Есть заказчик — западные спецслужбы. Есть выгодополучатель — ФЦИ. Есть исполнители — пятая колонна среди собаководов во главе с Е. Л. Ерусалимским. Есть покровители среди правительства СССР (затем — РФ), которые сами являлись пятой колонной и действовали по команде американских советников. Процесс по демонтажу системы советского собаководства пошёл так же успешно, как по демонтажу советской промышленности.
Ерусалимскому необходимо было обосновать полезность вступления СССР в ФЦИ и необходимость монополизации советского собаководства для этой цели. Надо отдать ему должное: он говорил всегда очень убедительно, мог легко привлечь на свою сторону человека, не очень разбирающегося в этом вопросе. О чём-то сознательно умалчивал, о чём-то говорил неточно, а о чём-то вообще лгал. Информационные войны придумали ещё до него.
Вот что он потом написал в статье «РКФ. История и предыстория»[34]:
В 1989 году энтузиасты из служебного, охотничьего и любительского собаководств подняли на ВКС вопрос о необходимости вступления в FCI. Членство в FCI позволило бы легализовать в мире родословные на собак отечественного разведения, открыло бы возможность их участия в международных выставках, предоставило бы право на получение титулов международных чемпионов и сделало бы правомочным судейство российских экспертов за рубежом. ВКС поддержал эту инициативу.
Однако для вступления в FCI недоставало наличия признанной государством единой национальной кинологической организации, которая имела бы общую базу данных и централизованно выпускала родословные. Кроме того, деятельность такой организации должна была соответствовать Уставу FCI, положениям о племенной и выставочной работе и о судьях.
Всесоюзная федерация любительского собаководства (ВФЛС) была создана 15 апреля 1990 года на Учредительной конференции, собравшей представителей любительских обществ из всех советских республик. Был принят Устав, избран президиум, а также принято решение об участии ВФЛС в создании Всесоюзной кинологической федерации (ВКФ), которая и была образована 25 мая 1990 года.
А вот что пишет А. Михайлов, один из нынешних руководителей РКФ[35]:
К концу 80-х годов прошлого века СССР, как кинологическая держава оказалась изолированной от мирового сообщества собаководов, которое объединилось в рамках Международной кинологической федерации (FCI), созданной в 1911 году.
Эта изоляция означала непризнание советских родословных, советских экспертов, результатов советских выставок, испытаний и состязаний. В этой связи наши собаки не могли участвовать в выставках и состязаниях, а экспорт собак отечественного разведения мог осуществляться на грабительских условиях, т. к. происхождение собак определялось в ФЦИ, как неизвестное. В таких условиях невозможен был равноправный обмен племенным поголовьем, необходимый для совершенствования генофонда.
Кроме того, советские эксперты не имели права судить на выставках в системе FCI.
Таким образом, актуальной была задача обеспечения международных прав отечественных собаководов, поднятия престижа страны в области собаководства, которое по существу своих достижений к этому времени находилось на большой высоте.
Для вступления СССР в FCI необходимо было, чтобы в стране существовала всесоюзная кинологическая организация, объединяющая все породы собак. К тому же по Уставу FCI в ее члены могла быть принята только одна организация от страны. Такой организации в СССР не было, так как на протяжении всего советского периода отечественное собаководство развивалось по трем самостоятельным направлениям: охотничьему, служебному и любительскому.
Для образования такой организации в мае 1990 г. была проведена Учредительная Конференция по объединению Всесоюзного кинологического совета по охотничьему собаководству, Всесоюзной федерации служебного собаководства и Всесоюзной федерации любительского собаководства в рамках Всесоюзной кинологической федерации (ВКФ). Устав ВКФ был зарегистрирован в Минюсте СССР в начале 1991 г.
В июне 1990 г. от имени ВКФ было подано заявление о вступлении в FCI.
Не буду даже останавливаться на откровенной лжи по поводу невозможности участия советских собак на выставках ФЦИ (достаточно просмотреть кинологические издания времён перестройки с впечатлениями советских участников выставок ФЦИ или раскрыть каталоги этих выставок). Прежде всего, обращаю внимание, что единственной заявленной целью создания ВКФ, а затем РКФ было вступление нашей страны в ФЦИ. При этом никто даже не пытается утверждать, что вступление в ФЦИ должно было способствовать развитию в СССР охотничьего и служебного собаководства. Нет даже намёков на то, что после вступления в ФЦИ мы сможем улучшить качество советских собак и квалифицированность советских специалистов. Наоборот, из текста следует, что наши специалисты и собаки весьма высокого качества, а в ФЦИ их незаслуженно игнорируют, недооценивают, не дают правильную цену, короче говоря — дискриминируют.
Чтобы преодолеть дискриминацию отечественных торговцев живым товаром (щенками и взрослыми собаками) и удовлетворить желание неназванных советских специалистов-кинологов делиться своими знаниями с зарубежными коллегами, а владельцев породистых собак получать зарубежные титулы, и появилась необходимость вступления в ФЦИ. По крайней мере, другого обоснования ни Ерусалимскому, ни его сподвижникам придумать не удалось. Цена этой великой цели (вступление в ФЦИ) — пустяковая: отказаться от собственных правил разведения и собственных стандартов пород. Личное желание Е. Л. Ерусалимского продавать своих собак за рубеж дороже и самому судить на международных выставках вполне понятно. Но почему для этого нужно полностью ломать отечественную систему кинологической деятельности? Разве не проще было бы ему сменить гражданство, взять, к примеру, израильское?
Если наши собаки более чем конкурентоспособны на мировой арене, а специалистам есть чему поучить зарубежных, то, может быть, и отечественная собаководство не такое уж отсталое? Разве нельзя решить проблему дискриминации советского собаководства другим путём, без вступления в ФЦИ и переподчинения его зарубежному руководству?
Ерусалимский не мог не знать, что ФЦИ подписала договоры о взаимопризнании с США, Канадой и Великобританией, у которых имеются собственные правила и стандарты. Почему он не предложил другой путь и даже не заикнулся о такой возможности: не вступление в ФЦИ, а подписание с ФЦИ договора по аналогии договоров ФЦИ с этими странами? Или СССР, по мнению Ерусалимского, является слишком незначительной и отсталой страной? Видимо, в ФЦИ ему объяснили, что ждут от СССР (затем — России) именно полного подчинения, а не партнёрства.
Пока в СССР не появилась пятая колонна, озабоченная переходом советского собаководства на правила и положения ФЦИ, отношение ФЦИ к СССР было схожим с отношением к США: наше собаководство полностью признавалось.
Дискриминация началась позже. После выхода в свет пресловутого постановления Правительства РФ № 290 от 7 мая 1992 года. ФЦИ ввела запрет на регистрацию собак с родословными, выданными в России.
Предлогом для запрета на регистрацию собак из нашей страны в Племенных книгах национальных организаций ФЦИ (практически это было эмбарго на вывоз породистых собак из России) была невозможность проверить достоверность сведений из родословных российских собак. Якобы в СССР, а потом и в России слишком много организаций, слишком много родословных, очень много фальшивых. На Западе не могут ничего понять. Разумеется, такие доводы всерьёз может воспринимать только человек, не владеющий никакой информацией. Что было на самом деле?
На самом деле в СССР даже в последние годы с появлением большого количества новых кинологических организаций дело с достоверностью сведений в родословных обстояло ничем не хуже, чем на Западе.
До перестройки разведение всех охотничьих и служебных пород собак находилось под контролем государственных и полу-государственных структур. Декоративные породы были прикреплены к клубам охотничьего и служебного собаководства. Все помёты осматривались комиссиями, о чем составлялись акты. Заводчики в своём большинстве имели только одну собаку, никому и в голову тогда не приходило щенков от одной собаки записать на другую. Так же актировались вязки. Такого не было, чтобы записать отцом одного кобеля вместо другого, настоящего.
