составляет материальное свойство любого преступления и является не только уголовно-правовой категорией, но и криминологической.

Хулиганство как преступление, посягающее на общественный порядок (ст. 213 УК РФ) в силу своей особенности относится к насильственным преступлениям. Не случайно в криминологической литературе отмечается, что хулиганство признается «начальной школой» преступности при этом, прежде всего, насильственной и насильственно-корыстной.^[878]

С момента своего становления, как уже раньше было отмечено, Советская власть на протяжении длительного времени вела настойчивую борьбу с хулиганством.

Однако с падением силы Советской власти суровость уголовной репрессии в отношении хулиганов стала перманентно ослабевать. Это наглядно подтверждают рассекреченные в эпоху наступившей гласности данные уголовной статистики: если в 1983 г. общее количество зарегистрированных фактов хулиганства в Советском Союзе составило 208 904 (при коэффициенте преступности на 100 тыс. населения 76,8), то уже в 1988 г. оно упало до 115 979 (коэффициент – 40,8). Правда, в 1989 г. регистрация хулиганства подскочила сразу на 22,4 %, а коэффициент возрос до 49,5. В 1990 г. количество выявленных хулиганов составило 152 419 случаев.^[879] Это была одна из последних попыток союзной власти взять ситуацию под контроль. Теперь мы знаем, что эта попытка закончилась полным крахом, правда, не таким острым, как в феврале—октябре 1917 г.