— Не переживай. Я уверен, все будет в порядке. Это просто практика. Ректор давно ждал возможности испытать создания барона. Раньше все шло увы не так как того хотелось, ну а теперь, у нас есть ты. — понимала, что действительно ничего угрожать моей безумной жизни не может, но все же душа тряслась от нарастающего неконтролируемого страха.

Отвечать или подтверждать надежду на лучшее не стала. Сама не знала, каков будет исход этой практики. Неоднократно появлялась с Эроном на занятиях и видела совсем недружелюбные взгляды в мою сторону. Некоторые в омерзительном выражении показывали, насколько противна им моя персона. Некоторые просто не замечали или делали вид, что высоко стоят над ходячим трупом. Ну а были и такие, которые неоднократно старались вытворить мелкую пакость, лишь бы избавится от моей компании. С чем были связанны такие действия, было не понятно. Ведь, что по сути для этих существ мое тело? Просто кукла, подопытный материал, на котором можно выместить любые обиды. Да что угодно, но не живое существо, к которому можно чувствовать неприязнь.

Оборотни покинули дом через несколько часов. Немного позже и мы с Ирвундом вышли на свежий воздух. Вдохнуть бы поной грудью, да раскинув руки покружиться, мелькнула шальная мысль, которую быстро отогнала и поспешила следом за парнем.

Ирвунд передвигался быстро с мягкой грацией, подобной величественным кошкам. Посеревший от времени балахон легко развевался от каждого шага, открывая взгляду начищенные ботинки и брюки рабочей формы.

Мое тело, как и при любых подобных выходах полностью скрыто под перешитой грязной тканью, прежде служившей таким же длинным замкнутым балахоном как у барона. На голову накинут выцветший капюшон, полностью скрывая от чужих глаз истерзанное швами лицо. Руки скрыты длинными рукавами, и разве что длинные когти правой руки немного виднеются из провала ткани.

О уничтожающей светлой магии уже ничего не напоминает. Прежние тусклые разрушенные дома. Потухшее небо и заваленные мусором улочки. Все как прежде и даже редкие прохожие, будто не видели белого безумия, которое творилось еще вчера.

Мы пришли в квартал огневиков. Первым практическим занятием будет магическая атака и защита у последнего курса этих магически одарённых ребят. Дальний продолжительный барак служил для адептов своего рода классом или лабораторией. Именно в этом помещении, огненные адепты творили свои заклинания. Обучение в этой академии проходили совершенно иначе. Здесь не было устных уроков, только практика, практика и еще раз практика.

Практика, на которую сегодня «посчастливилось» попасть мне, отличалась от всех остальных. Адепты должны будут показать все, что усердно выполняли в течении полугода.

— Кукла доставлена. — немного поклонившись, Ирвунд дал мне команду подойти ближе.

Дракон стоял чуть в стороне и нервно выстукивал отросшим когтем по гладкой столешнице. Немного дальше полукругом стояли заинтересованные адепты. Я чувствовала на себе их любопытные и предвкушающие взгляды.

— Свободен. — коротко бросил граф. И последний кому я могла доверять, покинул помещение, легко притворив за собой большую створчатую дверь.

Душа стала маленькой глыбой льда. Паника затопила холодной волной, погружая каждую частичку светлого огонька в морозное оцепенение.

Тишина разве что не рвала пространство на части. По одну сторону стояли желающие испробовать свои силы адепты. По другую сторону в учительском кресле вальяжно расселся ректор академии запрещенной магии, в ожидании интересного шоу.

— Раздеть куклу! — ректор отдал короткий приказ. Адепты даже не пошевелились, но у каждого на руке появились огненные вихри, всполохи, стрелы, и просто сгустки энергии.

— Началось… — мысль гадкой змейкой заползла в душу, еще сильнее накрывая паникой.

Не смыкая глаз, не делая ни единого движения, никак не выдавая своего настоящего я, смотрела невидящим взглядом сквозь россыпь чужой магии, летящей в мое тело, и молилась всем богам о благополучном исходе для моей не такой уж и приятной жизни.

Жалящие огненные стрелы впивались в грубую ткань балахона, уничтожая за собой каждый сантиметр, как голодная тля. Тлеющая ткань вскоре свалилась куском серого огрызка у моих ног, открывая взглядам присутствующих коряво собранное тело. Огненная стихия не пощадила жалкую одежку, но оставила тело в прежней целости.

Громкие недовольные и удивленные восклицания прервались тихим, но предельно строгим голосом ректора. Мужчина с удовлетворением осматривал каждую скобу на стыках чужеродных частей тела. Удлиненный коготь, указательного пальца, задумчиво поглаживал бьющуюся на виске венку.

Внутренний огонек боролся с желанием скрыть наготу мертвого тела. Понимала, что стоит мне сделать малейшее движение, не подкрепленное приказом графа, и раскроется маленькая тайна барона. Ну а там недалеко до моей собственной персоны.

— Суарон. — вперед вышел высокий вихрастый парень с огненно-рыжими волосами и беснующимся огоньком в ярких янтарных глазах.

Прежде не обращала внимания, что все адепты с огненной стихией такие яркие и легко выделяются в толпе своими волосами. Каждый, имеющий магию огня, был от светло рыжего, до самого яркого, огненного, как вышедший вперед парень.

— Покажи мне, что ты не зря обучаешься в нашей академии. Упокой куклу. — последние слова совсем нехорошо отозвались в моем лихорадочно соображающем сознании.

Парень, с какой-то безумной улыбкой подошел еще ближе, и ничего не говоря, легко призвал в правую руку большой шар огня с черными вкраплениями, безумно мечущимися внутри этой янтарной сферы.

Секунда и я вижу как этот сгусток магии, возможно последний в этой неординарной жизни, несётся на меня, раскрываясь в воздухе как большой цветок лотоса. Черные вкрапления выстреливают вперед, впиваются в грудную клетку, следом тело обнимает огненная лавина, поглощая все вокруг и оставляя меня в коконе чужой магии.

Чернота, что напрямую проникала в тело, никак не коснулась моей испуганной души. Я видела как этот маленький сгусток, образовавшийся из нескольких точек тьмы, проникает в каждую мертвую клеточку и ищет, ищет. Ищет мою душу, но она прочно скрыта от таких незапланированных нападений и простому адепту явно не под силу будет уничтожить то единственное, что теплиться в этом сборище чужих останков.

— Плохо. — в голосе доносившемся сквозь тихое шуршание пламени, не было каких-либо чувств, а вот пламя оказалось намного жёстче и получив такой непохвальный отзыв, подчинилось своему хозяину, начав еще сильнее впиваться в тонкую кожу.

Шум прекратился быстро и совершенно неожиданно. На меня смотрели глаза адепта, не прошедшего практическую работу и просто таки морально уничтожали, выковыривая каждую магическую скобу из обезображенного тела.

— Ордиан, твоя очередь. Та же задача. — следующий адепт с интересом осмотрел меня, после чего тихо начал шептать гортанные звуки.

Несколько секунд ничего не происходило, а потом, в помещении, где нет возможности появиться погодному явлению, под потолком начала затягиваться черная хмарь. Туча появилась именно в том районе, где стояла моя маленькая тень, внутренне безумно трясущаяся и скулящая от напряжения.

Шепот парня закончился внезапно, обрываясь на грубой нотке. Глаза, ярко пылающие внутренним огнем, излучали жажду чужой смерти и унижения. Маленькое солнышко содрогнулось от того, что предстало моим глазам и сжалось в болезненном спазме. Этот ребенок, стоящий напротив, был монстром. Монстром, который готов беспощадно убивать не только гадкую нечисть, но и всех окружающих, если не остановить его безумство.

— Шейтрай! — громкий, раздирающий на куски глухую тишину, крик, взорвал нависнувшую надо мной тьму.

Туча разразилась потоком огненного дождя смешанного с алыми каплями, очень похожими на кровь. Несколько капель красной магии попали на ступни и, зашипев, густая темная пена явила общему взору маленькие черные точки, смываемые мгновенно огненным дождем.