Сегодня в лазоревой гостиной царило настоящее веселье. Должно быть, устав от однообразия, а, может, желая развлечь королеву, дамы затеяли игру. Была она проста и незатейлива, но забавна и называлась «Вещицы», еще ее называли «Действия». Может, было и еще какое-то название, однако оно было неизвестно присутствующим.

Каждый играющий давал какую-нибудь свою вещицу, а ведущий выбирал, что хозяину предмета стоит сделать. Впрочем, Лания в забаве не участвовала, но со стороны смотрела с интересом. Не играл и Его Высочество, зато кавалеры из его свиты приняли в «Действиях» живейшее участие.

Да, принц, если навещал невестку по вечерам, то брал с собой и своих приближенных. Дамам такой поворот пришелся явно по душе. И пока королева с наследником беседовали, их свиты развлекали себя собственным разговором. Вскоре начинали смеяться, иногда даже расходились настолько, что Ее Величеству приходилось брать колокольчик и его звоном привлекать внимание общества. После этого голоса вновь начинали звучать приглушенно, а смешки прятали за ладонями. Так что причиной, которая побудила начать игру, могли послужить и кавалеры из свиты Его Высочества.

— Почему бы и вам не развлечься, сестрица? — спросил Канлин, когда его невестка как-то тряхнула колокольчиком, чтобы призвать придворных к порядку.

— Я в трауре, братец, — ответила Лания. — И не намереваюсь вести себя легкомысленно, когда богини велят чтить с почтением память покойного мужа. Но кроме того я попросту хочу посидеть в тишине и отдохнуть от забот. За день их бывает немало. Ваш племянник растет, и к вечеру мне хочется принять удобную позу и освободиться от всяких размышлений. Если бы правила не требовали, я бы и своих дам не призывала, а попросту почитала книгу или рисовала у себя в покоях. Но раз иной службы у них сейчас нет, то пусть просиживают подле меня. Иначе за что они получают жалование?

— Так вы переживаете о дамах? — в ироничном удивлении приподнял брови Его Высочество. — Не желаете, чтобы они бездельничали?

— Всю остальную их работу выполняют Келла и чиновники, — пожала плечами королева.

— Но у вас есть камергеры, распорядители, егеря и конюшие, не говоря обо всех остальных, — справедливо заметил Канлин. — Однако служить вы заставляете только дам.

— Хотите, отдам их всех вам? — посмотрела на него невестка.

— Благодарю покорно, — усмехнулся принц, — мне и своих хватает.

— А что до дам, — Ее Величество погладила живот и приняла иную позу, — так ведь и я дама, еще и в тягости. Но это не мешает мне служить Северному королевству. Почему же что-то должно мешать придворным дамам служить своей королеве так, как она это видит?

— Возразить мне нечего, — с поклоном заверил Канлин.

— Но если вам скучно, то зачем же вы приходите? — спросила его Лания.

— Мне не скучно, — вновь заверил ее деверь. — Если бы было иначе, я бы остался у себя. Мне нравится ваше общество, рядом с вами мне уютно, я уже говорил вам об этом. А своих приближенных я привожу для того, чтобы дамы не прислушивались к нам. Пусть будут заняты иными разговорами. А мне хватает и молчания подле вас. Это тоже уютно… расслабляет.

И сегодня они сидели обособленно, со стороны наблюдая за чужими развлечениями. Лания спустя некоторое время перебралась на кушетку. Ее малыш, похоже, решил не отставать от придворных и усердно забавлялся в чреве своей матушки. Королева почувствовала усталость в спине и покинула кресло. Принц передвинул кресло к ней поближе и, пожав руку, заботливо спросил:

— Вам нехорошо? Чего-нибудь желаете?

— Пожалуй, воды, — ответила Ее Величество, и ее деверь поднялся на ноги.

— Одно мгновение, сестрица, я сейчас принесу.

Воду подготовила Келла еще до того, как ушла из дворца. Графин оставался в покоях, и в гостиную его принес лакей, сопровождавший государыню. Вместе с водой были принесены подготовленные легкие закуски и фрукты. Но это было только для госпожи. Принцу и придворным подготовили угощения без особого надзора.

Но даже если бы Канлин сходил за водой туда, где Лания не могла проследить, она бы всё равно приняла стакан из его рук. Во-первых, он все эти месяцы приносил ей лакомства, а во-вторых, сам признался, что травить невестку не в его интересах, иначе этим воспользуется «любимый» родственник. В этом королева ему верила.

— Быть может, желаете еще чего-нибудь? — спросил Его Высочество, когда Ее Величество, отставив полупустой стакан, перевела взгляд на своих дам и кавалеров наследника.

— Нет, благодарю, — ответила Лания. — Давайте просто посидим и посмотрим. Впрочем, если желаете, то сыграйте с ними, а я посмотрю, что мои шалуньи заставят вас сделать.

Она лукаво улыбнулась, а Канлин усмехнулся:

— А после вы будете мне припоминать, как я, к примеру, разгуливал по дворцу в дамском наряде? Нет уж, дорогая моя, лучше я останусь подле вас и послужу вашим лакеем, чем стану в очередной раз подушечкой для ваших ядовитых игл.

— Трусишка, — фыркнула королева.

— Вовсе нет, — отмахнулся Его Высочество, — но осторожности не чужд.

— Осторожный трусишка? — полюбопытствовала Лания.

— Не подловите, — негромко рассмеялся ее деверь. — Я уже не маленький мальчик, готовый доказывать, что может всё на свете. И потом, — теперь он посмотрел на невестку ироничным взглядом: — Все твердят, что вы сделали из меня человека, и вдруг я предстану в каком-нибудь непотребном виде. И что тогда скажут ваши подданные? Будто бы вы меня разбаловали?

— Я?! — искренне изумилась Ее Величество.

— А кто же еще? Я ведь в вашем обществе могу преобразиться, по желанию ваших дам. И кто же тогда окажется виновен в падении наследника престола?

— Ну и пускайте корни дальше, — фыркнула Лания.

— Уже пустил, не сдерните, — подмигнув, ответил Его Высочество.

— Дергать пни не достойно моего величества, — высокомерно произнесла королева, скосила глаза на деверя и, не удержавшись от неожиданного порыва, показала ему язык. Немного, всего лишь кончик.

— Ого-о! — округлив глаза, воскликнул Канлин, но глаза его весело сверкнули, и Лания поспешила отвернуться, смутившись своего детского поведения.

В этот момент послышался взрыв хохота. Королева и принц посмотрели на разошедшихся придворных. Один из кавалеров, мотая головой, отчеканил:

— Ни за что! Даже не думайте!

— Это загадали вам, вам и исполнять, — ответила ему одна из фрейлин и завертела головой: — Милые дамы, у кого найдется наряд, подходящего его милости размера? Достаточно и платья. Или даже юбки.

— А я что говорил, — посмотрев на королеву, со значение произнес Канлин и повторил за бароном: — Ни за что, — а после легко рассмеялся. Лания усмехнулась следом.

К концу вечера оживление, царившее в лазоревой гостиной, было уже всеобщим. Не только Канлин начал выкрикивать веселые замечания, но поддалась этому шальному веселью и королева. Она заливисто смеялась над спорами между водившими и игравшими. И когда шутил принц, и когда сама, не удержавшись, подшучивала над кавалерами из свиты деверя, чтобы поддержать своих дам. И лишь когда малыш снова зашевелился, она опомнилась. Поймала горящий взгляд деверя и произнесла:

— Мы чрезвычайно сильно веселимся, это нехорошо. Для развлечений время еще не настало. Я ухожу.

— Разве же вы не отдохнули душой, сестрица? — спросил ее Канлин.

— Отдохнула, — не стала спорить Лания. — Теперь желаю отдохнуть и телом. Я отправляюсь спать.

— Я провожу, — тут же поднялся на ноги принц.

— Не стоит, — остановила его невестка. — Я не заблужусь. Но помочь подняться с кушетки вы можете. — И пока деверь выполнял ее просьбу, Лания проворчала: — Кажется, еще немного, и я стану вовсе неподъемной.

— Я смогу носить вас на руках, если понадобится, — улыбнулся Канлин. — Уверен, вы легкая, а родная мне кровь, скрытая в вас, рук точно не оттянет.

Он все-таки пошел провожать невестку, несмотря на ее явное нежелание. Обе свиты остались в лазоревой гостиной, кажется, еще не готовые заканчивать вечер. Быть может, принц после вернется к ним, но это уже Лания оспаривать не собиралась.