— Откуда ты все это знаешь: про геологов, про комнату?

— Ты что, ревнуешь?

— Да не то чтобы да, но вообще-то интересно.

— Я здесь, в Ледяной пещере, подрабатываю внештатным экскурсоводом и всех геологов хорошо знаю. Молодые толковые ребята, кстати, все женатые. Но не спрашивай больше ничего, молчи. У тебя вон уже глаза слипаются. Я сейчас, мигом.

Олег действительно только хорохорился. Усталость, бессонная ночь, все эти дурные события навалились разом; он уронил голову на руки, лежащие на руле, и уснул. Его разбудил протяжный гудок, после которого он долго вспоминал, где находится. Выбежала Татьяна и зашумела на него:

— Ты чего? Весь дом разбудишь.

— Да уснул здесь и головой на клаксон.

— Пойдем, я уже договорилась.

Они поднялись на второй этаж и вошли в скромно обставленную комнату, где кроме двух кроватей и обшарпанного стола ничего не было. Олег упал на койку и сразу заснул, чувствуя сквозь сон, как чьи-то руки стаскивают с него сапоги и одежду. Но не было даже сил открыть глаза и посмотреть, кто его раздевает, хотя он и так знал, что это Татьяна.

Утром его разбудил запах настоящего кофе. Он открыл глаза и увидел Таню, сидящую возле него на кровати с чашкой, от которой исходил дурманящий запах.

— А я думаю, разбудить тебя или аромат кофе это сделает за меня, — улыбаясь, сказала она и протянула ему чуть побитую чашку.

— Кофе в постель! Всю жизнь мечтал об этом. Я уже и вкус его забыл. Какой кайф!

Она принесла сковородку с жареной картошкой, на которой еще шипели шкварки сала, и кувшин с молоком.

— Я тебя все обещала накормить жареной картошкой, вот, пожалуйста.

— И сала даже где-то раздобыла.

— А у Бориса его всегда навалом. Он сам с Украины, и ему всегда в посылках с родины присылают.

— Я раньше сало терпеть не мог, всегда его выбрасывал из тарелки. А тут моим приятелям по несчастью, салажатам, пришли посылки, а там сало. Настоящее, не магазинное, хорошая вещь.

— Ты давай ешь, не разговаривай, а то поперхнешься.

— Знаешь, когда в первый раз служил (глупо звучит, но это так), так вот, был у нас такой случай. Несколько ребят сбежали из части домой. Тогда не было еще войны в Чечне, поэтому мы не поняли, зачем они это сделали. Да и поймали их как-то глупо: пришли из военкомата к одному домой, а они там всей компанией на полу спят. Вернули их в часть. Я тогда дежурным по КПП был. А у нас там имелся кичман, что-то вроде маленькой тюрьмы, типа КПЗ, так сказать. Туда сажали провинившихся перед губой или тех, кого комбат хотел наказать, скажем, на сутки. И вот пока их не увезли на губу, я с ними разговорился через дверь. Спрашиваю: «Зачем сбежали?» Одному из них, понимаешь, полгода осталось служить. Молчат. Потом один говорит: «Домой приехали, картошки нажарили и с молоком до отвала наелись. А вечером в клуб на дискотеку с девчонками, до утра танцевали». Мы тогда подумали, что они психи. А теперь я их понимаю. Я-то был сержант, мне все равно легче было, а их, видимо, тоска заела. Иногда позарез хочется свободы и вот этой… картошки с молоком. Знаешь, как порой бывает у беременных женщин, вот надо ей апельсин, и все. А не дашь — может умереть. Так и здесь.

— А что им за это было?

— Вначале на губу, а потом после суда в дисбат, в Сов. Гавань отвезли.

— А тебе это не грозит?

— Нет, я уже свое отслужил. Мне бы только до дома добраться, а уж там я с этим коротышкой разберусь…

Таня вдруг задумалась и спросила:

— А ты теперь счастлив?

— Не совсем. Конечно, первый день на свободе, но…

— Чего же тебе не хватает для полного счастья?

— Тебя.

И он взял ее за руки и привлек к себе.

— Да откуда у тебя, чертяки, силы-то берутся?

— Ты же меня подкармливаешь.

И они повалились на кровать, отчего та заскрипела, а сетка провисла почти до пола.

Когда они вышли из стационара, у входа стояли двое молодых парней с аквалангами. Один, невысокий, с чуть седеющими густыми волосами, улыбаясь в усы, спросил:

— Ну, как отдохнули?

— Чудесно, Борис. Я твоя должница. Это ничего, что мы тут для Олега кое-что из одежды позаимствовали? Правда, он теперь как бомж выглядит.

— Ерунда, мы в этих шмотках в пещеры лазим.

— А вы куда собрались нырять?

— Да в гроте Длинном сифон хотим проверить.

— Как интересно, я там ни разу не ныряла.

— Нет ничего проще, пошли с нами.

— Нет, в следующий раз. Мне надо Олега проводить, через пару дней я принесу одежду.

— Ну смотри, как хочешь… — И он загадочно улыбнулся.

— Что-то мне не нравится этот Борис.

— Да ты что, обаятельный парень.

— Слишком уж обаятельный.

— Ревнивец, а я ревнивых не люблю, но уважаю.

— Ты лучше расскажи, что это за сифон, для газированной воды, что ли?

— Нет, понимаешь, иногда в подземном озере бывает особый подводный канал, который выходит в другом озере, а иногда и в реке. С их помощью вода между озерами сообщается. Если, конечно, он не обвалился.

— Там, наверно, опасно плавать.

— Конечно. Вот недавно один спелеолог под Архангельском в сифоне погиб. Поставил в фонарь наши батарейки, а они возьми и накройся. Метров пять не доплыл, воздуха не хватило.

— А ты говоришь, он опытный.

— И на старуху бывает проруха. Смотри, люди в пещеру уже собрались. Вот так и я вожу экскурсии.

— А у вас здесь красиво. Только парк заброшенный.

— В этом-то и вся прелесть. Мне один биолог говорил, что если бы парк чистили, как в больших городах, то птиц было бы гораздо меньше. Слышишь, кукушка кукует. Давай послушаем, сколько она мне накукует… Ой, смотри, солдаты, это, кажется, наши, тебя, видимо, ищут. Пошли скорей с туристами в пещеру, а толпе затеряемся.

— Катерина, — обратилась она к кассирше, — можно я покажу своему знакомому пещеру?

— Чего ты спрашиваешь? Конечно, можно. Сама бы и вела экскурсию.

— Да нет, я уж лучше послушаю. А кто поведет?

— Костя.

— О, это веселый парень, он тебе, Олег, понравится.

Они зашли в туннель с группой школьников, среди которых были родители с детьми, и затерялись в толпе.

Молодой чернявый парень в джинсовом костюме поздоровался со всеми и сразу обратился к школьникам:

— Ребята, вы знаете, чем отличается школа от пещеры? Нет? Объясняю. В школе, когда вы так шумите, вас просто из класса выгоняют, а у нас просто… камешки на голову падают. И я не дам за вашу жизнь и двух копеек старого образца, если вы будете так в пещере шуметь. Вначале будет прохладно, около нуля, а потом теплее, плюс пять, так что согреетесь. Мы с вами пройдем через зиму, весну, осень, а лето… лето будет только на улице. А впереди — настоящая зимняя сказка, грот Бриллиантовый.

Они вошли в грот, и Олега действительно удивило, что после цветущего июня, когда в парке расцвели яблони и сирень, он попал в подземные чертоги, где с потолка свисали гроздья изморози, состоящие из тонких кристаллов. Экскурсовод что-то объяснял туристам, как они зимой открывают двери, вымораживают пещеру, а из центра ее сюда поступает теплый влажный воздух, который, оседая на холодных стенках, образует причудливую вязь изморози. Но Олег не слушал его, любуясь блеском кристаллов.

— Ты знаешь, — чуть слышно заговорила Татьяна, — это самое красивое место в пещере. Но особенно чудесно не здесь, на тропе, а там, внутри грота. Ты как бы находишься в бриллиантовом царстве, вокруг тебя сверкают и переливаются огни, а когда посмотришь на тропу и людей, то видишь серые будни, над которыми ты как царица возвышаешься. Тут мы снимали Викторию Руффо, помнишь такую актрису?

— Как это «снимали»? Обычно девочек в ресторане снимают.

— Да вечно ты шутишь. Ну, фотографировали.

— А кто она такая?

— Ты что, забыл? Телесериал «Просто Мария».

— A-а, простая Мария.

— Перестань. Тут собралось столько народа, я никогда столько людей у пещеры не видела, наверно, несколько тысяч. Мы даже двери не могли открыть. А когда она подъехала на «Чайке», толпа к ней устремилась, и мы сумели двери в пещеру открыть. Человек десять охранников сделали узкий коридор, и она проскочила в тоннель. Я как раз экскурсию для нее вела, а ребята меня попросили, чтобы уговорила ее сняться здесь. Я боялась, вдруг она не согласится или деньги запросит, но нет, перешагнула через барьер и там, в серединке, позировала всем фотографам. Она такая хорошенькая, и знаешь, оказывается, невысокая. А муж ее на артиста Костю Райкина похож, кстати, тоже артист-комик. Все ее снимал на видео. И ты знаешь, до конца пещеры так и не дошли.