— Пока да, ждём докладов наблюдателей.

Народ вёл себя спокойно, чувствовалось, что для мужиков это не первая засада с предстоящей пальбой. Спокойствие, правда, чисто внешнее, — как бы ни был ты опытен, а привыкнуть к стрессу огневого контакта невозможно, инстинкт самосохранения берут своё.

Минут десять ничего не происходило.

Данька вернулся один, толкая перед собой пустую тачку, и сообщил, что всё идёт ровно, без эксцессов. Теперь он о чем-то переговаривался с Александром по радио, а опытный Ной, участвовавший во многих стычках, расстелив на земле толстый матрац, лежал, задумчиво глядя в серое небо, и что-то тихо напевал себе под нос. Его автомат с подствольником стоял рядом, прислонённый к старой изогнутой яблоне. Костя, молодой сибиряк из далёкого Томска, колдовал над котелком с пакетами химического нагрева. Скоро у нас будет горячая гречневая каша с тушёнкой. Если бандиты дадут нам время похавать, конечно. Не шашлык, да уж…

Время шло, а я бездельно сидел и слушал улицу, поглядывая в сторону дома Перейры. Оттуда то и дело раздавались всплески звонких детских голосов, а со стороны открытой дворовой кухни доносилась негромкая музыка из «Смешариков», где забавные мультипликационные герои пели бравую песенку о том, что они дойдут, доплывут, доползут в город Омск.

Линна продолжала беззаботно болтать в эфире, нарочито выдавая место аварии. Интересно, жена этого бабника его сладкие речи слышит? Но и Лидия Аркадьева Ковтун не плошала, манерничая во всю катушку. «Ах, вы же видите, сударь, перед вами утончённая блондинка с томиком стихов, а не специалистка по ремонту ходовой! Какие ещё шины? Я вся такая бродская… Вся довлатовая такая… Такая достоевская вся. И вы серьёзно предлагает даме пробираться через колючие кусты на каблуках? Ах, да в уме ли вы, милый друг? Уж лучше подожду вас здесь, в кабриолете». А ведь с этого открытого участка между двумя тоннелями действительно на машине в сторону не выбраться. Пешочком придётся, пешочком. В общем, живая приманка качественно играла свою роль — приходи, забирай.

То и дело раздавались короткие переклички садовых пташек, на которые осторожно реагировал тихим лаем хозяйский пёс. Это не было похоже на безобидную ругань пернатых с мохнатым, животные тоже тревожились. Неужели чувствуют приближение опасности? Своего кота я на этот раз оставил дома, не хочу, чтобы зверь попал под шальную пулю, а на привязи его держать нет смысла. Да он и не дурак, сразу забьётся куда-нибудь.

По примеру Данилы сегодня я тоже надел спортивный костюм серого цвета. Нет, не из тех памятных, что были в моде у гопников девяностых, хотя мне лично та одёжка и нравится своей тянущейся мягкостью, а вполне современный, сшитый из высокотехнологичных материалов, предназначенный для прогулок в горах с элементами экстрима. Таких комплектов на полках профильных магазинчиков Красной Поляны и Адлера лежит много, на любой вкус и задачу, это же не камуфляж, никто их не берёт.

А камуфляж в наше время предназначен для пряток от людей. Зверю ваши крутые цифровые и прочие расцветки в девяноста процентах случаев по бубну, он вообще не глазами местность сканирует, тем более в городе… Не обманывайтесь, оленю или собачке вы смешны, эти опытные следопыты неуклюжие человеческие движения на асфальте за километр услышали, а на природе за полкилометра почуяли вашу химическую и прочую вонь. С направлением ветра надо работать, вот что я вам скажу, с запахами и поступью, а не с камуфлом. Если же вы движетесь на авто, то можете считать, что об этом знает всё зверьё в радиусе пяти километров.

Охотничий камуфляж, пожалуй, может обмануть боровую и прочую птицу, те гораздо глупей млекопитающих, пернатые больше надеются на глаза. Всё, больше камуфляж на охоте и рыбалке не нужен, а в городе, даже постапокалиптическом, движущийся на фоне белой или серой стены растительный орнамент вообще противопоказан. Настоящие засады в охоте очень редки. В городской черте стоит использовать спокойную ровную одежду, однотонную. Этого вполне достаточно.

Вот и ещё пять минут пролетели в коллективной задумчивости, все нюхали и глотали слюну.

— Командир, да, чуть не забыл, извини… — наконец произнёс Данька. — Гарник сказал, что где-то поблизости серый бродит, он на дереве поблизости нити нашёл.

Пошли секунды полной тишины.

— Почему сразу не доложил, разгильдяй? На базе наряды выхватишь, ты понял? Рассказывай, — тут же приказал я, оглядываясь на пустой переулок с нахлынувшей новой тревогой и ощущением того, что сейчас с боков полезут очередные неприятности. Зараза, опять серый…

— Я ведь извинился!

— Да иди ты! Всем наблюдать по сторонам! Встали! Слышали? Сам как думаешь, Данила?

— Он здесь, Викторович, нитки совсем свежие, ещё к пальцам липнут, верный признак, — достаточно напряжённо ответил младший Манченко, и голос у него при этом стал такой, как будто он только что увидел поблизости доисторическое чудовище.

Нельзя было сказать, побледнел юный рейнджер, или нет, парень стоял в тени яблони. Здесь вообще света мало, тем место и приглянулось. Да и не понять, чего он больше опасается: серых или предстоящих нарядов вне очереди? Мне показалось, что я слышу тревожный стук его сердца, как и дыхание прислушивающихся к нашему разговору друзей. И эти нервические звуки, отражаясь от выбеленных извёсткой стен уютного одноэтажного домика, усиливались, как в стетоскопе.

Потряс головой.

Растерялся, что ли, Гарик?

Опять непонятные гости… Последний раз я видел серого в Курортном городке, когда мы неделю назад забирали одну семью из мини-отеля «Арли», что стоит рядом с многоэтажным корпусом пансионата «Фрегат». Привидение появилось почти прямо передо мной. Не успел я подойти по аллее вплотную к зданию, как в окне второго этажа, появилось и тут же исчезло страшное лицо-маска, обрамлённое чем-то похожим на серый капюшон. Меня, помню, сразу прошиб холодный пот. Тут же отбежав назад, я остановил рукой наших, группа рассыпалась, начав обходить здание и стараясь держать под контролем все выходы. Страсть как не хотелось связываться с мистической неизвестностью, приходилось себя заставлять, я не мог смириться с присутствием на моих землях сторонних или даже потусторонних сил.

Внутри опустевшего пансионата после улицы было очень темно, отвыкли мы работать в помещениях. Застыв в коридоре второго этажа, минуту слушали, а потом двинулись к отмеченному номеру. Гарник шёл чуть впереди с пистолетом в руках, и мне было заметно, как ствол кидало из стороны в сторону от рефлекторного вздрагивания. Поверьте, это очень страшно, идти с обычным огнестрельным оружием против нечистой силы.

Ба-бах!

— Что там? — крикнул я, переводя укорот.

— Сабур, пацаны! Словно над полом пролетел! — крикнул Ной, отскакивая на два шага назад.

— Кто?!

— Кто-кто… Это серое чудовище, которое на человека похоже, в плаще с капюшоном, — шепот не мог спрятать резко усилившийся акцент в голосе армянина. — А я ведь бабам не верил…

— Будешь верить. Где он? — выдохнул я, отстраняя его в сторону. Он сглотнул и непонятно показал пистолетом, затем выглянул за изгиб коридора, но моя рука сразу вытянула его оттуда за ворот куртки.

— Так. Даня, скажи нашим, чтобы пасли лучше.

— Да и хрен бы с ним, командир, — ответил юный морпех, — валить надо отсюда пулей!

— Нет. Сейчас проверю, — пообещал я, высовываясь сам.

— Оно за угол заскочило, туда-сюда, клянусь мамой, — взволновался за моей спиной Гарник. — Словно птица! Над полом, низко, прямо почти лёг! Привидение, клянусь! Как свет от моего фонарика увидел, так сразу исчез, такой он чёрт жи есть…

— Может гранатой проверим? — неуверенно подал голос Данила.

Дзынь! Звяк! Этот громкий звон разбитого в конце длиннющего коридора оконного стекла сообщил нам о пути бегства неприятеля. В общем, проворонили мы его тогда…

Страшно это всё… Мужики потом ещё несколько раз его видели, кто где. Это такое существо… я не знаю, как описать. Ростом с человека, только руки длинные, до колен и очень худое, что не может скрыть даже развевающийся на бегу «плащ». То «волосы» от него находили, то характерные вытянутые и узкие следы босые. Лично мне все эти истории очень не нравились и сильно пугали, особенно поначалу, пока все не обвыклись, что на театре военных действий появился ещё кто-то. Чего только не было на этой межцивилизационной войне, но с такими вот чудовинами люди ещё не стакивались.