На грани сна и яви думаю о том, что мне нельзя сдаваться. Нельзя опускать руки и пускать ситуацию на самотёк, ведь иначе…

Засыпаю, так ни к чему не придя. Сон тревожный – я бреду в тумане. Время словно замерло, и пространство тоже. Где я? Хочу проснуться, но не получается. Тревога нарастает, сердце стучит всё быстрее.

Что я здесь делаю? Что это за место? Вскоре ответ приходит сам: туман рассеивается, выводя меня на зелёную полянку в обрамлении елей.

Дыхание сбивается – я сразу узнаю его! На полянке сидит мой сыночек, светловолосая копия Дирэна!

Осторожно подхожу ближе, и опускаюсь рядом с ним на колени. Он поднимает личико вверх, и серьёзно смотрит на меня.

- Ты такая класивая, мама! – выдыхает он.

Смеюсь. Вот же… Ещё не родился, а уже дамский угодник!

- Это потому, что я стану мамой лучшего сыночка, - улыбаюсь, и тянусь к нему ладонью.

Малыш довольно смеётся, когда я глажу его по голове. У него волосы на ощупь, как лебединый пух, а улыбка так похожа на улыбку Дирэна, что щемит сердце.

- Я был у папы во снах, - малыш заглядывает мне в глаза.

- И что там, солнышко?

- Там… плохое. Ему плохо. И есьцё… бесполядок.

Хмурюсь. У Рэна беспорядок? Что Элисон сделала с моим… кхм… в общем, с Рэном? У него все горничные ходят в личном подчинении. Он не раз при мне проверял качество уборки. Что с ним должно было случиться, чтобы он изменил себе?

Хотя… Мне же изменил? Раз он это сделал, значит, прекрасно понимает, как ему жить. Нечего за него переживать. Передо мной сидит самое хрупкое создание на свете – мой пока ещё нерождённый ребёнок.

Чтобы спасти его, я сама должна выжить.

- Назови меня, - просит сын, - дай мне имя.

Его просьба меня удивляет.

- Я ещё не думала об этом… Не думала, каким именем тебя назвать, сыночек.

- Это вазьно! – возмущается он, - сьтобы я не делся никуда, назови меня, мама! И не пей.

- Бьянка?

Подскакиваю от голоса Шанилы, склонившейся надо мной. Тру глаза, пытаясь осознать, кто я, и где.

- Извини. Задремала.

Старшая сестра отходит к столику, на котором стоят две чашки, и берёт в руки одну из них. Осторожно передаёт мне, и я грею пальцы о горячую глину.

«Не пей» - звенит в ушах голос моего малыша из сна.

- Это мне не навредит? Не знаю, слышала ли ты, но я…

- Беременна. Я знаю, - едва слышно отвечает Шанила, - не бойся. Тебе станет только лучше.

Но меня уже не остановить. Неотрывно смотрю на Старшую Сестру и замечаю, как она нервничает. То перебирает пальцами кисточки пояса, то пожёвывает губы. Потом лезу пальцами в чай – далеко не кипяток – и вытаскиваю несколько листочков, склеенных между собой, и мелкие цветочки.

- Это трава-кровянка, - от горечи аж в голове мутится, - и розмарин, чтобы перебить запах… Чтобы я не узнала кровянку по запаху! Зачем ты так со мной, Сестра?!

- Глупая Бьянка! – шипит она, - ничего ты не понимаешь! Ты нужна им, пока носишь драконьего ублюдка! Если от него избавиться, ты будешь спасена! Это ведь ради тебя, дурочка!

Смотрю на неё, широко раскрыв глаза. Та история с Алинорой должна была меня многому научить. Но не научила.

- Если ты хочешь избавиться от моего ребёнка, тебе придётся убить меня, - шепчу в ответ.

Я буду драться за сына до последней капли крови!

- Бьянка! – выражение лица Шанилы становится умоляющим.

Старшая сестра медленно опускается передо мной на колени, берёт меня за руку.

- Даже не думай…

- Ты росла на моих глазах! – уже едва не плачет Шанила.

- Как и Алинора! – я отбрасываю её руку, - она мне до сих пор снится! Бедная беременная девушка, которой нужна была капля понимания. А ты закрыла её в башне! Откуда мне знать, что ты не поступишь так со мной?!

- Тебя-то я люблю, - качает головой Шанила.

- Если бы ты меня любила, ты бы лучше меня знала, - соскакиваю с твёрдого ложа, - ты бы не устроила вот это, ведь знала бы, что я отдам свою жизнь, лишь бы сберечь своего ребёнка.

Иду к двери, но Шанила снова подхватывает меня, уже за локоть.

- Бьянка, одумайся! – горестно упрашивает она, - сейчас это не ребёнок – всего лишь зародыш! У тебя будут ещё дети, своя жизнь, ты сможешь быть счастлива, если только сейчас…

- Если сейчас сделаю что?! – вспыхиваю, - убью этого малыша? Пожертвую им ради будущего?!

Шанила может нести какой угодно бред. Но я уже видела своего сынишку во снах! Трогательного кудрявого малыша, который подсказывает мне верный путь, ещё до своего рождения. Он уже мой сын.

- Это не такая большая жертва, Бьянка. Знала бы ты, что они хотят с тобой сделать…

- Неважно. Всё это тебя не касается. Мой малыш будет рождён. Я уже дала ему имя. Рэймс.

Старая послушница смотрит на меня со смесью жалости и презрения.

- Жаль тебя, дурочку. Но ты сама выбираешь свою судьбу.

Фыркаю, и вылетаю из кельи. Я туда больше ни ногой! Возомнила себя вершительницей судеб! Решила устроить мне выкидыш, даже не спросила! Она и у Нори не спрашивала…

Бреду по каменным коридорам, обхожу людные места. Мне толком не объяснили, где я буду жить? Где спать? Ноги по привычке заводят в библиотеку. Как и раньше было, здесь пусто. Устало прохожусь между стеллажами книг, присаживаюсь в одно из кресел. Я так устала…

Как там Дженна? В безопасности ли она? Странно, ведьма, знавшая меня несколько дней, отнеслась ко мне со всей душой и гораздо большим сочувствием, чем Шанила, которая знает меня всю мою жизнь…

Кладу ладони на пока ещё плоский живот. Закрываю глаза, и пытаюсь прислушаться к ощущениям. Как он там? Страшно ли ему, как мне сейчас?

- Мама спасёт тебя, - шепчу уверенно, - не знаю как, мой хороший. Но я что-то придумаю.

В моём воображении он уже живой ребёнок. Какая разница, что ещё не успел родиться? Ведь я уже его люблю!

Что-то капает на колени, и я с удивлением понимаю, что это мои слёзы. Как же мне спасти малыша, если я в ловушке?! Имо только и хочет, что завладеть мной, Шанила едва не напоила травой-кровянкой. Высокий Жрец так вообще женоненавистник.

Успокаиваю дыхание. У меня ничего нет. Кроме малыша Рэймса мне нечего терять. Нужно понаблюдать, пока здесь сравнительно ничего не происходит. Понаблюдать, и найти союзников. Не сомневаюсь, что многие девочки с радостью убегут отсюда.

В животе урчит. С досадой вспоминаю, что забыла корзинку с едой в келье у Шанилы, когда убегала оттуда. Но тут слышу звон, оповещающий о скорой вечерней молитве. Надо спуститься и смешаться с толпой послушниц. Я хоть и одета не так, как они, всё равно на людях безопаснее.

А там и ужин не за горами.

Спускаюсь вниз, вместе с другими девочками выхожу во внутренний дворик, к большому изваянию Великой Драконицы. Пока все ей кланяются и шепотом возносят молитвы, я замечаю то, от чего кровь стынет в жилах.

Многие находящиеся тут девушки – беременны. Каждая третья так точно.

Глава 6. Прошлое и будущее

На площади появляется Высокий Жрец. Все склоняют головы в молитве, но только не я. Наоборот, пытаюсь рассмотреть и увидеть как можно больше. И меня пугает то, что я вижу.

Многие девушки явно из «свеженьких». Тех, кто служили в храме, когда здесь ещё была я, практически нет. Притом заметно, что многие девчонки явно из богатых семей: у них хорошая кожа, аккуратные ногти красивой формы, румяные личика. Они явно не были бездомными, когда их брали в приют при этом храме.

Мимо прохаживается хряк Иммолио, и я торопливо закрываю глаза и шепчу молитву, слова которой уже давно отпечатались на подкорке. Даже он не настолько влиятелен, чтобы помешать обязательным утренним и вечерним ритуалам.

Какой ужас здесь творится?! Неужели это Имо сделал? Столько горечи! Но ведь я уже подметила, что не все они приютские, и явно не все из бедных семей.

- Бьянка! – слышу тихий шепот рядом.

Кто-то берёт меня за руку. Торопливо открываю глаза, и не могу поверить собственной удаче. Это девочка из нашей комнаты, Кейли! Мы с ней особо не дружили раньше, но сейчас встретить старую знакомую приятнее, чем найти мешок драгоценностей.