Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Автор – Я. Л. Шляпочник – на основе многолетнего опыта разработки и внедрения алгоритмических стратегий в компании «Алго Капитал» систематизирует подходы к построению торговых систем, охватывающих широкий спектр инструментов и рынков. Представленные материалы формируют теоретическую базу и практические рекомендации для исследования и применения алгоритмических методов в современной финансовой индустрии[10].

Глава 1

История алгоритмической торговли на фондовом рынке

Алгоритмические торговые системы на фондовом рынке - i_004.jpg

1.1. Ранние разработки

Автоматизация обработки торговых заявок на финансовых рынках начала активно развиваться в 1970-х годах с внедрением Нью-Йоркской фондовой биржей системы Designated Order Turnaround (DOT)[11]. Данная система обеспечивала передачу рыночных и лимитных ордеров в электронном формате непосредственно биржевым специалистам.

В 1984 году система DOT была заменена усовершенствованной версией SuperDOT[12], что позволило расширить функциональные возможности электронного доступа и ускорить процесс исполнения заявок.

На этапе открытия торгов была внедрена служба автоматизированной отчётности Opening Automated Report Service (OARS), предназначенная для предварительной обработки поступающих заявок до начала торговой сессии[13].

В дальнейшем получила распространение технология Smart Order Routing (SOR), обеспечивающая автоматический поиск наилучших цен на финансовые инструменты с целью минимизации времени исполнения ордеров и торговых издержек[14].

Появление полностью электронных рынков стало предпосылкой развития программной торговли. Программные стратегии применялись для автоматизированного входа и выхода из позиций с учётом рыночных параметров и заранее заданных правил[15].

С 1980-х годов программная торговля активно использовалась в стратегиях индексного арбитража и динамического формирования синтетических опционов на портфели фондовых активов с применением дельта-хеджирования, основанного на модели Блэка—Шоулза[16].

Программная торговля рассматривалась в экспертных отчётах, включая доклад Комиссии Брэди, как один из факторов, способствовавших краху фондового рынка в 1987 году[17]. При этом убедительных эмпирических доказательств определяющего влияния компьютеризированной торговли на рыночные обвалы представлено не было, и дискуссии по данному вопросу продолжаются[18].

С 2009 года система SuperDOT была заменена платформой Super Display Book (SDBK)[19], а впоследствии – универсальной торговой платформой Universal Trading Platform (UTP)[20].

1.2. Предпосылки возникновения торговых систем

Разработка модели ценообразования опционов Блэка—Шоулза в 1973 году стала важным этапом в развитии количественных методов на финансовых рынках[21]. Данная модель позволяет оценивать стоимость европейских опционов на основе предполагаемой волатильности базового актива[22].

Ф. Блэк и М. Шоулз показали, что динамическая стратегия пересмотра портфеля способствует снижению инвестиционного риска[23]. Дальнейшее расширение модели, выполненное Робертом С. Мертоном, легло в основу современной теории ценообразования производных финансовых инструментов[24].

1.3. Совершенствование и развитие фондовых рынков

В 1990-х годах получили развитие сети электронной связи (Electronic Communication Networks, ECN), позволившие осуществлять торговые операции за пределами традиционных биржевых площадок[25].

В 2001 году в США была внедрена десятичная система котирования, в результате чего минимальный шаг цены сократился с 1/16 доллара до $0,01[26]. Это способствовало росту рыночной ликвидности и ускорению развития алгоритмической торговли.

Использование методов TWAP и VWAP стало стандартной практикой при распределении крупных торговых ордеров[27].

В 2005 году Комиссия по ценным бумагам и биржам США (SEC) внедрила Национальную рыночную систему управления, усилив требования к обеспечению наилучшей доступной цены исполнения сделок[28].

1.4. Искусственный интеллект и его влияние на финансовую индустрию

Методы искусственного интеллекта (Artificial Intelligence, AI) и машинного обучения (Machine Learning, ML) применяются для анализа больших массивов данных и поддержки процессов принятия инвестиционных решений[29]. Технологии глубокого обучения (Deep Learning, DL) и обучения с подкреплением (Deep Reinforcement Learning, DRL) позволяют выявлять сложные нелинейные зависимости и формировать автономные торговые стратегии[30].

Примеры самообучающихся алгоритмов, включая AlphaGo Zero компании DeepMind, демонстрируют потенциал автономного обучения без использования предварительно размеченных исторических данных, что указывает на возможности дальнейшего развития интеллектуальных торговых систем[31].

Алгоритмические торговые системы на фондовом рынке - i_005.jpg

Рис. 1. Пример применения AI/ML в алгоритмической торговле

1.4.1. Понятие искусственного интеллекта

В научной и профессиональной среде продолжаются дискуссии относительно содержания и границ понятий искусственного интеллекта и машинного обучения. AI представляет собой совокупность методов и технологий, основанных на использовании больших массивов данных, значительных вычислительных ресурсов и алгоритмов машинного обучения, предназначенных для решения задач различной степени сложности[32]. Системы AI способны выполнять как формализованные, так и слабо формализованные задачи, а в ряде случаев – адаптироваться к изменяющимся условиям на основе накопленного опыта, имитируя отдельные элементы человеческого обучения и принятия решений[33].

Машинное обучение (Machine Learning, ML) рассматривается как одно из ключевых направлений искусственного интеллекта. Оно фокусируется на разработке алгоритмов и моделей, которые анализируют большие объёмы данных, выявляют устойчивые закономерности и используют их для формирования прогнозов и поддержки процессов принятия решений[34]. В отличие от традиционных алгоритмических подходов методы машинного обучения предполагают не жёстко заданные правила, а адаптацию модели на основе эмпирических данных, что позволяет применять их для прогнозирования будущих событий в условиях неопределённости[35].

вернуться

10

Банк России. Обзор рынка инвестиционного консультирования в Российской Федерации. – М.: Банк России, 2022. – 68 с.

вернуться

11

International Organization of Securities Commissions. Guidance on Automated Investment Advice. – Madrid: IOSCO, 2017. – 44 p.

вернуться

12

Банк России. Требования к программным продуктам, используемым при инвестиционном консультировании: информационное письмо. – М.: Банк России, 2021. – 32 с.

вернуться

13

Organisation for Economic Co-operation and Development. Artificial Intelligence in Society. – Paris: OECD Publishing, 2019. – 290 p.

вернуться

14

Provost F., Fawcett T. Data Science for Business. – Sebastopol: O’Reilly Media, 2013. – 414 p.

вернуться

15

Ernest P. Chan. Quantitative Trading: How to Build Your Own Algorithmic Trading Business. – Hoboken: John Wiley & Sons, 2004. – 288 p.

вернуться

16

Damodaran A. Investment Valuation: Tools and Techniques for Determining the Value of Any Asset. – 3rd ed. – Hoboken: John Wiley & Sons, 2012. – 992 p.

вернуться

17

Kahn R. N. Financial Risk Management for Asset Managers. – New York: McGraw-Hill, 2015. – 432 p.

вернуться

18

Sironi P. FinTech Innovation: From Robo-Advisors to Goal Based Investing and Gamification. – Chichester: John Wiley & Sons, 2016. – 264 p.

вернуться

19

Davenport T. H., Ronanki R. Artificial Intelligence for the Real World // Harvard Business Review. – 2018. – Vol. 96, No. 1. – P. 108–116.

вернуться

20

Brynjolfsson E., McAfee A. The Second Machine Age. – New York: W. W. Norton & Company, 2014. – 336 p.

вернуться

21

Gomber P., Kauffman R. J., Parker C., Weber B. On the Fintech Revolution // Journal of Management Information Systems. – 2018. – Vol. 35, No. 1. – P. 220–265.

вернуться

22

Arner D. W., Barberis J., Buckley R. P. The Evolution of Fintech // Georgetown Journal of International Law. – 2016. – Vol. 47. – P. 1271–1319.

вернуться

23

Jordan M. I., Mitchell T. M. Machine Learning: Trends, Perspectives, and Prospects // Science. – 2015. – Vol. 349, No. 6245. – P. 255–260.

вернуться

24

Bohnert A., Fritzsche A., Gregor S. Digital Transformation in the Insurance Industry // Geneva Papers on Risk and Insurance. – 2019. – Vol. 44. – P. 327–347.

вернуться

25

Dal Pozzolo A., Bontempi G., Snoeck M. Adversarial Drift Detection // IEEE International Conference on Data Mining. – 2014. – P. 210–219.

вернуться

26

Wedel M., Kannan P. K. Marketing Analytics for Data-Rich Environments // Journal of Marketing. – 2016. – Vol. 80, No. 6. – P. 97–121.

вернуться

27

Altman E. I. Financial Ratios, Discriminant Analysis and the Prediction of Corporate Bankruptcy // Journal of Finance. – 1968. – Vol. 23, No. 4. – P. 589–609.

вернуться

28

Jung D., Glaser F., Kopplin W. Robo-Advisory // Electronic Markets. – 2019. – Vol. 29. – P. 355373.

вернуться

29

Narayanan A., Bonneau J., Felten E., Miller A., Goldfeder S. Bitcoin and Cryptocurrency Technologies. – Princeton: Princeton University Press, 2016. – 336 p.

вернуться

30

Schwab K. The Fourth Industrial Revolution. – Geneva: World Economic Forum, 2016. – 184 p.

вернуться

31

Goodfellow I., Bengio Y., Courville A. Deep Learning. – Cambridge: MIT Press, 2016. – 775 p.

вернуться

32

Financial Action Task Force. Opportunities and Challenges of New Technologies for AML/CFT. – Paris: FATF, 2021. – 64 p.

вернуться

33

Arner D. W., Buckley R. P., Zetzsche D. A. FinTech, RegTech and the Reconceptualization of Financial Regulation // Northwestern Journal of International Law & Business. – 2017. – Vol. 37, No. 3. – P. 371–413.

вернуться

34

McKinsey Global Institute. Artificial Intelligence: The Next Digital Frontier? – New York: McKinsey & Company, 2017. – 75 p.

вернуться

35

World Economic Forum. The Future of Financial Infrastructure. – Geneva: WEF, 2018. – 160 p.

2
{"b":"966780","o":1}