— Отвратительная смерть, — нахмурился Гарри.

— Ничего. В пламени борьбы он сгорит в следующей жизни, — заверила Лаура.

Солдат кивнул, но лицо его выражало некоторую растерянность.

— Кое-что спрошу, — сказал Сергей, поднимаясь и направляясь к рубке пилота.

— Виолетта — из народа катаранцев, — неожиданно проговорил Петр, когда Сергей скрылся в рубке.

— Я это сразу понял, кстати. По внешнему виду и произношению. Их совсем мало осталось, — добавил Леопольд.

Сергей вернулся и жестами показал солдатам, что их зовет пилот. Те сразу же направились в рубку.

— Через полтора часа прилетим, — ответил Сергей на вопросительные взгляды остальных.

И в этот момент в рубке раздался взрыв.

Глава 8

Марк очнулся последним. Они находились в пустыне, около разрушенного и еще дымящегося звездолета, окруженные огромными утробно урчащими трубами-турбинами. Члены Братства Белой Мыши осматривали себя и друг друга. Длинный след на песке указы вал на то, что им повезло упасть на высокий песчаный склон, и это смягчило удар. Но многие из Братства удивились бы, узнав, что до их падения его здесь не было. Сергей, тяжело переставляя ноги, возвращался от дисколета.

— Все мертвы, — сокрушенно сказал он. — Прямое попадание в рубку.

— Странно, — произнес Леопольд, — что я не почувствовал ни ракеты, ни снаряда.

Стул довольно резво перемещался по песку, чего нельзя было сказать о магистрах. Они уже были на ногах, но выглядели растерянными. Чувствовалось, что быть лишенными своей энергии и своих способностей им было непривычно. Гарри отряхивал и осматривал Лауру, а Белла что-то искала вокруг себя.

Закат обещал скорое наступление сумерек. И все Братство, ведомое магистром Генри, который решимостью заменял утраченную энергию, двинулось к ближайшей башне.

Башни — часть проекта по освоению Великой Пустыни. Она была полностью ими застроена в шахматном порядке. Каждая труба снабжена турбиной и генератором. И выработанная ими энергия направлялась на преобразование и заселение пустынных районов. Однако когда вся энергия, вырабатываемая башнями, была задействована, продвижение внутрь пустыни остановилось, и центральная ее часть осталась неосвоенной зоной, а башни заселили маргиналы и мистики. Впрочем, это не единственная их функция. Башни объединены в один огромный чувствительный орган, который призван обнаружить любую инопланетную активность и сигнализировать о ней.

Когда Братство дошло до башни, уже стемнело. И они решили остановиться на удобной площадке около входа, со следами от кострища. Бешеный Гарри, Леопольд и Сергей вошли внутрь. Марк же, чувствуя себя виноватым в сложившейся ситуации, старался не высказывать своего мнения и не навязывать никому свое общество, поэтому охотно вызвался собрать кизяк для костра. Маленький костер был уже разожжен и служил хорошим ориентиром для Марка, который безуспешно пытался что-нибудь отыскать. Находясь в темноте и видя освещенную огоньком костра часть стены, Марк чувствовал себя очень комфортно. Ему всегда казалось, что слова «одинокий наблюдатель» лучше всего описывают его внутренний настрой и его сущность.

Внезапно Марк ощутил знакомый холод между лопатками. Три огромных Призрачных Пса опустились на площадку, накрыв собой Генри, Петра и Лауру. Потом они поднялись, унося в своих полупрозрачных телах девочку и магистров.

Потрясенный юноша видел, как остальные члены Братства вышли из башни и недоуменно осматривали площадку с одной Беллой, которая от шока не могла вымолвить ни слова. Сергей рассмотрел фигуру Марка в темноте и указал на него пальцем. На ватных ногах юноша подошел к ним.

— Где Лаура и магистры? — спросил Гарри.

— Большие собаки, — только и выговорил Марк.

— Белорусские художники! Здесь нет следов!

— Большие собаки. Правда… Я собирал дрова, — почти плакал Марк.

— Много собрал? — холодно спросил Сергей, указывая на пустые руки.

— Эго Призрачные Псы, судя по всему, — догадался Леопольд.

— Это значит… — начал Сергей.

— Что осознания магистров и Лауры сейчас в призрачном мире.

— Значит, идем за ними! — крикнул Гарри.

— Самим нам туда не попасть без магистров, — сказал Сергей.

— Собаки… прозрачные. Они живы? — спросила Белла, которая быстро приходила в себя и имела в виду, конечно, не собак.

— Да, но на какое-то время застрянут в призрачном мире.

— На какое?

— Дня на два по нашим меркам, — ответил Леопольд. — Потом магистры восстановят энергию, вернутся сами и вернут Лауру.

— А через два дня все это не исчезнет? — спросила Белла, делая рукой широкий полукруг.

— Не должно, — нарочито бодро сказал Сергей.

— Но мы никогда с Лаурой не расставались, — уже спокойно, но растерянно сказал Гарри.

— Вот именно… — многозначительно произнес Леопольд.

Гарри посмотрел на него и, видимо, о чем-то догадавшись, начал осматриваться. Внезапно он увидел и подошел к неестественно застывшему перекати-полю, которого до этого момента здесь не было, — иначе бы его заметили и пустили на костер. Медленно приблизившись, Бешеный Гарри присел на колено. Поднес ладонь.

— Это она! — удивленно и обрадованно воскликнул Гарри.

— Не понимаю, — сказала Белла.

— Призрачный мир накладывается на этот. Осознание может быть там, но и частично присутствовать в этом мире. Гарри и Лаура скреплены вместе силами, которые не по зубам какой-то там призрачной своре, — пояснил Леопольд.

Гарри бережно завернул перекати-поле в платок и закрепил за своей спиной.

— Нужно спрятаться и дождаться возвращения магистров, — сказал Сергей, снова примеряя на себя. роль лидера. — Мы внутри нашли хорошее помещение и уже поговорили с хозяином.

Они прошли коридором, поднялись на этаж и оказались в довольно уютном зале с подобием камина. Хозяином был заросший мужчина неопределенного возраста. На его вопросительный взгляд Сергей ответил:

— Магистров и Лауру похитили Призрачные Псы.

— Здесь?!

— Только что. Псы здесь часто бывают?

— Я не видел их раньше.

— Мы тогда переночуем у вас.

— Я рад друзьям магистров, хотя самим магистрам я бы радовался больше, конечно.

Отшельник явно забыл, что такое обходительность. Он включил какой-то агрегат, и в камине стали рассыпаться искры, создавая имитацию огня. В больших количествах была выложена еда, но почти безвкусная — куски искусственного белка. Члены Братства расположились у камина и молча поели, каждый погруженный в свои мысли.

— Что теперь будем делать? — спросил Сергей.

— Идти дальше, — ответил Гарри, бережно держа платок с перекати-полем.

— А если среди нас предатель?

— Ты про передатчик Марка? Не думаю. Лаура же сказала, что его орех предательства еще не сорван.

— Ага, но полные карманы, — съязвил Сергей.

Марк решил, что они говорят о передатчике, который ему сунул социолог на базе. А что касается «орехов» и «полных карманов», то это какие-то аллегории. Юноша даже не допускал мысли о том, что всем известно о его слабости и о том, что он носит в кармане орех, полученный от Гоги и Магоги, потому что эта мысль для него была слишком мучительна.

— Думаю, стоит переждать здесь несколько дней, пока магистры не окрепнут и не вернутся с Лаурой, — предложил Сергей.

— Нет, нужно идти. Нам нужно найти и уничтожить белую мышь, — решительно ответил Гарри.

— Как вас зовут? — задал вопрос Сергей, когда отшельник поднялся со своего угла.

— Кларк, Кларк Л., — ответил тот, открывая другой угол помещения, которое было завешено плотным одеялом.

— Тот самый?!

— Видимо, да. — Отшельник снял одеяло и отдал его Белле.

— Но вас считают похищенным и замученным.

— Я знаю, но мне тогда хотелось просто уйти и никого не видеть. — Тот самый Кларк? — переспросила Белла, кутаясь в одеяло. — Да.

— Но почему?

— Со временем созданная мной Церковь Святой Энтропии обзавелась жесткой инфраструктурой и развитой бюрократией, то есть ее энтропия, как это ни парадоксально, стала крайне низка. И я сбежал.