Ночь. Папарацци выходит из-за кулис, включает компьютер и читает Жорину почту.
Сын пишет: мои работы размещены в рунете, такой-то электронный адрес. Отец отвечает: ничего, только, по-моему, фокусировка сбита. Re: Пап, это особый принцип съемки, у известного фотографа можно посмотреть. Re: Видел, размазня какая-то, так сейчас принято снимать? И за это платят? Re: Это размытость. Ты вообще способен за меня порадоваться? Или так и будешь троллить? Re: Троллю я судака в реке, а порадуюсь, когда станешь таким же известным фотографом, как тот, на которого ссылку дал. Re: Мне кажется, ты не веришь, что я смогу стать известным фотографом. Re: Верю, не верю, не в этом суть. Мы с мамой мечтали, что ты станешь приличным человеком, что мы будем тобой гордиться. Re: А я, значит, неприличный человек? Re: Слушай, что мы все за рыбу деньги? На дачу когда приедешь? Я новый сарай построил, сосед Серега помог. А старый разобрал, надо бы бревна перепилить и на задний двор перетащить. Re: Заеду обязательно, только дела разгребу. Я на халтурах постоянно зависаю, Леля в фитнес записалась, жутко дорогой, зато там ей вернут форму. Re: Мы с дачи вернулись, бревна Серега помог перетащить. Re: Я тебе ссылку кинул на один группешник, забойная музыка, жаль, наш рок приказал долго жить. Re: По-моему, как вы теперь выражаетесь, аццкий ад. Re: Решил записаться в секцию айкидо. Re: Чтобы правильно морду бить? Мама неважно себя чувствует, ты бы зашел проведать или позвони хотя бы. Re: Айкидо не мордобой, это особая философия. Маме звонил, в субботу приду. Ты на даче будешь? Re: На даче, не волнуйся, философ, не помешаю.
Экран гаснет. Занавес.
24 июля
Дача моя кляча, любовь моя морковь, Митя ты мой тютя.
Чего Мите не хватает? Ласки, как коту? Понимания, как человеку? Или еще чего-нибудь, на что мне, по большому счету, плевать. Во-первых, потому, что сам никогда не стану отцом, во-вторых, потому, что даже если б стал, никогда б об этом не узнал, поскольку полагал бы миссию выполненной сразу по овладении самкой, так уж мы, коты, устроены, в-третьих, потому, что Митя ко мне равнодушен. Вернее, это как раз первое. Не пойму, откуда проистекает его индифферентность… Ёкарный бабай, так вот же она, ревность! Родную мать к коту приревновал: «анекдот», «позвольте быть вашим котиком». Конечно, все, как говорится, не без греха: Шура ревнует Жору, Жора Юлю, да и я, если разобраться… Ласкать хозяйка должна только меня, и Жоре нечего посягать на мое законное диванное место. Ёкар… Митя-то с Жорой два сапога пара — порешили меня, конкурента за внимание хозяйки, оскопить. Ах вы лиходеи… Говорят, коты злопамятные, да нет, просто памятливые, и хорошее помним, и плохое.
Щелк: репортажная фотография — ветеринарная клиника, куда Жора с Митей повезли меня на первом году жизни для ликвидации части первичных половых признаков. Вернее, повез Жора, Митя ждал отца у метро (машины у него тогда не было), чтобы вернуть взятый для мелкого ремонта шуруповерт, да, видно, не удержался, решил полюбопытствовать, как коту яйца отрежут.
Место оказалось пристанищем для многих приличных ребят: в переносках подрагивали кошки, собаки, еноты, кролики, морские свинки, из угла дамской сумки выглядывала змея, на двух стульях разместился завернутый в одеяло крокодильчик. Ковчег. Пока сидели в очереди, завязался немой перекрестный диалог с братьями и сестрами, мы ведь, в отличие от людей, не потеряли способности к телепатическому общению. Такого наслушался, врагу не пожелаешь! Одного кота, например, бьют. Он в ответ царапается и кусается, его бьют чаще и сильнее, вот решили проконсультироваться, не бешеный ли. С маленькой собачкой мужик вступает в половой контакт. Она, будучи на последнем издыхании, укусила его в причинное место, мужик собрался ее усыпить. Белую крысу девочка наряжает в платьице, чепчик и трусики, все специально привезенное из Франции. Крыса в трусики писает, а девочка ее воспитывает, каждый раз после конфуза подрезая хвостик. Хвостик почти закончился, и мама девочки пришла узнать, нельзя ли надставить обратно. Нет, не все изверги, попадаются нормальные, как мои, но сколько же шизанутых!
Кабинет врача я принял за пыточную с жуткими шприцами, щипцами, молотками и пузырьками, рванул было из рук хозяина на волю, но ветеринар отнесся по-человечески, убедил, что ничего страшного не произойдет, просто комарик укусит. Я поверил, угомонился. И тут Митя по собственной инициативе выскреб меня за шкирку из рук хозяина, встряхнул и сказал доктору, что рассусоливать не надо, а надо как можно быстрее сделать дело. Остальные участники поначалу опешили, но доктор быстро взял себя в руки, по-деловому вогнал в меня шприц с обезболивающим и, не дождавшись окончательной анестезии, вознес и следом молниеносно вонзил мне в пах скальпель. В уплывающем сознании отразилась, словно отблеск мужских глаз, сталь инструмента. Окончательно пришел в себя дома. Хозяйка довольно долго после, казалось бы, рядовой операции выхаживала «бедного масю».
Жору я от безысходности терплю, а тебе, дружок, отольются мои слезки, зуб даю.
1 августа
Ну что, право слово, за аргумент — ревность к коту… Слабоват. Был один эпизодец.
Как я уже отмечал, поток маминых переживаний за покинувшего отчий дом сына пополнялся за счет присутствия жены и отсутствия внуков. Шура не ревновала Митю к Леле, как она ревновала Жору к существующим и мнимым любовницам. Она его жалела, сетуя, что неглупый мальчик так глупо влип и позволил собой командовать. В тактике раскрытия Митиных глаз на вероломство маленькой креолки применялся один прием — разговоры по душам. Эти редкие беседы во время вечерних возвращений блудного сына домой совершенно изгладились из моей памяти. Забывчивость мотивировалась раздражением: никогда не касались Митины руки маленькой шелковой спинки, всегда захлопывались все двери перед любопытным сереньким носиком. Те же двери перед тем же носиком открылись при позднейших разглагольствованиях Шуры с самой собой:
— Бывало, как ни спрошу, все у него нормально да нормально. Что может быть нормального в постоянных унижениях? Как ни позвонишь по мобильному, он то в магазине продукты покупает, то квартиру убирает. А благоверная чем занимается? Он и нам из-за нее редко стал звонить. Заходить так и вовсе перестал. Надо было настоять, чтоб на Ирочке женился. Говорит, крокодилица. Какая же она крокодилица? С лица воду не пить, зато характер покладистый, понятная, не то что эта. Мы ведь ее поначалу как дочь приняли, радовались, что сына нашего любит, а он ее. А в результате что получилось? Она о себе заботится, он ради ее прихотей на работе упахивается. Люблю, мам, жить без нее не могу, все для нес сделаю. Я ему: «Вы внуков мне сделайте». Обида: «Что ты лезешь? Мы над этим работаем». Я ему: «Работайте, мы с твоим отцом и нал этим работали, я ведь лечилась долго от бесплодия, и просто работали». Помнишь, спрашиваю, как с тобой маленьким бабушки и дедушка сидели? Помню, отвечает, только вы жили в эпоху исторического идеализма. Ну какой идеализм?
Сын исполнил мечту мамы и подарил ей внучку. Подарок оказался номинальным и вместе с радостью принес боль и отчаяние.
Если до появления малышки Митя выдавал Шуре информацию в гомеопатических дозах, то с рождением ребенка окончательно закрылся. Вдруг прошлой осенью нагрянул без предупреждения:
— Привет. Не ждала? У папы ведь сегодня банный день?
— Угу. А что случилось?
— Ничего. Просто зашел. Соскучился. Нельзя?
— Не говори глупости. Я сейчас приготовлю что-нибудь.
— Не надо, я поел. В кафе. Просто посижу за планшетом. Поработаю. Ты только не приставай. Ладно, мамуль?
Митя снял куртку и ботинки, прошел в свою бывшую комнат\ забрался поверх покрывала на хозяйскую кровать, привалился спиной к поднятой, упирающейся в стену подушке, выставил колени и стал смотреть на планшете какую-то артхаусную киношку. Проводив его, я устроился на диване, хозяйка рядом под торшером, то открывая, то закрывая книжку. Когда, устав лежать, я, движимый свойственным всем животным любопытством, пришел проведать Митю в спальне, он при включенном верхнем свете отрешенно смотрел на фотку с соснами.
