— Я надеюсь получить приличный гонорар. Поэтому мне хотелось бы знать, где деньги?

— Какие деньги?

— Те, что вы заплатили судье, чтобы он прикрыл дело.

— Совсем с катушек слетели, адвокат? — прохрипел Флойд Остер. — Поосторожнее на поворотах. Вам известно, какое наказание грозит за подкуп федерального судьи?

— В любом случае не такое суровое, как за его убийство.

— Я ничего не знаю ни о каком убийстве, приятель, — решительно заявил он. — Отправляйтесь лучше защищать свою клиентку.

— Она невиновна.

— Ну вот и докажите это в суде.

— Именно это я и собираюсь сделать, — кивнул я. — А для этого мне придется найти настоящего убийцу.

Моя угроза возымела действие. На виске у него забилась синенькая жилка, лицо напряглось.

— Убирайся, и чтобы я тебя больше не видел! — прорычал Остер. — Если мы купили судью, зачем нам его убирать? Мы что, по-твоему, психи? Тебе не удастся…

Двое чисто выбритых мускулистых парней в одинаковых отутюженных костюмах не дали ему досказать, чего мне не удастся сделать. Они подошли и вежливо поинтересовались у меня:

— Флойд Остер?

— Остер он. — Я показал на Остера.

— А вы кто, сэр?

— Незнакомый человек, который хочет кое-что у него узнать.

— Боюсь, вам придется встать в очередь, сэр, — улыбнулся один из парней. — У нас ордер на арест мистера Флойда Остера. — Он показал удостоверение агента Федерального бюро расследований. — Он обвиняется в подкупе федерального чиновника.

Я начал потихоньку отходить от двери на тот случай, если вдруг вспыхнет перестрелка. Кто знает, вдруг у Остера хватит ума выхватить револьвер и оказать сопротивление. Но мои опасения оказались напрасными. Этих ребят неплохо натаскивают в ФБР. Не успел Остер моргнуть и глазом, как они схватили его за руки и поволокли вниз.

Я спустился следом за ними. Флойда Остера не очень почтительно затолкали в машину, которая тут же уехала. Хотя он и старался в разговоре со мной казаться крутым парнем, мне показалось, что в ФБР он быстренько сломается. А если Остер заговорит, то Айра Мадден явно поторопился отмечать победу.

Когда я остался один, до меня неожиданно дошло, что я умираю с голоду. Я весь день мотался по городу и совершенно забыл, что с утра у меня во рту не было и маковой росинки. Поэтому я забежал в маленькое кафе, съел здоровенный кусок мяса и запил его такой же большой кружкой пива.

Превратившись после ужина в совсем другого человека, я отправился знакомиться с завещанием судьи Болта.

Энди Сток жил в старом, построенном явно до войны, жилом доме на Лексингтоне. Старенький лифт, натужно пыхтя, отвез меня на пятый этаж. В квартире Стока громко играло радио, передавали классическую музыку. Я нажал кнопку звонка и принялся ждать. Через минуту позвонил еще раз. Вновь не дождавшись ответа, нажал на ручку. Дверь медленно открылась.

Вагнер с его вулканом громких звуков как нельзя лучше соответствовал картине, открывшейся моим глазам. Кто-то перерезал Энди Стоку от уха до уха горло кухонным ножом. Вокруг было море крови, и я едва не лишился своего дорогого стейка.

Похоже, все проблемы мистера Стока остались в прошлом. Не нужно теперь искать новую работу, не нужно думать о карьере и о том, как жить дальше. Энди пошел по стопам своего начальника. Доктора я вызывать не стал, решив, что это будет напрасной тратой времени. Сейчас Энди Стоку больше нужен гробовщик, а не врач.

На комоде лежал черный кожаный портфель. Не испытывая никаких угрызений совести, я достал платок и открыл молнию. Энди сдержал слово, он привез завещание судьи Болта. Я быстро просмотрел его. Помимо нескольких незначительных сумм, оставленных разным людям и организациям, Болт поделил свое состояние между женой и дочерью. Я аккуратно сложил завещание и сунул в карман пиджака, после чего позвонил сержанту Вьенику. Узнав об убийстве Стока, Луис не выдержал и сказал все, что обо мне думает. Как вы можете догадаться, думал он обо мне не очень хорошо.

После того как техники, фотографы, специалисты по снятию отпечатков пальцев сделали свое дело, санитары увезли труп в морг. А мы с сержантом Вьеником отправились на его машине в гости к Денби. Я уговорил Вьеника поехать со мной, потому что мне были нужны кое-какие детали страховки судьи. Я был уверен, что, появись я один, Клайв и Кэрол даже не пустили бы меня на порог. Присутствие Вьеника скорее всего заставит их ответить на несколько вопросов.

Судя по тому, что сказал мне в машине Вьеник, дело получило широкую огласку.

— Адвокат, — торжественно обратился он ко мне, трогаясь с места, — лейтенант велел по телефону оказывать вам всяческое содействие. Сейчас я расскажу, как идет следствие… Наши эксперты провели баллистическую экспертизу. Стреляли, как я и думал, из пистолета, который мы нашли в машине миссис Болт. Бороздки, угол, под которым пули вошли в тело, — короче, все совпадает.

— Ни секунды в этом не сомневался, — пожал я плечами.

— И это вас не тревожит?

— Так, совсем чуть-чуть.

— Знаете, что мы еще нашли в доме судьи?

— Что?

— Коробку от обуви, битком набитую деньгами. Крупными купюрами достоинством в пятьдесят долларов. Фэбээровцы считают, что это профсоюзные деньги, которые судья получил от Айры Маддена.

— Откуда такая уверенность?

— Они больше года следили за Мадденом. Прослушивали его телефон и записали несколько очень подозрительных разговоров. Так они вышли на Флойда Остера и арестовали его.

— Арест Остера для меня не новость.

Вьеник бросил на меня удивленный взгляд.

— Кто вам сказал?

— Я присутствовал при аресте.

— Кругом деньги, — вздохнул сержант. — Прямо какое-то наваждение! Везде! Даже у Энди Стока! Три с половиной тысячи в новеньких полусотенных купюрах в башмаке… Куда мы катимся? Похоже, в наши дни обувь начинает терять свое первоначальное предназначение. Хотелось бы мне знать, почему эти парни не доверяют банкам?

Мне нечего было ему сказать. К тому же я лихорадочно думал. Разрозненные кусочки мозаики в моей голове постепенно выстраивались в стройную картину.

Денби встретили нас без особой радости. Первой открыла огонь Кэрол.

— По радио передали, что вы арестовали мою мачеху, — сказала она, как всегда, в нос. — Это верно, сержант? Вы на самом деле ее арестовали?

— Да, арестовали, — ответил Вьеник.

— И правильно сделали! — с довольным видом кивнула она. — Знаете, меня это ничуть не удивляет. Я с первой минуты нашего знакомства не доверяла этой женщине. Знаете, кто она? Тщеславная акула, которой нужен был не отец, а его деньги. Сейчас я жалею, что в этом штате отменили смертную казнь. Надеюсь, вы упрячете ее за решетку до конца жизни и заставите заниматься тяжелым физическим трудом. Пусть попотеет и поунижается. Это пойдет ей на пользу.

— Если Лаура виновата, — вступил в разговор Клайв Денби, — то мы хотим, чтобы она была строго наказана. Мы можем вам чем-нибудь помочь, сержант?

— Джордан хочет задать вам несколько вопросов, — ответил Вьеник.

— Что-то мне это не нравится, сержант, — не скрывая своего раздражения, сказал страховой агент. — Ведь Джордан представляет интересы обвиняемой. Он хочет ее оправдать, и, следовательно, вы с ним по разные стороны баррикад.

— Как бы то ни было, мистер Денби, но нам тоже нужна информация, — успокоил его Луис.

Денби пожал плечами и внимательно посмотрел на меня.

— Насколько мне известно, — сказал я, — недавно вы составили новый страховой договор для своего тестя?

— Да, — кивнул Клайв. — Восемь или девять месяцев назад.

— На какую сумму, мистер Денби? — спросил я. — На полмиллиона долларов?

— Это совсем немного для человека, занимавшего такое высокое положение.

— И вам, конечно, было известно, что бенефициарием по договору числится сам судья?

— Конечно, известно, — пожал он плечами. — Ведь я сам составлял договор.