«Дейн!»
Он маленький бежит за молодым мужчиной, хочет догнать… Нет, это всё же парень… Лет, может, семнадцать-восемнадцать. И это не он маленький, это Никита. Его воспоминания. Я… то есть он… Никита маленький, лет пять-шесть. Старый дом, где жили мать с отцом. Лето или начало осени.
«Дейн!»
Он кричит, парень останавливается, но не оборачивается.
«Иди домой, Никита».
«Не уходи…»
«Прости, друг… Так вышло. Так будет лучше…»
Образ парня размывается, и Ник понимает, что это Никита плачет. Ушёл его единственный друг. И виноваты в этом…
Ник выдохнул. К нему редко приходили воспоминания Никиты до срабатывания амулета и цикла перерождений. Получается, что Дэйн жил с ними в одном доме? Знал его родителей? В смысле, родителей Никиты. Воспоминания оказались такими яркими… Хотя, может, это просто однофамилец. В воспоминании Никита и вовсе уверен, что зовёт парня по имени. Наверняка с такой звучной фамилией его только «Дэйн» и называли, вот ребёнку так запомнилось.
— У тебя голова кружится? — тихо и участливо спросила София. — Я тебя сильно, да?
— В следующий раз будь со мной понежнее, жена моя, — сложил ладони в умоляющем жесте Никита, чтобы перевести всё в шутку, и она перестала волноваться. — О!
— Твоё выражение лица вызывает смутные подозрения, — отступила на шаг София.
— Просто я задумал что-то очень коварное, — не удержался от ухмылки Ник.
— И что это? — насторожилась София.
— Я готов раскрыть очень серьёзный секрет семьи Марковых, — торжественно объявил Ник.
Бабуля же не брала с него обещаний не рассказывать о таком, верно?
София смотрела на него нечитаемым взглядом.
— Да. Тебе опять придется мне подыграть. А сегодня нам нужно срочно съездить в магазин, прикупить атрибутики. Чтоб точно всё получилось. В результате мы получим… Ну как минимум апартаменты, в которые никогда не будут входить без разрешения. Или ещё гаража прихватить?.. Эх… Развернуться можно вообще-то…
— У нас ещё есть гостевой дом на краю участка, — сказала София. — А что вообще ты задумал? И что за секрет?
Ник с заговорщеским видом склонился к ней и начал шептать на ухо, которое по мере его рассказа и обрисовки плана становилось все аппетитнее, то есть, всё краснее и краснее.
Когда он отодвинулся и заглянул своей жёнушке в лицо, то на нем застыла маска удивления, а может и лёгкого шока. Но глаз вроде не дёргался.
— Ну так что, ты в деле? Или струсила?
София вздрогнула, чуть поджала губы, приподняла подбородок.
— Я в деле.
Ути, какая смелая!
— Ну, тогда поехали за обновками, — ухмыльнулся Ник, подумав, что в ближайшее время ему придется удвоить дозу. Но на выражение лица Артурчика очень хотелось посмотреть.
По его плану минимум тесть должен лишний раз боялся на них смотреть и проявлять интерес к их делам. Значит надо сделать так, чтоб как и бабуля, дражайшие родственники с облегчением выдыхали в тот день, когда они не виделись.
— Кстати, я тут вспомнил о своей бабуле, — хмыкнул Ник. — Думаю, нам всё таки надо будет и её сегодня навестить. Покажу тебе, что имею в виду… Так явно получится нагляднее и быстрей.
— О, хорошо… Значит сегодня много дел? Мы возьмем машину? Или ты?..
— Не-не, на одной поедем, после того как ты меня сегодня победила, ты моя госпожа, — Ник с удовольствием понаблюдал, как обычно бесстрастное лицо Софии заливается стыдливым румянцем.
— Тогда… — София внимательно смотрела в его глаза, затем чуть нахмурилась и от неё резануло силой. — Тогда сделай нам завтрак, твоя госпожа голодна как львица!
— Отвал башки! В смысле, сей момент, моя госпожа, — Ник чуть не вприпрыжку побежал на кухню, с мыслями, не всё же про проигравшую его в казино бабульку была хорошая мысль. Пара удачных сцен, несколько слухов и Масакадов бы не отмылся… А если еще в чёрный пиар денег бахнуть, то вообще.
Хороший был бы план, если бы не нюансы.
Всё же придётся идти более длинным путём, чтоб Софию не задело осколочными.
Глава 15
Тайны дома Марковых
— Тут вкусные блинчики, и варенье настоящее, рекомендую клубничное, — сказал Ник, пока София рассматривала меню.
Сразу после тренировки они только быстро попили чай с бутербродами и решили сразу поехать по делам, позавтракать поплотнее Ник предложил недалеко от особняка Марковых в его любимом кафе.
Блины оказались и правда нежными и вкусными, а варенье сладкое и с целыми ягодами. Вдвоем они съели пять порций блинов и, наверное, целую тарелку варенья. Использование силы потребляло немало калорий и её аппетиту завидовали многие девчонки из класса, которые вечно сидели на диетах.
— Эх, хорошо, — сыто погладил себя по животу Ник и посмотрел на часы. У него, кстати, был самый простой «умный браслет», который, кажется, должен отсчитывать шаги и пульс. — Теперь можно и бабуле звякнуть, чтоб устроить переполох.
— Переполох?
— Ага, а то наверняка они в моё отсутствие слишком расслабились.
— У тебя тоже… Сложные отношения в семье? — спросила София.
— Да как сказать, — задумчиво вздохнул Ник. — После развода родителей бабуля настроила своего сыночка, чтобы он забрал нас с Игнатом к ним. Мама была сильно против, и состоялся судебный процесс. Я плохо помню, но мы с Игнатом однозначно хотели остаться с мамой. А потом… Она… Её убили. И бабуля забрала нас в свой «уютный» дом.
— Ты… — София посмотрела в остекленевшие глаза Ника. — Неужели ты подозреваешь, что?..
— Будучи богатыми, люди теряют человечность и моральные устои, — с убеждением сказал Ник. — Они становятся как бы выше закона, выше других простых смертных. Они начинают мыслить другими категориями. Бабуля хотела, чтобы мы жили с ней, и считала, что наша мать недостаточно хороша, чтобы воспитать наследников великой фамилии. И вот… Я не говорю, что она убила сама, но… Очень вовремя всё произошло. Хотя потом её сыну предъявляли обвинения, но доказать ничего не смогли. Или… Улики пропали, я не знаю… Дело закрыто. У меня появились, так скажем, некоторые связи в полиции, но они пока что слишком слабы, чтобы… С другой стороны, смерть моей матери ударила по бабулиному бизнесу, но не так, чтоб они не смогли выплыть. Так что вариант с происками конкурентов тоже нельзя отметать.
— Значит, убийцу твоей матери так и не нашли?
— Нет. Дело просто приостановили, насколько я знаю. Типа «глухарь».
— Кто? Глухарь? Почему глухарь? — переспросила София.
— Ты ни одного ментовского сериала, что ли, не видела? Это сленг. «Глухарь» — это глухое дело, без подозреваемого. Ещё висяком называют такое. Не раскрытое в общем и с маленьким успехом раскрытия. Ладно, пойдём прогуляемся по местам моей боевой славы, тут недалеко, — Ник поднялся и начал одеваться.
— А позвонить?..
— Да ладно, пустят и так… Наверное.
Они вышли из кафе.
— Ой, снег пошёл, — улыбнулась София. — Красиво… Хорошо бы он уже не растаял.
— Да, давно пора, зима на носу, — согласился с ней Ник. — Тебе не холодно? Куртка выглядит не очень теплой.
— Мне тепло, кстати, ты знаешь, что внутреннюю силу можно использовать и для того, чтобы согреться? Надо ускорить движение потока, но не испускать его, как при выполнении ударов, а направить в себя.
— Боюсь, мои носки такого не выдержат, — вздохнул Ник. — Да и мне тепло, я за тебя беспокоился.
— А… — чуть смутилась София. Но стало приятно. А ещё она подумала, что на предстоящую зиму нужно купить Нику носки из тонкой шерсти, благодаря вязке они гораздо лучше сидят на ноге и гораздо теплее обычных.
Особняк Марковых вырос из-за поворота и оказался окружён высокой ажурной оградой с вензелями и буквой «М», вписанной в чугунные кружева. На участке высажены деревья и кустарники, чтобы территория не проглядывалась. В принципе, все так делали. Сплошные заборы со стороны улиц, насколько знала София, было запрещено ставить по архитектурному плану Москвы. У них тоже фасадная часть ограждена чугунной решёткой, а вот подобные «именные вензеля» по правилам точно могли себе позволить только выходцы из дворянского сословия. Кажется, как памятник архитектуры или истории, или что-то такое. Точно существовало какое-то писаное или неписаное правило на этот счёт. Мама как-то об этом упоминала. Потому что отец спал и видел, чтобы на их заборе появился похожий вензель с буквой «М». Хотя, казалось бы, кого это сейчас должно волновать? А когда она вывалила свои вопросы и мысли Нику тот глубокомысленно сказал:
