На лицо был симбиоз этих проявлений, потому что после того, как мужчина зарычал не своим голосом, его мимика застыла, словно он впал в апатичный катарсис.

Ничего не оставалось, как увести того, кто вызвал это состояние. Господин Хван и сам понимал, что перешел черту, поэтому не спорил со мной ни секунды.

Всю дорогу дo отдела пиарщиков, я старалась смотреть на интерьер студии, запоминать любые детали, чтобы прогнать, куда подальше непонятное чувство тревоги. Я ехала сюда, готовясь ко всему. Но и помыслить не могла, что Сай в таком тяжелом состоянии. Этот человек был на пределе и фактически не жил, а терпел свою жизнь. Я это диагностировала, только поговорив с ним.

Сай играл много ролей в нашем разговоре: был хамом, хотел показаться высокомерным, держался на высоте своего "пьедестала". Но были моменты, когда его тело, выдавало состояние мужчины. Передергивания плечами, когда вопрос касался неприятной темы, как например требование о списке его женщин. Он тут же закрылся от меня, а в глазах мелькнула еле заметная злость. Следом он вообще сделал вид, что играет и флиртует со мной.

Слишком стремительные перемены в мимике лица, а всё из-за того, что вероятно он действительно нашел меня интересной. Женщины чувствуют это на чисто интуитивном уровне, и для этого мой психотерапевтический анализ не нужен. Но пoсле такого случая, мне однозначно нужно добавить ещё и шестой пункт к остальным - анамнез Ли Шин Сая и заключения всех докторов, которые его ведут. Не выдуманные предписания для вида, а реальные документы о состоянии его здоровья.

Ведь по условиям контракта, если клиент погибнет при выполнении мной работы, я буду уволена на месте. В таких случаях не прощают никого. Люди, которых мы защищаем и помогаем расследовать и выявить их недоброжелателей, слишком богаты и знамениты. А в случае с Саем, как бы меня не посадили, если психопат, который преследует его, достигнет цели.

Егo смерть равносильна трагедии национального масштаба для корeйцев, да и не только...

Боже!! Во что, я мать вашу, вляпалась?! Мне однозначно понадобятся все усилия и опыт, который я приобрела до этого момента. Я вытащу его! Чего бы мне это не стоило! И закрою это дело, уехав домой со спокойной душой.

Мистер Желток - прозвище, которым я прозвала господина Хвана - остановился в центре коридора у матовых стеклянных дверей, которые тут же открылись. Войдя в полукруглый большой зал с десятком столов, осмотрелась остановив взгляд на стене напротив входа, которая вмещала огромный экран.

Прямо сейчас на нём транслировался в повторе вчерашний концерт Сая, а сами работники беспрерывно бегали между столами. Каждый вёл переговоры через наушники с микрофонами, создавая видимость настоящегo колл-центра, походившего на гудящий улей.

- Где серверная? – спокойно переступив порог и отвернув рукав пиджака, сняла с браслета флеш-карту.

Мистер Желток вскинул брови, гневно выдохнув через нос, но ответив:

- Если вам нужен доступ...

- Нужен, господин Хван! Нужен доступ к каждому электронному носителю в этом здании! - холодно ответила, а мужчина поджал губы и скривившись, походкой от бедра, повёл меня дальше.

За поворотом справа оказалась дверь в небольшую техническую комнату, где и стояли сервера.

- Камсамнида! *(Благодарю!) - я вошла внутрь, и не обращая внимания на пыхтения за своей спиной, нашла нужный распределительный сервер. Он единственный имел доступ в интернет, и через его "wi-fi" можно проверить все приборы.

- Что вы делаете? – господин Хван вскрикнул, когда я вставила флеш-карту в слот сервера, и на несколько секунд, вся серверная погрузилась во тьму, следом опять заработав.

- Вас это не касается! - достав накопитель, вернула его на запястье, обходя по кругу пришибленного полудурка в красных ботинках.

Если бы не его презрение и отсутствие манер, я бы нашла Хвана забавным. Но этот человек с самого начала вызвал во мне лишь подозрение. За ним тоже нужно будет понаблюдать,и пристально.

Здание студии оказалось очень красивым и просторным внутри. Всё в светлых, даже преимущественно белых тонах с чёрной кожаной мебелью. Очень стильно и сдержано, учитывая какой экстравагантный тип здесь главный пиарщик.

Я посмотрела на часы - полдень. Пока навещала пиар-отдел, у Сая должна была начаться фотосессия, а значит, вряд ли я застану его в гримерке, которую отыскала почти сразу. На первый этаж в его крыло, вела кованная винтовая лестница, что было очень необычно. В футуристичном стиле и такой винтаж.

Огромное пространство с мягкими пуфами и зеркалами во все стены. Неплохой способ самолюбования. Взглянув направо, заметила черную дверь - единственную, которая вела из этого "уголка для отдыха".

Толкнув дверь, у которой даже не было ручки, вошла в комнату. Именно в комнату, но никак не в гримерку. Пространство выглядело уютно и необычно, ведь стены оббиты бамбуковыми панелями, которые пахли,точно как лес, в атмосферу которого окунало журчание воды. Она водопадом ниспадала из одного огромного аквариума в другой. Всё это довершали небольшой диван, плазма со столиком перед ней в углу,и две двери слева - скорее всего в уборную и в гардероб.

- Красиво... - протянула и остановилась со стороны, где этот импровизированный водопад возвышался стеклянным монументом во всю стену.

Естественно я застала только тишину и пустоту. На пустом столе у высокого зеркала трюмо, лежала лишь стеклянная бутылка с водой и таблетки. Я взяла в руки флакон без маркировки,и открыла его. В нос ударил резкий запах. Именно он вызвал дрожь, смешанную с удивлением такой силы, что я чуть не выпустила из рук эту дрянь.

Психотропные препараты всегда маркировались особыми буквами на самой таблетке, поэтому взяв одну в руки, сжала челюсть чуть не до хруста. Если он принимает такие препараты, значит, у него случаются приступы не просто паники. Он действительно на грани.

- Что же ты так упорно пытаешься забыть, что пьешь такую гадость, которая отключает всю психосоматику? - голос утонул в тишине помещения, как эхо, а я посмотрела на своё отражение в зеркале.

В нём была нахмуренная и злая брюнетка с поджатыми губами, которая за тридцать шесть часов пребывания здесь, получила больше эмоций, чем за четыре года своей службы и работы.

Покидала здание студии, с весьма неоднозначными мыслями в голове, и уже на улице, связалась с Саем.

"Это мой номер. Телефон, защищенный от прослушки на твоём столе в гримёрке. Завтра в три я приду на твою репетицию. Вызови к этому времени всех своих телохранителей. Даже тех, у кого отгул".

Я еще раз глянула на высокое сооружение, от окон которого отражался яркий солнечный свет, и села в такси.

Теперь у меня двенадцать часов, чтобы изучить данные с серверов, и выявить человека, который следит за Саем. Если таковой работает в студии,то даже то, что и как он отправлял с собственного телефона, всё равно удастся найти. Сервера интернет-обеспечения, запоминают все носители, подключаемые ранее к ним. Буду надеяться на недалекость и человеческую глупость.

К вечеру, когда уже сидела с чашкой кофе у компьютера и потирала глаза от усталости, в дверь позвонили. Я поднялась и потянулась, помотав головой и размявшись. От четырех часов беспрерывнoго поиска иголки в стоге сена затекло всё тело.

Включив экран домофона, увидела под свoей дверью неприметного и щупленького парнишку в кепке и чёрной куртке.

- Вы кто? – спросила в динамик, а парень сразу же поднял голову и весело улыбнулся, преобразившись за секунду.

- Меня прислал Хён*(братик)! Я - Чи Джин!

- Хён? Это кто?

- Братишка Сай, госпожа Энджи! Я от Ли Шин Сая! - ответил парнишка, а его белоснежная улыбка от уха до уха, вызвала доверие.

Я открыла дверь,и парень сразу же низко поклонился, следом сняв кепку и пройдя в квартиру после моего кивка.

- Чи Джин, значит? – я вошла на кухню и сняла чайник с разогрева, пока мальчишка разулся и впорхнул в гостиную. – И зачем Сай прислал тебя?