' That's right.
-- Верно.
Outside the Law Courts.
За Домом правосудия.
It was bombed in--oh, many years ago.
Его разбомбили... Ну, много лет назад.
It was a church at one time, St Clement Danes, its name was.'
Это была церковь.
He smiled apologetically, as though conscious of saying something slightly ridiculous, and added:
Сент-Клемент -- святой Климент у датчан. -- Он виновато улыбнулся, словно понимая, что говорит нелепость, и добавил: --
'Oranges and lemons, say the bells of St Clement's!'
"Апельсинчики как мед, в колокол Сент-Клемент бьет".
'What's that?' said Winston.
-- Что это? -- спросил Уинстон.
'Oh--"Oranges and lemons, say the bells of St Clement's."
-- А-а. "Апельсинчики как мед, в колокол Сент-Клемент бьет".
That was a rhyme we had when I was a little boy.
В детстве был такой стишок.
How it goes on I don't remember, but I do know it ended up,
Как там дальше, я не помню, а кончается так:
"Here comes a candle to light you to bed, Here comes a chopper to chop off your head."
"Вот зажгу я пару свеч -- ты в постельку можешь лечь. Вот возьму я острый меч -- и головка твоя с плеч".
It was a kind of a dance.
Игра была наподобие танца.
They held out their arms for you to pass under, and when they came to "Here comes a chopper to chop off your head" they brought their arms down and caught you.
Они стояли, взявшись за руки, а ты шел под руками, и когда доходили до "Вот возьму я острый меч -- н головка твоя с плеч", руки опускались и ловили тебя.
It was just names of churches.
Там были только названия церквей.
All the London churches were in it—all the principal ones, that is.'
Все лондонские церкви... То есть самые знаменитые.
Winston wondered vaguely to what century the church belonged.
Уинстон рассеянно спросил себя, какого века могла быть эта церковь.
It was always difficult to determine the age of a London building. Anything large and impressive, if it was reasonably new in appearance, was automatically claimed as having been built since the Revolution, while anything that was obviously of earlier date was ascribed to some dim period called the Middle Ages.
Возраст лондонских домов определить всегда трудно Все большие и внушительные и более или менее новые на вид считались, конечно, построенными после революции, а все то, что было очевидно старше, относили к какому-то далекому, неясному времени, называвшемуся средними веками.
The centuries of capitalism were held to have produced nothing of any value.
Таким образом, века капитализма ничего стоящего не произвели.
One could not learn history from architecture any more than one could learn it from books.
По архитектуре изучить историю было так же невозможно, как по книгам.
Statues, inscriptions, memorial stones, the names of streets--anything that might throw light upon the past had been systematically altered.
Статуи, памятники, мемориальные доски, названия улиц -- все, что могло пролить свет на прошлое, систематически переделывалось.
' I never knew it had been a church,' he said.
-- Я не знал, что это церковь, -- сказал он.
'There's a lot of them left, really,' said the old man, 'though they've been put to other uses.
-- Вообще-то их много осталось, -- сказал старик, -- только их используют для других нужд.
Now, how did that rhyme go?
Как же там этот стишок?
Ah!
А!
I've got it!
Вспомнил.
"Oranges and lemons, say the bells of St Clement's, You owe me three farthings, say the bells of St Martin's----"
Апельсинчики как мед, В колокол Сент-Клемент бьет. И звонит Сент-Мартин: Отдавай мне фартинг!
there, now, that's as far as I can get.
Вот дальше опять не помню.
A farthing, that was a small copper coin, looked something like a cent.' 'Where was St Martin's?' said Winston.
А фартинг -- это была маленькая медная монета, наподобие цента. -- А где Сент-Мартин? -спросил Уинстон.
' St Martin's?
-- Сент-Мартин?
That's still standing.
Эта еще стоит.
It's in Victory Square, alongside the picture gallery.
На площади Победы, рядом с картинной галереей.
A building with a kind of a triangular porch and pillars in front, and a big flight of steps.'
Здание с портиком и колоннами, с широкой лестницей.
Winston knew the place well.
Уинстон хорошо знал здание.
It was a museum used for propaganda displays of various kinds--scale models of rocket bombs and Floating Fortresses, waxwork tableaux illustrating enemy atrocities, and the like.
Это был музей, предназначенный для разных пропагандистских выставок: моделей ракет и плавающих крепостей, восковых панорам, изображающих вражеские зверства, и тому подобного.
'St Martin's-in-the-Fields it used to be called,' supplemented the old man, 'though I don't recollect any fields anywhere in those parts.'
-- Называлась "Святой Мартии на полях", -добавил старик, -- хотя никаких полей в этом районе не припомню.
Winston did not buy the picture.
Гравюру Уинстон не купил.
It would have been an even more incongruous possession than the glass paperweight, and impossible to carry home, unless it were taken out of its frame.
Предмет был еще более неподходящий, чем стеклянное пресс-папье, да и домой ее не унесешь -- разве только без рамки.
But he lingered for some minutes more, talking to the old man, whose name, he discovered, was not Weeks--as one might have gathered from the inscription over the shop-front--but Charrington.
Но он задержался еще на несколько минут, беседуя со стариком, и выяснил, что фамилия его не Уикс, как можно было заключить по надписи на лавке, а Чаррингтон.
Mr Charrington, it seemed, was a widower aged sixty-three and had inhabited this shop for thirty years.
Оказалось, что мистеру Чаррингтону шестьдесят три года, он вдовец и обитает в лавке тридцать лет.
Throughout that time he had been intending to alter the name over the window, but had never quite got to the point of doing it.
Все эти годы он собирался сменить вывеску, но так и не собрался.
All the while that they were talking the half-remembered rhyme kept running through Winston's head.
Пока они беседовали, Уинстон все твердил про себя начало стишка:
