Протянув руку, Его Высочество демонстративно посмотрел на связку ключей. Королева чуть помедлила, а после вручила ее деверю. Подобрав наиболее подходящий, наследник уверенно направился к книжному шкафу. Лания последовала за ним, встала за плечом и некоторое время наблюдала, как Канлин деловито крутит колесики, подбирая слово.

Так минуло несколько попыток, а ключ всё еще не провернулся. Принц досадливо хмыкнул, потер подбородок и застыл перед тайником, раздумывая. Королева еще некоторое время ждала, но вскоре отошла к столу и начала разбираться в ящиках. И когда нащупала еще одну шкатулку, отдернула руку, будто обжегшись, но рассердилась на себя и вытащила наружу свою находку.

Эта шкатулка была закрыта на замок, к которому подходил миниатюрный ключик, находившийся среди остальных на связке. И все-таки использовать его королева не спешила, вдруг ощутив нерешительность. Что если там переписка с возлюбленной? Что если сейчас ей станет больно?

Лания перевела беспомощный взгляд на Канлина, но тот вновь пытался подобрать шифр.

— Братец, — позвала королева, и когда тот ответил внимательным взглядом, спросила: — Вы не знаете… — она чуть замялась, однако вновь рассердилась на себя и продолжила: — Вы не знаете, Ангвир переписывался со своей женщиной?

Взгляд принца скользнул на шкатулку, и, кажется, он понял смысл вопроса. Улыбнувшись, Его Высочество ответил:

— Сомневаюсь, сестрица. Она малограмотная. Ангвир вряд ли обучал ее сам или нанимал учителей. В высшем свете ей делать было нечего. Так что в этой шкатулке, если и переписка, то скорей с матушкой или нашей сестрой. Возможно, иные письма. Откройте, и узнаете, — он подмигнул и вернулся к своему делу.

— Ну и открою, — буркнула себе под нос Лания и, не позволяя новых сомнений, вставила ключик в замочную скважину.

В шкатулке лежала стопка аккуратно свернутых бумаг. Взгляд королевы остановился на пометке, стоявшей на верхнем листе, сложенном несколько раз. Не дыша, Лания достала его, снова прочитала и, продолжая пребывать в прострации, повторила:

— Для Лани... Лани...

— Что? Лани? — Канлин обернулся, остановил на невестке рассеянный взгляд, и в задумчивости повторил: — Лани... — после хмыкнул и пробормотал, — почему бы и нет?

Принц вновь развернулся к тайнику, набрал новое слово и повернул ключ. Замок тихо щелкнул, и дверца открылась. Его Высочество рассмеялся и воскликнул:

— Ну надо же! А ведь можно было хотя бы предположить! И я еще назвал его милость идиотом, а сам искал нечто этакое, — и он вновь рассмеялся.

Наконец обернулся к невестке, уже намеревался что-то ей сказать, но так ничего и не произнес, потому что она протягивала к нему сложенный лист бумаги.

— Что, сестрица? — с тревогой спросил принц и, стремительно приблизившись к королеве, забрал из ее подрагивающих пальцев то, что привело невестку в смятение.

— В... — Лания судорожно вздохнула и договорила: — Вот.

Канлин пробежал взглядом короткую строчку, взволновавшую королеву, на короткий миг устремил взор на тайник, вновь хмыкнул и наконец развернул лист. На губах Его Высочества расплылась широкая улыбка.

— Что там? — пролепетала Ее Величество. — Отчего он написал это сверху? И почему — Лани?! — в голосе ее послышалась визгливая нотка, и деверь понял, что невестка готова сорваться в истерику.

Канлин порывисто опустился перед ней на одно колено и, отложив себе за спину то, что только что прочитал, взял за руки. Гвардеец, до того стоявший неподвижно, нахмурился и сделал шаг к столу. Однако ничего более вызывающего принц не сделал, да и госпожа не спешила гневаться, но смотрела на деверя, не отрываясь. Впрочем, всего лишь ожидала пояснений.

— Дорогая... — начал было Канлин, однако быстро поправился: — Дорогая сестрица, вы встревожились попусту. Это всего лишь счет. И все остальные бумаги в этой шкатулке — тоже счета, я уверен. Видите ли, Ангвир был весьма своеобразным человеком...

— Счета? — не слушая его, переспросила королева. — Но почему там мое имя, да еще написано так... ласково? И если этот счет касается меня, то отчего вы не покажете его мне?

— Оттого, сестрица, что это испортит некое доброе дело, которое задумал и уже оплатил государь. Давайте оставим его в тайне до поры, когда оно станет явным.

Лания освободила ладони из его рук.

— Не понимаю...

— И не надо, — Канлин улыбнулся и поднялся на ноги, прихватив и бумагу. — Клянусь вам своей жизнью, что вам стоит оставить этот счет и посмотреть другие.

Однако королева лишь нахмурилась и поджала губы. Подозрительность ее в эту минуту всколыхнулась с новой силой, и Лания приказала гвардейцу:

— Подайте мне этот счет.

Телохранитель подошел к принцу, и тот укоризненно покачал головой.

— Зачем же, сестрица? — произнес Его Высочество, но королева ответила упрямством во взгляде, и Канлин передал гвардейцу счет. — И всё же я прошу вас не читать. Когда вы увидите, что там написано, то расстроитесь больше, чем до этого.

Однако Лания слушать не желала. Она забрала у гвардейца бумагу, мгновение в нерешительности смотрела на нее, а после развернула и прочла. Глаза ее вновь расширились. Королева прижала свободную ладонь к груди и тяжело опустилась обратно на стул.

— Что это? — пролепетала вдова, снова протягивая деверю счет. — Богинь ради, братец, объясните мне...

— Да что уж тут непонятного, — усмехнулся Канлин и вернулся к столу. Он забрал счет и ответил: — Судя по всему, это ваш подарок на день рождения, который готовил ваш супруг и мой брат. Аросинская кобыла белоснежной масти. Великолепнейшее создание, какое только могло сотворить мироздание. Прекрасная лошадь для прекрасной королевы. И она прибудет в Северное королевство незадолго до вашего дня рождения. Ангвир уже оплатил ее, о чем и говорит этот счет. А чтобы не путаться в счетах и не пересматривать каждый, он оставил сверху пометку «Для Лани», то есть для вас, дорогая. Однако вы лишили себя подарка...

— От мертвеца, — шепотом закончила за него Лания. После нервно хохотнула и добавила: — Подарка не лишила, она оплачен и придет к указанному сроку, надеюсь. Не будет лишь неожиданности. Богини... — она вдруг закрыла лицо руками и так просидела несколько минут, справляясь с чувствами. А когда вновь посмотрела на деверя и заговорила, голос ее отдал хрипотцой: — Почему? Почему он называет меня Лани?

Канлин вновь приблизился и присел перед ней на корточки. Он заглянул невестке в глаза и спросил с любопытством:

— Вам это кажется странным?

— А как иначе? — отвернувшись, спросила в ответ королева. — Он ведь женился на мне не по сердечной склонности. Меня это не удручало, потому что была надежда, что после свадьбы мы познакомимся ближе, и он увлечется. Но не увлекся. Ангвир даже не позволял завязать беседу, не пытался узнать меня… разве что после того, как перестал ездить к своей женщине и их ребенку.

— Он заказал вам подарок баснословной стоимости, — заметил деверь.

— Но я ведь его супруга… королева, — возразила Лания.

— И это не мешало ему приказать камердинеру или секретарю купить вам в подарок какой-нибудь гарнитур в ювелирной лавке прямо здесь в столице. Однако же он лично заказал привезти издалека кобылу лучшей породы, что я знаю. Выбрал масть и оплатил тоже лично, и свидетельство этому, — принц указал на счет, — вот это. — Вдова скосила взгляд на стол, и Канлин продолжил: — Вы не стали меня слушать, сестрица, а между тем я желал вам кое-что рассказать о моем старшем брате.

— Рассказывайте, — кивнула королева, однако прежде попросила: — Только присядьте, стульев здесь хватает.

Его Высочество не стал спорить. Он уселся на кресло, стоявшее у стенки, закинул ногу на ногу и продолжил:

— Как я уже имел честь вам говорить, Ангвир был своеобразным человеком. Не помню, кто сказал, что брат пошел в нашу бабушку. Будто бы она была человеком столь уравновешенным, что казалась вовсе бесчувственной. Вывести его из себя было практически невозможно.