— Ещё слякоть будет, — Ирина пошаркала ногой по первому снегу.

Какие у меня разные подруги. Саша везде старается видеть позитив, пампушка же начинает с негатива.

Я позавтракала быстро и ушла, под удивлённый взгляд Ирины, не было желания ей объясняться, пусть Александра за меня выкручивается.

Пришла я к зданию администрации за пятнадцать минут до заседания, решила перевести дух. Люди заходили в двери, не знала просто, они идут на работу или здесь есть судьи. Да, я их так воспринимала, ведь они будут судить меня по моим достижениям. Но тянуть было уже нельзя.

Показала пропуск на входе, приглашение на заседание, разделась в гардеробе. Хотела уже спросить, куда мне идти, как в фойе появилась Стелла Константиновна.

— Доброе утро, Анастасия! Отлично выглядишь, — женщина подошла и взяла меня за руку. — Не волнуйся ты так, всё будет хорошо.

Не сказать чтобы я сильно волновалась, только чуть ноги подгибались. Мысленно хохотнула. Не хотела успокаивать себя искусственно, чтобы не выглядеть равнодушной, пусть видят, что я простой гениальный ребёнок.

— Пошли, — Стелла глянула на часы и пригласила меня.

Комната заседаний находилась на первом этаже в самом конце коридора, там были открытые двери. Как только я зашла, преподавательница закрыла за мной дверь. Я оказалась в большой комнате, в которой дугой располагался большой стол, больше похожий на подкову. Там уже сидели десять членов совета, а во главе с Рокотовым, собственной персоной. Он находился далеко, но я заметила лёгкую улыбку.

Я сделала несколько шагов вперёд. Паркет был выложен в виде крупного геометрического рисунка, в центр одного из сегментов я и встала, почувствовав себя спокойно, словно в защите.

Со своего места поднялась женщина-секретарь.

— Рассматривается ходатайство ректора профессора Рокотова Юрия Андреевича к Академическому Совету о досрочном переводе студентки первого курса Анастасии Павловны Юсуповой на второй курс. В связи с выдающимися успехами означенной студентки в освоении учебной программы первого курса.

Секретарь села.

— Прошу высказать своё мнение. Профессор Камила Семёновна Барнэ, — предложил ей Рокотов. Я с удивлением заметила, что одна из ближайших ко мне преподавателей оказалась хореограф, в нетипичном для неё тёмном костюме, поэтому я не сразу её узнала. Так она ещё и профессор, интересно какой профиль? Не о том я думаю.

— Я ознакомилась с достижениями Анастасии Павловны и не имею ничего против перевода её на второй курс, — высказалась коротко.

Дальше была очередь плюгавого мужчины Самуэля Евграфовича, видела его в первый раз, и смотрел он на меня как на вошь.

— Я против. Достижений в учёбе нет. Табель об успеваемости не блещет отличными оценками. Она не потянет второй курс. Вы готовы её тянуть? Не вижу смысла. По результату сессии и вынесем решения, не понимаю спешки.

— Успеваемость не показатель, — вступился мужчина напротив. — Прошу брать во внимание и тот факт, что она ведёт исследовательскую группу старшекурсников и двоим помогает с дипломными проектами.

— В том-то и дело, что помогает. Проекты ведёт Стелла Константиновна Милонас, а она, наверное, ручку ей подаёт, — вот же мелкий вонючий клоп, прямо сейчас захотелось ему запустить какой-нибудь деструктор.

— Прошу воздержаться от оскорблений! Только по существу! — повысил голос Рокотов.

— Здесь ни слова оскорбления. По существу: я против!

— Я за перевод Анастасии Юсуповой, — высказался мужчина, сидящий рядом с клопом. — Чего только стоит её методичка по усовершенствованию магической сети.

— Какая методичка? Над ней работала целая исследовательская группа! — брюзжа слюной высказалась женщина, клон бывшего ректора. Такая же крыса, только моложе. — Правильно сказал Самюэль Евграфович, нет у неё достижений. Они все похожи на случайные идеи, над которыми потом работала группа во главе с уважаемым, ныне покойным, Алексеем Тимофеевичем. Он, наверное, в гробу переворачивается оттого, что его достижения приписывают какой-то девчонке!

— Вы ей ещё создание магической формулы припишите, — не унимался Самуэль-клоп.

А вот это задело. Первый порыв был создать перед их носом ключ, но глянув на окаменевшего Рокотова, который едва заметно помотал головой, я остыла. Правильно, нечего им знать истину. Но я сделаю всё, чтобы они одни из последних получили ключ. Я слегка кивнула, чтобы ректор успокоился. Но внутри всё рано бурлила злость.

Не знаю, как обычно проходили заседания, но сейчас это походило на базар. Смотря на вонючку, не могла избавиться от желания напакостить. Намерения подогрели его навязчивые движения, которыми он постоянно поправлял волосы. Заведя руки за спину, создала деструктор, влила энергию и поставила на медленное действие. Вернула руки вперёд, запустив проклятие в жертву. Теперь он начнёт лысеть, медленно и неумолимо. Ибо нечего на меня напраслину нести.

Посмотрела на его сотоварку, она продолжала злобно брызгать слюной, споря с моими защитниками. Тоже сделать лысой? Нет, это слишком жестоко для женщины, даже такой, а вот усики ей пойдут, научится работать с бритвой. Возьмёт уроки у своего подельника.

Опять завела руки за спину, такие движения никого не удивят, я просто нервничаю. Через несколько секунд в крысу полетел деструктор с оволосением. Поняла, что впопыхах забыла поставить на маленькую скорость, и зона была великовата, но уже не вернуть, так как придётся притрагиваться к ней. Снимать деструкторы дистанционно я пока не могу. Ждём усатого и бородатого профессора через несколько дней. От проделанного я прыснула под нос. Плохая девочка Настя, ой плохая…

Подняв смеющиеся глаза на Юрия Андреевича, встретила спокойный взгляд, значит, всё идёт по плану.

— Господа, тишина в зале! — Рокотов решил остановить базар. — Я вижу, тема для вас горячая. Давайте приступим к голосованию, а потом сможете продолжить. Кто за перевод Анастасии Павловны Юсуповой на второй курс?

На удивление поднялось аж шесть рук, на что ректор улыбнулся.

— Против? — трое особо рьяных. — Один воздержался, — им была клевавшая носом женщина. Похоже, она не понимала, где находится.

Опять встала секретарь.

— Решением Академического Совета под председательством ректора профессора Рокотова Юрия Андреевича, студентка первого курса Юсупова Анастасия Павловна переводится на второй курс.

— Поздравляю вас! — Рокотов встал и слегка поклонился. — За разъяснением обратитесь к заведующей кафедрой Целительства и Алхимии Стелле Константиновне Милонас. Можете идти.

— Спасибо, уважаемый Совет, — тоже поклонилась и вышла. Как только дверь закрылась, я услышала голоса, обсуждение возобновилось.

— Поздравляю! — Стелла на эмоциях обняла меня.

Дверь опять открылась, и появился Юрий Андреевич.

— Ну что, юное дарование, этот препон мы прошли. Приказ будет готов после обеда, но сегодня можете отдыхать, нечего вам к неудачникам возвращаться, — на его слова я тихо рассмеялась. — Так, завтра зайдите ко мне… а нет, занятия же. В четверг жду вас, как обычно, кое-что надо обговорить.

Не стала задерживаться, покинула администрацию. У всех сейчас начнутся занятия, а у меня образовался выходной. Но возникло ощущение пустоты, я просто не знала, чем заполнить такую прорву времени. Как чем? У меня есть три часа на работу, и это только до обеда.

Быстро вернулась домой и сразу приступила. Если так пойдёт, то сегодня к ночи могу закончить матрицу. Потом посмотреть реакцию сети и вживить. Уже не терпится получить полноту возможностей.

* * *

По пути на обед обдумывала, что отвечать, если Ирина начнёт задавать вопросы по поводу отсутствия на занятиях. К моему облегчению их не последовало. А вот Александра «спросила», лёгким движением головы:

«Ну как?» — небольшое волнение.

«Всё отлично!» — чуть кивнула и улыбнулась.

«Поздравляю!» — радость в глазах.

Вопрос от пампушки последовал, только когда я не пошла на занятия. Но мои объяснения были привычные, поэтому она только недовольно скривила рот и пошла одна.