- Да. Наша будет лучше всех, - Шон горделиво обнял Габби за плечи.- Хороши́ оба. Друг другу под стать. Идите дети, садитесь за стол. Будем ужинать да разговаривать. Ужин родственников продолжался до одиннадцати ночи. Когда все стали расходиться, Бернард остановил Патрика и повернулся к своей невесте: «Помнишь, Ники, когда мы были в Америке, я говорил тебе, что у меня есть троюродный брат по маминой линии, который родился со мной в один день. Так вот это он. Патрик О’Коннор. Познакомься с ним поближе. Мы все будем праздновать свой день рождения на Рождество – 25 декабря! Выходит, что мы все трое астральные близнецы». Николь взглянула Патрику в глаза и вдруг почувствовала то, чего с ней никогда не было. Она поняла, что знает Патрика очень давно. Вернее сказать, знала его всегда! Только вот откуда, не помнит. Просто знает! И глаза! Она уже где-то видела эти яркие густо-зелёные насмешливые глаза. Именно насмешливые.

- А ты никогда в Париже не был? – неожиданно перейдя на «ты», спросила она Патрика. – Может, учился в Сорбонне? У меня такое чувство, что я тебя видела много раз и хорошо знаю. - Нет, Николь. Я закончил Кембридж, как и Бернард. Только специализация юриспруденция. И во Франции я никогда не был, но всегда очень хотел. На свадьбу к вам обязательно прилечу, а потом и на венчание. Ещё ни разу не видел, как проходит обряд венчания. Вы будете жить в Париже? Вот я в гости и буду приезжать. Хотя, и у меня чувство, будто я всегда тебя знал, а увидел только сейчас. Со мной такое впервые! Подошли родители Патрика. У́на и Джеймс. Бернард посмотрел на них и понял, что они взволнованы. - Ники, а вы с Патриком действительно очень похожи. – улыбнулся Бернард своей невесте.

- Правда, дядя Джеймс? – обратился он к Джеймсу О’Коннору и продолжил. – Какие только чудеса природа не творит. Правда, Уна? - стараясь привлечь к разговору его жену, которая стояла в стороне и внимательно изучала Николь, - Мы все родились в один день. Может потому и похожи.

- Нет, Бернард. Вы с Николь прекрасная пара, но совершенно не похожи. Вы влюблены. Это сильно заметно. А вот Патрик с Николь, похожи, как родные брат и сестра. Посмотри на них. Одно лицо. Только цвет глаз разный. У Николь - небесно-голубые. У Патрика тёмно-зелёные. Это единственное их различие. – Вмешалась в разговор Мойра. – И оба, как две капли воды, похожи на родного брата твоего дяди Джеймса. Того, который погиб в Париже, сорок лет назад. Его тоже звали Патрик. – она обернулась к Патрику и продолжила, - Тебе разве не рассказывали? Он с твоей мамой похоронен рядом. Твои родите…

- Замолчи. Не смей. – грубо прервала её Уна. – Патрик, сынок, уже поздно. На улице холодно. Ехать не близко. Машину включи на прогрев. - Джеймс угрожающе двинулся на Мойру. Тут же рядом оказался Остин Магуайр. Обстановка накалилась. Казалось, ещё чуть-чуть и все услышат раскаты грома и увидят молнию. И вновь, вмешалась Николь. Улыбнувшись, она обратилась ко всем сразу: «Дорогие родственники. Мне было очень приятно познакомиться с Вами. Разрешите нам с Бернардом, изредка навещать вас. А вы в свою очередь приезжайте к нам в Париж. Всегда будем вам рады. Мы собираемся обвенчаться в Шотландии, в замке Скибо. Обязательно пригласим всех. А сейчас, доброй ночи и спасибо вам большое, что нашли время приехать познакомиться». Конфликт был погашен. Все стали расходиться. Никто и не заметил, что Питер, который в течение всего вечера, фотографировал гостей за столом, сделал несколько снимков и снял видео, уже в прихожей, когда все прощались. Фото Николь и Патрика. А потом Патрика, Бернарда и Николь. А потом видео негодующей У́ны и её мужа, дяди Джеймса. И, конечно же, Мойра со своим ревнивым мужем Остином тоже попала в кадр. А потом, Питер снял Николь, когда она обратилась ко всем. Он был так доволен собой, что быстро попрощался с гостями и удалился в свою комнату на втором этаже монтировать видео.

- Вот так невесту сынок себе нашёл. Миротво́рица! Одной фразой всех утихомирила. Действительно принцесса. – Зайдя в дом, громко сказал Шон. Они с Габби оставили верхнюю одежду в прихожей и прошли в гостиную. Присели, за ещё не убранный стол.

- А помнишь наши смотрины, Габби? – Шон любовно погладил свою жену по спине и притянул её к себе за талию. Она улыбнулась и положила голову на плечо мужа. Потом, вздохнула и тихо, почти шёпотом сказала: «Да. Неожиданно как всё получилось. Мойра всегда такая сдержанная, сегодня, словно сыворотку правды глотнула. Не смогла остановиться. А Патрику, видимо, так и не сказали кто его отец на самом деле? Да и про мать, тоже умолчали. Словно и не было её вовсе».

- Похоже, что так и есть. Габби, они ведь воспитали мальчика, как своего родного сына. Думаю, мы не должны вмешиваться. Парень вырос хороший, умный, а теперь и образованный. Спортом занимается. Женить его нужно. Засиделся в «девках». – Шон улыбнулся. – Ну, хоть наш молодец, наконец, королеву нашёл. Знаешь, а она ведь на тебя чем-то похожа.

- Да. Я когда увидела её в первый раз, подумала именно так. Патрик сказал, Принцесса. Николь действительно, словно из другого мира. Ведёт себя, как королева чистых кровей. А что если она и вправду его сестра? – тихонько прошептала Габби.

- Чья сестра?- удивился Шон.

- Патрика. Сестра близнец Патрика. Они же родились в один день. Разница в пять минут. Сначала она, потом он. Стремительные роды. Можно сказать на ракете прилетели. – улыбнулась Габби.

- Так сказали же, что девочка умерла сразу. – Шон всё ещё не понимал ход мыслей жены.

- Ах, Шон. А если нет? Дети родились крепкие, от молодых здоровых родителей. С чего бы ей умирать? Посмотри, как они похожи. Как две капли воды. Смека́ешь, что могло быть?

- А что могло быть? – снова не понял Шон.

- Да просто девочку отдали чужим людям. А родственникам сказали, что умерла. «И концы в воду». Всегда были женщины, у которых по какой-то причине не получались дети. Вот девочку такой женщине и отдали. Теперь понятно? – она задумалась, но потом решительно продолжила. - Говорили, что мать Патрика, если я точно помню, её звали Бланш. Так вот она умерла во время родов от потери крови. А мама у неё какая-то очень известная была в богемном мире. Баронесса или маркиза. Что-то такое. Чуть ли не королевской крови. Выходит, они даже с родной бабушкой Патрика не познакомили. Может, конечно, бабушки уже давно и в живых нет, но… это как-то не по-человечески получается.

- Вот что я тебе скажу, моя дорогая Габби. Не вмешивайся ты в эту историю. Судьба сама сведёт детей, если им суждено встретиться. А не суждено, значит так надо. Всё. Пошли спать. Наши дети завтра улетают в Париж.

- А со стола убрать не хочешь? – улыбнулась Габби.

- Да ладно тебе, девочка Габби. Утром с Питом уберём. Отдыхай! Встанешь к завтраку. Я блинчиков напеку. Всё будет «чи́ки-пу́ки», как Пит в детстве говорил. Помнишь? – она кивнула, - Вот и отлично! Пошли! Праздник удался! – Шон обнял Габби. – А Питер, по-моему, всё снимал на видео. Завтра посмотрим... - и они пошли в свою комнату.

Николь стояла за дверью, почти не дыша, боясь, что её могут обнаружить в любую минуту. Случилось так, что проводив гостей, Бернард пошёл наверх принять душ, а Николь спустилась вниз, чтобы помочь убрать со стола. В гостиной уже никого не было, она и решила, что без Габби нельзя хозяйничать на кухне. Не успев сделать и шага по лестнице наверх, услышала, как вошли родители Бернарда и, поняла, что говорят о ней.Зашла за приоткрытую дверь и замерла. Разговор оказался интересным. И это была семейная тайна клана О’Конноров. А теперь получается, что это, может быть, главная тайна и её жизни! Нужно лететь домой. Там всё станет ясно. И если это всё правда, то она нашла своего родного брата близнеца. Иначе, почему она так повела себя, когда Бернард познакомил её с Патриком. Это чувство, до сих пор волновало Николь. Она вновь и вновь возвращалась в памяти к разговору тёти Мойры с дядей Джеймсом. Нужно ещё раз прочесть информацию Антуана Вернье. И конечно, нужно выяснить, кто её биологические родители и что с ними случилось, на самом деле. Николь вздохнула и пошла наверх.