— Это такой — с зеркальными стеклами?

— Вот-вот. Я вылез из машины и пошел по улице. Я просто шел — и все. Когда я вышел к перекрестку, мне показалось, что что-то здесь не так. Нет, дома были те же, а вот люди — они были одеты как-то иначе, не так, как я, и машины были непривычных форм, и даже светофоры какие-то странные. И тогда я понял, что переместился во времени. Те люди, которые тебя похитили, рассказали мне, где искать твою фирму. Вот так я здесь оказался.

— А в прошлое? — спросил Джеф, пытаясь сдержать улыбку. — Как вы вернетесь в прошлое?

— Я должен буду пройти по Девятой улице, но теперь уже в обратном направлении. Они будут ждать на том же месте, но только тридцать лет назад.

— Понятно, — протянул Престон и опустил голову, чтобы скрыть улыбку. — А почему они так мало просят — всего пять миллионов? Я-то способен заплатить значительно больше.

— Не знаю, — пожал плечами Оливер. — Все-таки пять миллионов — это колоссальная сумма для того времени. Тогда, тридцать лет назад, пять миллионов считалось огромным состоянием.

— Это так, — подтвердил Джеф. — Я помню это. Все-таки мне было тогда десять лет.

— Каким ты стал! — сказал Оливер. — Могли я подумать, что мой сын…

— Я, пожалуй, попрошу секретаря приготовить кофе, — прервал его Джеф. — И мы сможем спокойно поговорить обо всем.

Он вышел в приемную, плотно прикрыл за собой дверь. Секретарь вопросительно посмотрела на него.

— Джуди! Вызовите полицию! — быстро сказал Престон. — Это очень серьезно!

Он скрылся в кабинете, а секретарь принялась судорожно набирать номер телефона.

— Как мама? — спросил Оливер, когда Джеф опустился в кресло. — Жива?

— Слава Богу, — кивнул Престон. — Чувствует себя отлично для ее лет.

— Она живет с тобой?

— У нее свой дом на Побережье.

— А я?

— Что вы?

— Где я сейчас?

— Передо мной, — усмехнулся Джеф. — Где же вам еще быть?

— Нет, где я спустя тридцать лет? Когда мне уже стукнуло шестьдесят пять? Где твой отец сейчас?

— Я не знаю, исполнилось ли моему отцу шестьдесят пять, — нахмурился Джеф. — Он пропал без вести, я же вам уже говорил об этом.

— Без вести? Непонятно, — пробормотал Оливер. — А мама? Она сейчас… замужем?

— Нет, — Джеф покачал головой. — Она так и не вышла замуж после того раза.

— Узнаю свою Кэтти, — прошептал Оливер и начал тереть враз покрасневшие глаза.

Престон молчал.

— Так все-таки как мы поступим с деньгами? — спросил Оливер. — Время идет, скоро мне придется уйти.

— Я думаю, мы уладим этот вопрос, — неопределенно ответил Джеф. — Наберитесь чуточку терпения.

В этот момент дверь распахнулась и в кабинет ввалились несколько полицейских. Оливер удивленно посмотрел на них, потом повернулся к Престону.

— Что случилось, мистер Престон? — спросил один из полицейских.

Джеф, весь прошедший час пребывая в напряжении, позволил себе наконец расслабиться и откинулся на спинку кресла.

— Вымогательство, — сказал он и посмотрел на Оливера. — Или мошенничество, даже не знаю, как это назвать.

— Зачем ты втянул в это дело полицию? — спросил Оливер, который еще ничего не понял. — Они ничем мне не смогут помочь, сынок.

— Зато мне помогут, — бросил Джеф. — Этот мистер, назвавшись моим отцом, пытался вытянуть из меня пять миллионов.

Полицейские с интересом посмотрели на Оливера.

— Притом он несет такой бред, что его надо освидетельствовать у психиатра, — продолжал Джеф.

— Что ты такое говоришь? — пробормотал потрясенный Оливер. — Одумайся, сынок. Еще не поздно. Отдай им пять миллионов…

— Вот видите! — воскликнул Престон. — Он опять взялся за свое.

— Все ясно, — сказал полицейский. — Говард, надень ему наручники.

— Нет! — Оливер вскочил, но его силой усадили на место. — Джеф! Не делай глупостей! Поверь мне! Ты еще не знаешь, чем это может обернуться!

Полицейский защелкнул наручники и сказал:

— Вставай, приятель! В участке дорасскажешь.

— Джеф! — бесновался Оливер. — Если я не принесу им пять миллионов, они…

— Так он не один? — спросил полицейский у Престона. — Его самого, похоже, вынудили? Это может оказаться в суде смягчающим обстоятельством.

— До суда дело вряд ли дойдет, — покачал головой Джеф. — Скорее всего, его подвергнут принудительному лечению в психиатрической клинике.

— Джеф! — Оливер уже плакал.

— Ребята, отведите его в машину! — сказал полицейский. — Я вас сейчас догоню. Вы сможете поехать с нами, мистер Престон?

— Зачем?

— Чтобы дать показания против этого человека.

— Немного позже — хотя бы через час. Этот тип отнял у меня уйму времени, и я даже не успел разобрать почту.

— Хорошо, — сказал полицейский. — Но вы тогда проводите меня до машины, я задам вам по пути несколько вопросов.

Они вышли из кабинета.

— Джуди, я сейчас вернусь, — сказал Престон секретарю.

Секретарь сидела бледная. Ее здорово напугала вся эта история.

— Вы знали этого человека раньше? — поинтересовался полицейский, когда они с Джефом спускались в лифте.

— Его лицо мне знакомо, — признался Престон. — Но я никак не могу вспомнить, где видел его раньше.

— Но видели?

— Видел.

— Он угрожал вам?

— Впрямую — нет. Но говорил, что если я не передам через него деньги, у меня могут быть крупные неприятности.

— Ну что ж, срок он себе уже заработал, — удовлетворенно хмыкнул полицейский.

Швейцар открыл перед ними дверь. Джеф улыбнулся ему и вышел на улицу. Полицейский автомобиль стоял у тротуара, и за стеклом Джеф увидел Оливера. Какой-то парень рядом вытряхивал из контейнеров мусор в черный проем мусоросборочной машины.

— Я подъеду к вам в участок через час, — сказал Джеф полицейскому.

Тот кивнул и сел на переднее сиденье.

— Джеф! — крикнул Оливер. — Это безумие — то, что ты сделал. Отдай им эти пять миллионов! Они убьют тебя! Или твоя жизнь пойдет наперекосяк! Не рискуй!

— Поехали! — скомандовал полицейский.

Машина рванула с места, Джеф смотрел ей вслед, пока она не скрылась за углом. Он постоял еще немного в задумчивости, потом развернулся и пошел к себе.

Швейцар в дверях хмуро окинул его взглядом и спросил:

— Ты к кому, приятель?

— К себе, — Джеф даже опешил от неожиданности.

— Проваливай отсюда, — мрачно посоветовал швейцар и отвернулся.

— Ты что?! — возмутился Джеф. — Это же я, Джеф Престон…

— А я — Ник Челтон, — буркнул швейцар. — И что из этого?

— Послушай-ка, Ник! — вскипел Джеф. — Ты, кажется, забываешься…

Кто-то тронул его сзади за плечо. Престон обернулся, это был тот парень, который копошился минуту назад у мусоровоза.

— Джеф, чего тебя сюда понесло? — спросил парень. — Я что — за двоих должен работать?

— Что ты имеешь в виду? — пробормотал Престон.

— Что я имею в виду! — возмутился парень. — Я за него таскаю мусорные баки, а он тут выясняет с кем-то отношения!

Джеф смотрел на него, мучительно стараясь понять, что происходит, и его глаза наконец приобрели осмысленное выражение.

— Тьфу ты, черт! — сказал он парню и тряхнул головой, словно отгоняя наваждение. — Извини, Робби, я и сам не пойму, что со мной произошло.

Он хлопнул друга по плечу и, даже не взглянув на швейцара, пошел к мусороуборочной машине.

— Чего тебя туда понесло? — спросил, нагоняя его, Робби.

— Представляешь, мне почудилось, что я знатный человек и это здание принадлежит мне, — усмехнулся Джеф и покачал головой. — Умопомрачение какое-то нашло на меня, честное слово.

Он подхватил мусорный бак и привычно высыпал его содержимое в приемное отверстие машины.

Из-за широкой стеклянной двери на него смотрел швейцар. «И чего этому психу было надо? — думал швейцар. — Джеф Престон он, видите ли! Позаливают глаза с утра, а потом…»

Что «потом», он так и не смог себе объяснить.

Владимир ЗЕНКОВ