- Сказали "сейчас выезжает", - сообщил кто-то.

Петров выдохнул и, почувствовав некоторое облегчение, начал выбираться из толпы, трусливо уводя взгляд от неживой позы человека. И уже почти было собрался развернуться, чтобы продолжить путь, как в голове у него прозвучал усталый голос недавнего собеседника: "Что это будет? Не знаю. Однако, как вы в тот миг поступите - решит все дальнейшее..."

Собрав волю в кулак, Сергей решительно раздвинул зевак и шагнул к покореженной машине.

- Я врач, пропустите, - неожиданно даже для самого себя произнес он и, твердо ступая, приблизился к водителю.

Коснулся рукой неподвижного запястья и, ощущая холодную кожу, нащупал тоненькую нить пульса. Чуть слышное биение, слабое и неровное. Сердце нехотя, словно по инерции толкало кровь по сосудам.

"Надо же, с первой попытки", - обрадовался он и осмотрел голову пострадавшего. Заглянув в лицо, он увидел, что за рулем находится женщина. Одетая в джинсы, кожаную куртку, с короткой, почти мужской, стрижкой, издали она смотрелась просто щуплым мужчиной. "Открытых травм нет, - заключил лже-доктор. - Ноги не зажаты".

- Ну-ка, - распорядился он, - кто-нибудь, помогите.

Ухватил худенькие плечи и легко вытащил тело наружу. Добровольный помощник придержал за ноги, Сергей опустил пострадавшую на асфальт и подстелил свое пальто под голову.

И сразу, словно по команде, вокруг все изменилось. Засуетились люди, кто-то начал звонить в ГАИ.

Петров глянул в лицо женщины. Бледность, слишком сильная даже для потерявшего сознание человека, все больше расползалась по ее лицу. "Лет тридцать, - определил он, - сердце здоровое, может, выкарабкается".

И тут он заметил маленькую, почти незаметную ссадину на виске. "А вот это совсем плохо", - как-то отстраненно и профессионально подумал он.

Петров застыл, не зная, что делать. И тут, словно проявляясь из воздуха, над лежащей в забытьи женщиной начал сгущаться легкий туман. Он разрастался и принимал некую форму. Еще миг, и стало понятно, что это подобие человеческой фигуры. Темная, хотя и пропускающая солнечный свет, она вдруг пошевелилась и склонилась к телу. "Моя", - раздался в голове у Сергея едва различимый голос. Однако сомнений не было, принадлежал он этой тревожной и непонятной фигуре. "Она уже моя", - в словах мелькнуло удовлетворение. Колеблющийся на ветру контур все ближе склонялся к бледному лицу. И таким холодом вдруг потянуло от сросшейся в одно целое пары, что у Петрова занемели кисти рук.

"Кто ты?" - не ожидая от себя подобного, все же произнес, не разжимая губ, Сергей Иванович. Он сказал это, и волна ужаса окатила его. От немедленного бегства его спасло то, что онемевшие ноги отказались повиноваться приказам.

Фигура отвлеклась от своей жертвы и повернула голову к новому персонажу. Не видя ее глаз, Сергей мог поклясться что "это" заметило его.

"Видишь? - в голосе существа прозвучало легкое удивление. - Ну, ну. Кто я? Хм", - усмешка, от которой стало вовсе невмоготу. Холод проник в самую душу.

Силуэт потерял интерес к случайному свидетелю и продолжил свое дело.

Петров отчаянно зажмурил глаза и, уже вовсе в безмыслии, слыша внутри себя визг рассудка, разрываемого немыслимым ужасом, представил, что из груди его вырвался изумрудный поток света. Он уперся в ставший вдруг непрозрачным сгусток тумана и попытался сдвинуть его в сторону. Тень покосилась на непрошенного защитника. Петров коротко выдохнул и усилил нажим. Недовольный рык зазвучал в голове, и, чудо, фигура дрогнула и подалась назад.

"Прошу тебя", - попросил Петров, обращаясь к противнику. Нечто в раздумье дрогнуло, словно в раздумье и начало стремительно исчезать, растворяясь в солнечном свете. Миг, и последние клочки тумана исчезли. На асфальте осталась лежать только неподвижная жертва.

Переведя луч на нее, спаситель почувствовал, как изменилось что-то в лице умирающей. Дрогнули веки. И, словно по мановению волшебной палочки, начали розоветь щеки.

Он оборвал контакт и обессилено закрыл глаза.

- Эй, гражданин, подвинься, - вырвал из транса чей то голос. Петров невидящ е обернулся и, сквозь пелену, разобрал белеющее пятно. - Пропустите врача, - повторила женщина.

Сергей Иванович отступил в сторону и двинулся прочь, не обращая внимания на суету. Он не запомнил, как смог дойти до дома, как поднялся в квартиру.

Разбудил его истошный вопль Василия. Кот сидел у самого лица и охрипшим голосом просил пожрать. Петров смахнул нахала в сторону и попытался рассмотреть циферблат часов. "Девять. Утра? вечера? какого дня?" - этого он не знал. На дрожащих ногах дошел до кухни и насыпал дармоеду вискаса. Кот, урча, накинулся на малосъедобные сухари. А Петров заварил кофе и нажал кнопку включения телевизора. И узнал, что проспал двадцать часов. Все произошедшее казалось совсем далеким. Да и было ли это на самом деле? И тут глаза его уперлись в руку, держащую кофейную чашку. Там, где ногти впивались в ладонь, он с изумлением увидел глубокие ссадины.

"Выходит, было?" - охнул Петров.

Глава 3

- Сергей, возьми трубку, - голос соседа вывел его из раздумий. Петров оторвал взгляд от экрана компьютера и поднялся из-за стола. Утро понедельника не принесло никаких новостей. Рутина цифр и скука опостылевших лиц сослуживцев. Одна радость - обещанная зарплата.

- Алло, - слегка напрягшись, произнес он. Звонить ему вроде было и некому.

- Петров? - спросил незнакомый голос.

- Слушаю, - повторил Сергей Иванович, отодвигая дребезжащую трубку от уха. Однако тут же прижал, заметив внимательный взгляд Зойки, главной отдельской сплетницы.

- Вчера вы достали из разбитой машины женщину, на Вяземской, - уже с утвердительной интонацией продолжил неизвестный абонент.

- Ну да, - не счел нужным скрывать очевидный факт Сергей Иванович. "Гаишники, что ли? - подумалось ему. - Но как узнали номер?" - он еще не сообразил, какими неприятностями может грозить звонок, однако, сердце екнуло.

- Нужно встретиться, - заявил голос. - Сейчас.

- Зачем? - не понял Петров.

- Это в твоих интересах, - уже раздражаясь, оборвал собеседник. - Или мне самому к тебе зайти?

- Не надо, - перспектива посвящать изнывающих от информационного голода соратников по "Гранд-смете" в детали личной жизни Сергея не радовала.

- Когда? - решил он не рубить хвост по частям.

- Вниз спустись. У подъезда машина. Давай. Пять минут и свободен, - уведомил, видимо не ожидающий другого варианта, абонент.

Короткие гудки оповестили об окончании странного разговора.

Петров вздохнул и спустился в фойе. Он потянул тяжелую дверь и вздрогнул от удара пронизывающего ветра.

Вчера еще по-летнему теплая погода сменилась на осеннюю хмарь. Темные тучи, ветер, гоняющий рябь по свинцовым лужам.

"Зима скоро", - мелькнула несвоевременная мысль. Он покрутил головой в поисках заявленной машины. Однако, кроме джипа, похожего, кстати, на вчерашнего монстра, не увидел никаких транспортных средств. Серая громадина, сверкая тонировкой, вольготно припарковалась посреди дорожки. Невольно сутулясь, он приблизился к джипу и аккуратно постучал костяшками пальцев в боковое стекло. Задняя дверь приоткрылась, выпуская наружу мягкое тепло салона и диковинно терпкий аромат освежителя.

- Садись, чего скребешься? - раздался голос, слышанный Петровым в телефонной трубке.

Инженер робко протиснулся внутрь, осторожно прикрыв мягко щелкнувшую дверцу. В полутьме велюрового рая в глаза ударило многоцветье диковинного экрана, свисающего с потолка. На нем беззвучно маршировали красотки в изумрудных костюмчиках. Когда глаза чуть привыкли, Сергей Иванович увидел, что рядом, вольготно откинувшись на мягкую кожу сидения, развалился плотный здоровяк. Лица его он не разобрал. Заметил лишь крупную челюсть и громадный сверкающий перстень.