И туг она подтвердила мои худшие подозрения.

— У меня сперли буквально все украшения и деньги, — мрачно продолжала Лора. — Две шубки. Еще кое-что по мелочи, даже альбом с марками, и видеокамеру.

Так. Похоже, я все сложил правильно.

— В камере какая кассета была? — спросил я.

— Та самая, — последовал ответ. — Слава, надо что-то делать. У меня ситуация не лучше, чем у тебя.

— Ты что, тоже замужем?

— Нет… Слава, мне очень не хотелось тебе об этом рассказывать, но… В общем, еще до того, как мы с тобой познакомились, у меня уже назревал, так сказать, брачный союз. — Она усмехнулась. — Я не могу сказать, что люблю этого человека, тут, скорее всего, расчет. Ему уже под пятьдесят, но у него… Словом, если я выйду за него, то смогу бросить свою дурацкую работу и переехать из этого гадючника, где живу сейчас, в коттедж. А этот тип ужасно ревнив… Слава, мне с тобой было очень хорошо, я даже думаю, что нам можно будет встречаться и после того, как я выйду замуж… Тогда, если даже он что-то и заподозрит, будет поздно. Я уже стану претенденткой на солидную часть его барахла. А сейчас… Я даже подумать боюсь, что будет, если эта кассета вдруг начнет гулять по воровскому миру и с нее начнут делать копии! Рано или поздно она сможет дойти до него, и соврать я ничего не сумею, потому что на пленке стоит дата записи! Это мы снимали в воскресенье, а замуж за него я согласилась выйти за четыре дня до этого… Понимаешь, да?

— Почему же ты не отключила дату, если уже знала, что это занятие опасное? — с досадой спросил я, думая о том, какой я болван, что вообще согласился на эту дурацкую авантюру! Можно подумать, порнографии я не видел…

Лора сделала беспомощный жест. Что мне оставалось делать? Ругать ее, ругать себя можно до бесконечности. Да только что толку? Ладно, я болван, каких мало, из-за баб я уже не в первый раз в историю попадаю, а бабы думают только одной извилиной, да и та, все знают, где находится… Впрочем, Лора-то еще из лучших.

Я посмотрел на нее. Лора сидела на водительском сиденье, ссутулившись, нервно постукивая пальцами по рулю. Потом мой взгляд переместился на ее ноги, и я невольно подумал о том богатеньком типе, который сегодня пыхтел и дергался между этих ног. Сердце заныло. Затем вспомнил о том, что Лора, оказывается, все же не против, чтобы продолжить наш адюльтер после ее свадьбы, и сердце заныло опять. Только уже по-другому.

— Послушай, — сказал я. — А тебе никто не звонил сегодня?

— У меня же нет телефона, — сказала она. — И вообще, я сегодня все утро с ментами провела. Кстати, про видеокамеру я не стала говорить, мало ли что… Добавить никогда не поздно.

— Вполне правильное решение…

— А почему ты спросил про звонок?

— Потому что позвонили мне. Сегодня у меня «стрелка» с типом, у которого находится эта кассета.

Лора встрепенулась.

— Не может быть! Как они добрались до тебя?

— Самому интересно… Возможно, что-то узнаю от него. Уверен, он начнет меня шантажировать. Потребует денег, и не маленьких. Скорее всего, он их получит. Наверно, отдаст кассету. А потом, что тоже очень вероятно, позвонит снова и скажет, что кто-то из его приятелей без его ведома сделал с этой ленты копию на обычном видаке. И мне придется платить снова. Потому что, если я не буду платить, кассета попадет к моему тестю, а ты знаешь, кто он такой… Кстати, твой… жених, он не из этих же?

Лора неуверенно пожала плечами, прикурила новую сигаретку.

— Если надо, — глухо произнесла она, — я попробую тебе помочь. Ведь и мне это все тоже ни к чему.

Я посмотрел на часы.

— Торопишься?

— Нет, сейчас работы мало… А «стрелка» еще не скоро.

Неожиданно Лора повернула ключ зажигания. Взвыл двигатель.

— Ты куда это? — удивился я.

Вместо ответа она вырулила со стоянки, въехала во двор и, обогнув трансформаторную будку, остановила машину в глухом углу, рядом с какими-то полузаброшенными сараями.

— Я глупая, да?.. Слава, но мне тебя действительно не хватает, это я только сегодня поняла.

И она, потянувшись ко мне, издала что-то среднее между вздохом и стоном. Мы принялись целоваться так, как, кажется, еще ни разу не целовались. Я почувствовал, как ее рука скользнула мне в брюки. В долгу нельзя было оставаться — я полез к ней под юбку и почувствовал, как Лора вся задрожала…

Все кончилось очень быстро. Еще минуту мы приходили в себя, обнявшись. Потом Лора вздохнула, села на свое место и, повернув зеркало заднего вида к себе, стала чистить перышки.

— Мне тебя тоже не хватает, — сказал я. — Послушай, может быть…

— Нет. Только не сейчас. Сейчас главное — выпутаться из этой дурацкой истории. А скоро все станет проще. Мой будущий муж — человек очень занятой, все время мотается, в основном по пригородам, иногда даже ночует не дома… Словом, у нас еще все впереди.

— Так это же хорошо, — произнес я. — Но действительно, надо выпутываться. Я постараюсь сделать так, чтобы для нас обоих все сложилось полегче.

— И ты можешь на меня рассчитывать, Слава.

4. «МЕДВЕЖАТНИК» ПРИПЛЫЛ

На «стрелку» я ехал уже в почти нормальном расположении духа — не умею я долго пребывать в унынии и хандре. Даже при таких обстоятельствах. Конечно, при самом худшем раскладе эти мерзавцы могут переписать кассету (может быть, и не единожды) и потом время от времени вытягивать из меня все новые и новые суммы денег. И, что самое скверное, я не могу рассчитывать на помощь братвы, пользуясь влиянием одного из хозяев нашего города. Не могу, что тоже понятно, рассчитывать и на помощь милиции. Словом, перспектива оставалась мрачной: теперь мне придется платить, платить и еще раз платить… И до каких пор, пока не известно. Хотя понятно, что как только с Боцманом случится что-нибудь неладное, я сразу же прекращу отстегивать бабки… Правда, останется еще Лора с ее ревнивым женихом.

Лора. Мне не хотелось об этом думать, но какая-то мыслишка, мелкая и ядовитая, как змея эфа, все время скользила по извилинам. Уж не в деле ли она? Ведь снять нашу оргию на видео затеяла именно Лора, дату отключить она то ли забыла, то ли не захотела, а что касается ее личных дел — то что я о них знаю? И посыплется часть моих денег Лоре в карман, а то она все страдает, что никак не может поставить себе телефон — не хватает финансов… Правда, тачка у нее не из самых дешевых, да и живет отдельно, а в наше время (да и не в наше тоже) такое далеко не каждая молодая женщина может себе позволить. Впрочем, ей вроде бы все равно съезжать с той квартиры…

Недалеко от так называемого супермаркета «Скорпио» стояли три или четыре разномастных автомобиля. Но синей «Лады» восьмой модели я что-то не приметил. Но когда припарковался рядом с другими машинами, «восьмерка» неожиданно тут же встала рядом.

— Ты Рулевский? — послышался вопрос. А задал его тип, сидевший за рулем, — стриженый крепкий мальчишка с расплющенным носом.

Но днем по телефону голос был явно не его.

— Ну, я — Рулевский. А ты кто?

— Сергей. Пересаживайся ко мне, поехали.

Так. На это я не рассчитывал.

— Мы так не договаривались.

— Слушай, мужик, я ничего не знаю. Мне велено встретить тебя тут и привезти на место. Не поедешь — не надо. Мне только велели напомнить тебе про какую-то кассету и сказать, что если ты не поедешь, они пошлют ее куда надо…

— Хорошо, поехали. — Действительно, какого черта я артачусь? Не убьют же.

Стриженый погнал машину в центр города. Но, не доехав до метро «Красный проспект», свернул в сторону Ипподромской, покрутился там, а потом вырулил через Плехановский к Калининскому универмагу и, не доезжая «Богданки», остановился на стоянке напротив гастронома рядом с белоснежным «Мерседесом-300».

— Приехали. Перелазь.

Все было ясно. Парень покружился, посмотрел, нет ли за нами милицейского или еще какого «хвоста», и, когда убедился, что все в порядке, привез меня на настоящую «стрелку».

Делать нечего. Из «жигуля» я перелез в «мерс» — заднюю дверцу для меня услужливо отворили изнутри.