Прислушивалась к каждому шороху, всматривалась в чистые окна и ожидала любого подвоха. Ступала по мягкому ковру легко. Движения вдруг стали плавными, мягкими. Появилась грация.

Эти, не поддающиеся осмыслению перемены, не пугали, но и не оставляли душу спокойной. Преображение дома тоже не добавляло спокойствия, вызывая сомнения и подогревая подозрения.

Дверь в комнату, куда заглядывал Эрон, отворилась тихо. Как по мановению волшебной палочки, зажегся тусклый огонек, мелькающий возле стены. Освещение было куда хуже, чем в гостиной, но его хватало, чтобы рассмотреть скудную обстановку.

После увиденного преображения ожидала нечто большее, но рассмотрела лишь узкую постель с бельем ядреного желтого оттенка. Окно, прикрытое плотной шторой и небольшой шкафчик, наверняка оставленный здесь со времен постройки самого дома. Ни зеркал, ни полочек с книгами, ничего. Голые стены и мутные разводы на деревянном полу.

Следующим помещением оказалась, как и предполагала, кухня. Небольшая, с круглым столом, стульями с высокими спинками и полное отсутствие продукто. Сначала опешила. Несколько раз обошла помещение, в поисках потайных шкафов и прочего, но, кроме сиротливо стоящего стола и пары стульев, ничего не было.

Мой осмотр завершился, так и не дав положительных результатов. Разочаровалась и сделала вывод, что стоит ждать барона, тогда все выясню. Жаловаться на простые человеческие нужды не собиралась. На удивление, проведя в этом мире уже сутки, мне ничего не требовалось. Конечно, кроме ответов на нескончаемый поток вопросов.

— Мгниммм. — за своими размышлениями и медленным шагом, не сразу поняла, что машинально поздоровалась с высокой фигурой в проеме.

Мысленно отругала себя за плохую память, ведь барон говорил, о неспособности к разговору. А потом, как громом пораженная, отскочила от высокого проема, в котором стоял неизвестный. Как и кто это мог быть? Что за существо было по ту сторону? И почему я видела, как горящие красными огоньками глаза прожигали меня насквозь?

Расстояние между мной и скрытой бесформенной хламидой фигурой, было небольшим. Видела, как изучающе осматривал чужой взгляд моё лицо, едва освещенное попадающим светом. Внимание чужака было малоприятным.

Смахнув ненужный сейчас страх, уверенно шагнула к проёму, непреодолимо желая защитить свою территорию, своё, пусть и временное, пристанище. Вероятность опасности росла, и именно это подстегнуло действовать. Была готова защищать свое новое укрытие любыми подручными средствами.

То, что отразилось в мутной поверхности, назвать лицом было невозможно. Это скорее напоминало жуткую маску, перекошенную и покорёженную безумным скульптором

К проему приближалась едва ступая. Паника уходила, на ее место, высоко подняв голову, вступала смелая беспечность. Расправила плечи, осанка стала ровной, руки сжались в кулаки. Шаги становились увереннее. Наступала на чужака неминуемой тенью. Наверняка даже оскал на лице подходящий присутствовал, хотя не могла точно определить мимику.

По другую сторону от проема тоже началось движение.

Злобно сверкая вытянутыми зрачками в ауре красного цвета, существо двигалось на меня. Не разбираясь, откуда во мне появилось столько смелости, как таран перла к проему в надежде выяснить, что за «нечто» следит за мной. В памяти то и дело всплывал разговор с бароном и его упоминание о моей полной защите в этом доме. Но кто-то смог эту защиту преодолеть или не смог?

Прочная стена встала на моем пути. Уперлась грудью в прозрачную поверхность и взирала на мутное отражение, в котором видела распаленное сдержанным гневом выражение лица неизвестного. Очертания были не четкими, цвет кожи ускользал от моего понимания. Только яркие горящие зрачки и размытая фигура.

Не понимаю, что пошло не так. Рука сама потянулась смахнуть невидимую пелену, перекрывающую мне полный обзор.

Как в замедленном действии видела. Рука чужака так же поднималась все выше, готовая коснуться поверхности по другую сторону. Я замерла. Неизвестный замер. Я продолжила движение, и фигура пришла в движение.

Мое резкое движение и мутная пелена смазывается в районе лица. Несколько тяжелых мгновений осмысления, а потом вой. Душераздирающий, пугающий и заставляющий все вокруг вибрировать.

Меня как кипятком ошпарило. Жуткая морда, по-другому и сказать нет возможности, взирала на меня глазами, в которых сменялись чувства. Мои чувства! На меня смотрела — я!

Чёрные, как смоль волосы, небрежно обрубленные чуть ли не под корень, рваными прядями обрамляли бледные черты жуткого лица. Звериные глаза в тёмных провалах глазниц, ярко мерцали пугающим красным цветом. Кожа чуть голубоватого оттенка, на лбу и скуле стянута серой металлической нитью, пронизанной магической составляющей. От подбородка и ниже тянулась рваная рана так же перетянутая и соединенная при помощи металлической нити.

Ужасающее зрелище не укладывалось в голове. В надежде, что все это игра глупого воображения, поднесла руку к лицу, и только сейчас заметила удлиненные коготки. На руке — когти! В отражении стояла фигура, замотанная в грязный балахон и с отстраненным видом рассматривала свой новый облик. Было жутко представить, что же находится под одеянием, но требовательный разум кусал как противный таракан, подгоняя, скинуть старую тряпку.

Легко, словно тело мое родное и никак не сочетающее в себе отвратительного сборища. Скинула балахон и увидела весь ад, который предоставили мне боги или не боги вовсе. А те безумные маги, имеющие власть над душами.

Синеватая прозрачная кожа, тонкой плёнкой обтягивала некрасиво выпирающие кое-где кости. Многочисленные грубые швы делали тело похожим на кошмарный пазл, который торопливо собирал неопытный ребёнок. Правая нога и левая рука были явно от двух других тел. Причём даже лодыжка на ноге, пришитая кривыми стежками, выглядела чужеродно, что вполне вероятно, если была взята от третьего тела. Это подобие женского организма, сочетало в себе столько ужаса и отвращения, что увидела бы подобное со стороны, наверняка лишилась сна. Но, к сожалению, мне было не дано наслаждаться радостью стороннего наблюдателя.

Мое внимательное изучение прервал свет. Точнее яркая вспышка озарила пространство, а потом все погрузилось в темноту. За окном уже давно наступила ночь. Ни единой звезды не проглядывало на небосводе. Луна тоже спрятала свой лик от местных жителей.

Через замочную скважину слышала, как завывает ветер.

Страшно не было. После того, что мне показало старое зеркало, я вообще перестала воспринимать страх как должное.

Зрение опять не подвело, и мельчайшие детали видела, как при свете. Вновь накинула на изуродованное тело бесформенную хламиду, пряча все убожество подальше от глаз.

— Не понравилось? Понимаю, — в сознании яркими красками взорвалась чужая речь. Осмотрела комнату на наличие посторонних. В дальнем углу, прилегающему к входной двери, увидела размытый силуэт.

Опять никакого страха. Лишь интерес и полное внимание к посетителю.

— Ну что ж. Я думал, тебя придётся успокаивать. Но, как вижу, ошибся. Твоя слабенькая душа оказалась на удивление храброй. Мужчина, а это был именно он, не приближался ко мне. — Твои вопросы ворохом кружат вокруг твоей ауры. Даю тебе возможность спросить только два раза, — хотела было спросить, почему два, но мне и слова еще вымолвить не дали. — Два, и этот вопрос мог стать первым. Лучше поразмысли, что тебя сейчас волнует больше всего и поставь правильные вопросы. Времени у меня мало, поэтому поторопись.

В голове просто рой пчел поселился. Я не могла ухватиться за главное. Что? Что спросить и не прогадать?

— Время, — поторопил незнакомец. Интонации и тон в моей голове напоминали одного, уже посещавшего меня мужчину. Точнее определить, имел ли тот, первый посетитель, что-то общее с этим, не могла.

Понимала, что секунды утекают безвозвратно, унося с собой ответы на мои вопросы. Но логика молчала, не желая подсказывать, что первым делом требуется выяснить. Ловила ускользающие мысли, смотрела на тусклую фигуру и задавалась одними и теми же вопросами: что спросить? Какие вопросы для меня сейчас самые важные? Вычленить что-то определенное было трудно. Застав меня врасплох, этот субъект лишил здравых размышлений.