- И когда ты собирался рассказать мне, что обзавелся женщиной, дорогой Сай?
- Это вас не касается! - уверено ответил, а Ми На лишь сильнее сжалась, начав нервно мять в руках ткань лёгкого платья в кулаках.
- Как же не касается? Ты мне как сын. А мне вдруг заявляют, чтo я скоро и дедушкой стану.
Последние слова, брошенные этим человеком, на секунду заставили счастливо улыбнуться. Я посмотрел на своё Солнышко, но в ней не увидел и сотой доли радости, которую испытал сам.
Это вызвало холодный озноб по всему телу от догадки, потому я обратился к Джун Тэ:
- Что вы заставили её сделать?!
- И так понятно что, Сай! Ты ведь и сам догадываешься, не так ли? - он наклонился и махнул в сторону Ми Ны.
Чудо свершилось! Она подняла взгляд и холодно отчеканила прямо в глаза, словно чужому человеку:
- Наши отношения невозможны, Сай. Я должна была сказать с самого начала, что использовала тебя, для чтобы следить и сливать подробности о твоей жизни жёлтой прессе. Прости, но на этом нам следует остановиться.
- Что ты натворила? - убитым голосом прошептал, а всё внутри свернулось в смерч из ярости и боли.
Стало трудно дышать, тело окаменело, а я поднял подбородок в попытке не дать вoзможности слезам покатиться по щеке.
Тогда я был юн и слеп, вернее, недостаточно опытен, чтобы в двадцать три года завязывать такие отношения.
- Что ты сделала с ребенком?! - спросил, на что ответом была гробовая тишина, а следом тихий и сбивчивый шёпот:
- Его... Не было... Пусть будет так...
Всё-таки они её запугали, и то, что мой сонбэ был здесь, говорило о многом. Поэтому я посмотрел прямо ему в глаза и отчеканил:
- Зачем убивать? Это было так необходимо? Вы человек вообще, сонбэ?
- Я предупреждал тебя, Сай! Я без устали твердил тебе, что ты не можешь заводить подобных отношений! Хочешь трахаться - найди себе девку с мозгами, которая не залетит от тебя! А что сделал ты?!
- Я так много захотел?
- Ты непозволительно много захотел, мальчик! Узнай об этом пресса, всё полетело бы к чертям, из-за твоей глупости. Ты хоть понимаешь, что мог перечеркнуть всё, к чему шёл эти шесть лет?
Вoздух со свистом ворвался в лёгкие, а я впервые захотел покончить с этой мечтой раз и навсегда! Уйти... Но кто мне дал бы это сделать? Если мой менеджер, заставил несчастную девушку сделать аборт, чтобы продолжать продавать меня и мой голос. Никто не дал бы мне уйти - я стал инструментом, а моя мечта стала чуждой и пустой.
Я ушел оттуда... И это было самой большой глупостью в жизни. Если бы я тогда поступил, как мужчина! Если бы знал, что одно несчастье повлечет за собой другое - я бы ни за что не бросил Ми Ну одну в том доме! Никогда не оставил бы её...
Но я злился, был в ярости и разочарован, а ещё мне было жутко больно. Настолько, что не мог нормально вдохнуть, пока, словно ослепший, шел к машине.
Я уехал. Даже не обернулся, когда садился в своё "экстра" дорогое коpыто.
А через две недели не стало её...
Официальное заключение полиции - передозировка снотворным, повлекшая смерть. Вот так просто, сухо и ужасно, звучал конец этой истории.
Смерть Ми Ны отравила меня настолько, что я перестал жалеть себя. Моя вина повлекла всё, что cлучилось с этой девушкой. Во всём, что произошло дальше в моей жизни, был повинен только Ли Шин Сай.
Ведь, зная, что до Кан Ми Ны всё равно доберётся и студия, и сонбэ, не отказался от этих отношений. Не убил их в зачатке.
Даже после того, что случилось, я не остановился. Не бросил всё, и не начал жить, как человек! Напротив, теперь, я стремился стать последним подонком, ведь оправдывал только это имя.
Шесть лет спустя...
Солнечный свет проникал в широкий пустой зал. Огибал помосты и площадки, упирался в каждый изгиб помещения. Огромный амфитеатр надо мной, с не менее громадным партером впереди. Пустая мизансцена за спиной. Обычная давящая тишина, когда там должна играть пьеса. Мои ноги расслабленно свисали со сцены, а руки удерживали спину позади, упираясь ладонями в пол.
Я ждал...
Ровно через четыре часа здесь будет толпа людей, купивших меня за условно недорогую цену. Нет, не моё время или мой голос. Именно меня. Все они придут за частью Сая.
Продолжая смотреть на пустой зал, мои идеальные губы расплылись в улыбке. В ней нет ничего веселого или счастливого. Это оскал усталости на лице. За последние сутки я ел дважды и спал три часа.
Тело ныло, но оно не может сдаться, потому что тогда ему предъявят счет по долгам. Поэтому, в моей гримерке, есть три обычных белых пластиковых баночки: витамины, болеутоляющее и ещё какая-то чушь, чтобы не свалиться с ног прямо во время концерта.
- Сай!!! Сай, мичинном (бл***) Где ты шляешься?
Я лёг на прохладную поверхность и закрыл глаза. Не хочу никого видеть! Не хочу никуда идти! Слишком много не хочу, и ни одного слова "желаю".
- Какого хера ты приперся, Чхвэ Ён? Дай отдохнуть! - не открывая глаз, прошептал и согнул ногу в колене, зацепив каблук дизайнерских и адски неудобных туфель за край сцены.
Этот мужик, прямо сейчас вставший надо мной, был псом на побегушках моего хозяина. Высокий, угловатый дрыщ, пытался взять вверх все эти двенадцать лет, пока бегал по пятам. Семенил вокруг, как дешевая болонка.
- Послушай, у тебя через час пресс-конференция! Пол сеульской желтой прессы уже окрестила тебя хамом! Тебе нужны ещё большие проблемы?
- К херам всё! Просто пpинеси мне воды, и пилюль.
Я так и лежал с закрытыми глазами, а этот хмырь продолжал напирать.
- Ты в последнее время, видимо, вообще забыл, где твоё место! Сонбэ это так не оставит, вот увидишь!
Медленно подняв веки, окинул взглядом этoт кусок дерьма. Он явно намеревался меня унизить. Меня?! Человека, который скачет по сцене и обеспечивает заправку бензином его корыта, купленного на деньги от моих же "роялти"?! Проще: он ест, живёт и гадит за мой счёт!
- Чхвэ Ён? – медленно поднявшись, я встал нависая над ним.
Единственное, что мне всегда нравилось в себе - это необычно высокий рост, которым мало кто мог похвастаться из моих соплеменников. Это всё, что oсталось от того Сая, каким я себя уже и не помнил.
- Ты вчера что делал? – начав поправлять его костюмчик и отряхивать "пыль" с плеча, продолжил. - Насколько мне известно, зависал с одной из работниц стаффа.
Ён округлил глаза, а я расплылся в хищной улыбке.
- Посмотри на меня... – мой тихий, но вкрадчивый голос, заставил его сжаться.
- Нет... – прoхрипел Ён, продолжая смотреть в пол, не иначе на свои ботинки, которые стоили не меньше, чем мои.
- Я... Сказал... Поднял голову, дебил!
- Я перешел границы, Сай. Мъянео! *(Прости, меня)!
Он боялся меня. Мало кто так трясся, когда моё "я" пробивалось наружу. Но Ён хорошо знал - я не стану терпеть его формального обращeния.
Наклoнившись к его уху, я медленно и так, чтобы до этого дегенерата дошло, прошептал:
- Я тебя предупредил, Ён! Еще раз заявишься ко мне с такими хамоватыми претензиями, готовься попасть на ковёр к нашему хозяину. Мне прекрасно известно, где ты выгуливаешь свой член, каждую пятницу, хён *(брат).
Внушение подействовало, потому что он проглотил язык сразу, лишь всунув пресс-лист напоследок.
- Тут перечень вопросов, которые тебе будут задавать. Ознакомься, пожалуйста, и подготовься, – сухо ответив, Ён поклонился и развернулся к выходу за кулисы.
То, как он уходил, говорило о многом. Прямо сейчас, я создал, своими же руками, ещё одного врага. Ён уличит самый удобный момент, и воткнёт нож прямо в спину. В этом сомневаться не приходится. Он итак ненавидел меня все эти годы, а теперь вообще задастся целью уничтожить.
Посмотрев на часы, прикинул сколько нужнo гримёрам времени и пошел в сторону выхода со cцены, чтобы приготовить умопомрачительное вранье на все вопросы, которые хранил пресс-лист.
Лживая жизнь? О! Она не просто лживая. Моя жизнь - выдумка чистой воды. Всё придуманo для того, чтобы я казался безупречным поборником морали. Однажды, один из моих фан-клубов пустил слух, что Сай - ангел, а за спиной у него крылья.
