Домой вернулась соответственно очень поздно. Повалилась на кровать и тут же уснула. Вроде бы подработку взяла только на выходные, но и в понедельник из-за нее устала так, словно работала, а не тратила чужие деньги от души.

Вчера мне было не до разглядывания себя, но утром, сонная, проходя мимо зеркало, отшатнулась от него. От неожиданности.

С опаской подхожу обратно к зеркалу и с недоверием оглядываю незнакомку в отражении. Это не я. Это какая-то неизвестная мне девушка. Красотка между прочим. Как? Что за магия такая? Волосы я не красила, так, только подстригла несильно. Но мне делали разные маски и уходы, волосы определенно стали лучше, гладкие. блестящие, пышные, больше не похожи на воронье гнездо. А может это из-за бровей? Неужели они так могут менять лицо?

А какие у меня ноготочки красивые теперь. Кожа такая шелковистая после процедур, одно удовольствие трогать.

Тихонько напевая себе под нос, пошла завтракать. От Константина с выходных, ни одного сообщения, но я и не жду. У нас договор, там все прописано. Вообще удобная вещь этот договор. Каждая сторона знает, чего ожидать от другой. Нет ложных надежд, все четко и просто.

Поскольку у меня теперь есть новая одежда, естественно захотелось ее сразу надеть на работу. Старый уже заношенный костюм теперь не очень сочетается с обновленной мной.

Не удержалась, и вместо чего-то строго-офисного надела платье. Красное. Никогда раньше не носила красный, но стилист меня убедила, что этот цвет мне очень идет. Платье не совсем подходит под офисный формат, с длинным летящим подолом, но я к нему возьму еще и пиджак. Будет хорошо. Сегодня тепло, до работы недалеко, можно и без пиджака до работы дойти, там уж надену, конечно.

Надеваю платье. Дыхание перехватывает от восторга. Радуюсь как ребенок, настолько оно красивое. Белье тоже надела соответствующее. Белье, конечно, в обычный мой рабочий день никто не увидит, но зато я-то буду знать, и чувствовать себя соответствующе. Тоже красное выбрала. Ну и обувь. Лодочки. Красные. Ну и накрасилась еще. Давно такого не делала.

Когда выхожу из дома и неспешно плыву по улице, гордо расправив плечи и улыбаюсь от уха до уха. Замечаю, как встречные прохожие на меня смотрят, задерживаясь взглядом, особенно мужчины. Они так и вовсе головы сворачивают. Когда иду вдоль дороги некоторые машины пугают, сигналя, если оборачиваюсь, замечаю, как мне улыбаются и машут водители, но как только какая-то машина начинает еще притормаживать, поскорее отхожу подальше от дороги и водители вроде правильно понимают намек.

Со мной еще никогда такого не было. Столько внимания.

Дошла до работы. Настроение уже совсем не рабочее. Охранники меня не узнали, ну или сделали вид, что не узнали, остановили, стали этак кокетливо требовать показать пропуск и фото на нем, хотя пропуск автоматический. Сверив меня с фотографией на пропуске, отметили, что в жизни я выгляжу гораздо лучше.

Мое настроение поднимается все выше и выше.

В холле первого этажа многолюдно, царит привычная суета. Тут обычно меня никто не замечает в общем хаотичном потоке, но не в этот раз. Оглядываются с интересом и любопытством.

И тут сотрудники рассыпаются в разные стороны. Так всегда бывает, когда к лифтам идет начальство, которое здесь очень уважают. Вот и сейчас. Наш большой босс стремительно идет вперед в компании своих замов и руководителей других отделов. Одновременно разговаривает по телефону и с одним из замов.

Отхожу, уступая проход начальству. Успеваю заметить, как скользящий взгляд начальника проходи по людям вокруг, скользит и по мне, идет дальше… и быстро возвращается обратно. Застревает.

Босс останавливается. На него чуть не налетает зам, а на них все остальные. Константин забывает про телефон. Прищуривается, не сводя с меня взгляда, а потом жестом просит подойти. Не ожидала, если честно. И взгляд у начальника почему-то не очень довольный после осмотра меня сверху донизу.

— Доброе утро, Константин Дмитриевич, вы что-то хотели? — аккуратно уточняю я.

— Да, хочу, — согласно кивает мой шеф. — Хочу узнать, почему вы в таком виде, Валентина Андреевна? Это разве офисный стиль? Почему вы не придерживаетесь дресс-кода?

Стремительно стянула с сумки аккуратно сложенный на нее пиджак и надела.

— Так лучше, Константин Дмитриевич?

— Лучше, но не совсем.

— Простите, просто сегодня у нас в отделе вечером выездное корпоративное мероприятие. Оно планируется в ресторане с живой музыкой.

— Хм, кажется, у вашего отдела недостаточно работы, если хватает сил на подобные вечерние мероприятия.

Большой босс недовольно нахмурился, собрался уже было уходить, но сделав шаг, обернулся ко мне:

— Валентина Андреевна, а зайдите-ка сегодня ко мне перед обедом с отчетом по вашей работе.

— Как скажете, Константин Дмитриевич.

Фух, ушел. Недоволен. Видимо, больше не стоит надевать красные платья на работу.

Тщательно подготовила к обеду отчет, подозревая, что меня будут ругать. Коллеги все утро осыпали комплиментами, женщины с понимающими улыбками, украдкой спрашивали, не влюбилась ли я в кого-то. Коллеги мужчины были непривычно услужливы и приветливы. А я вместо того чтобы радоваться хорошему дню и вниманию, все больше тревожилась, что мне скажет начальник.

Когда зашла в приемную, отметила, что помощнице на месте нет. Наверное, ее уже отпустили на обед.

Постучавшись, зашла к начальнику, он показал мне знаком, что можно войти и добавил:

— Дверь за собой на замок закройте, чтобы нам не помешали.

Выполнила требуемое и вот я уже кладу перед боссом на стол свой отчет, но Константину, кажется, отчет совершенно не интересен. Смотрит шеф исключительно на меня.

— Валентина Андреевна, я недоволен. Мне не нравится, что на вас смотрят другие мужчины. Вы слишком красивая.

— М-м, мне одеваться как раньше?

— Одевайтесь как хотите, я просто сообщаю вам, что меня бесит, что на вас смотрят другие.

— Но… я ведь работаю только на вас.

— И это радует. А вот все остальное злит. Садитесь, Валентина Андреевна. Поработаем над вашим отчетом.

Сделала было шаг в сторону мест напротив, однако шеф ухватил меня за руку и потянул на себя. Я не удержала равновесия, упала, оказываясь у него на коленях.

— Константин Дмитриевич! — восклицаю удивленно.

— Да, Валентина Андреевна? — начальник запускает мне руку в волосы и тянет на себя, наши лица сближаются.

Упираюсь руками в мужскую грудь.

— Константин Дмитриевич, что вы делаете? Мы на работе!

— Со мной ты всегда на работе.

— Я имею в виду, что по договору только в выходные мы можем…

— Я выплачу тебе штраф за нарушение договора. Поцелуй меня.

— Константин Дмитриевич, я не могу, мы же на нормальной работе!

— Ладно, тогда я поцелую.

Начальник резко сократил между нами расстояние. Очень быстро все мысли покинули мою голову вместе со стыдом. Даже если бы вдруг целый рабочий консилиум зашел в разгар моей с шефом усиленной работы над отчетом (буквально, поскольку листки разлетелись по всему столу, на который меня уложил, шеф), я бы не остановилась, даже не заметив посторонних.

Только потом уже пришла запоздалая стыдливость, когда донельзя довольный босс помогал мне надевать обратно платье и собирать разлетевшийся отчет, в который так и не заглянул.

Провожая из кабинета, со вздохом отметил:

— Кажется, я ошибся с условиями нашего договора. До выходных слишком долго ждать. В конце недели давайте обсудим пересмотр условий договора.

Как быстро начальник изменил свое же решение. А ведь еще в субботу был тверд и уверен в том, что женщина ему нужна только на выходных. Сам же меня зачем-то уверял, что по будням слишком сильно занят, и ему не до того.

Вернувшись после обеда, чувствую, что мне немного стыдно смотреть в глаза коллегам, но настроение все равно хорошее, и хочется постоянно улыбаться самым неприличным образом. Сегодня вся работа ладится и горит.