Около двери толпилась куча всяких зверят и птиц: тут был и Петька петух и черномазый Васька таракан. Его держали двое поросят и чем-то отпаивали. Увидя Соню, они было кинулись на нее, но она бросилась от них бежать и вскоре очутилась в дремучем лесу.

Ходит Соня по лесу, как вдруг, над самой головой ея раздается резкий, визгливый лай. Озадаченная Соня проворно подымает голову, видит—огромный щенок таращится на нее круглыми, глупыми глазами и тянется ударить ее лапой. „Щеночек, голубчик", подзывает его Соня, даже свистнула, а сама до смерти трусит, не проголодался ли щенок: она такая маленькая, не вздумал бы ее съесть. Растерялась Соня. не знает как быть; подняла прутик, бросила его щенку. Как подпрыгнул щенок четырьмя лапками вверх, да кинется вперед за прутиком, а Соня проворно шмыг от него за куст, и выглядывает оттуда,—уж очень она испугалась. А щенок теребит прутик, скачет, мечется, ворчит, лает, визжит. Соня ни жива, ни мертва. Наконец щенок, видно, измучился, запыхался совсем, уселся, передними лапами врозь, высунул красный, широкий язык и щурит глупые глазенки. Соня решилась воспользоваться этим временем, и со всех ног пустилась бежать. Далеко убежала, еле опомнилась! . „А какой миленький был щеночек!- размышляет Соня, едва переводя дух, опершись на цветок и обмахиваясь листком. - Была бы я настоящаго роста, каким бы славным штукам я его выучила!.. Ах, да что же это я, чуть не забыла. Ведь мне нужно вырости; подумаю, как это сделать: ужь не съесть-ли или выпить чего-нибудь?" Соня пошла, глядит по сторонам; то подойдет к цветку, осмотрит листья, то заглянет в траву,—нет ничего и похожаго, что бы можно было сесть. Идет дальше, видит перед нею сидит гриб, как раз с нее ростом; она обошла кругом гриба, виимательно осмотрела его, заглянула ему под шапочку, поднялась на цыпочки, вытянула шею, подняла голову и встретилась глазами с большим, толстым, синеватым червяком. Он сидел на самой макушке гриба и, сложив руки, спокойно курил предлинную трубку.

Советник-червяк

Глядит червяк на Соню, Соня на червяка. Поглядели они так молча друг на друга. Вынул, наконец, червяк трубку изо рта, и говорит Соне, да таким сонным голосом, едва тянет:

„Кто ты такая?"

Этот вопрос очень озадачил Соню; она никак не ожидала, что этим начнется у них разговор, и, несколько сконфуженная, говорит червяку:

„Право, сударь, я и сама не знаю.Нынче утром, вставши, я знала наверное, что была Соней, но с тех пор со мною было столько чудес и перемен, что я совсем сбилась с толку."

„Что ты вздор городишь?" строго остановил ее червяк. „Говори дело!"

„Никак не могу - отвечает Соня - потому что я, видите, стала сама не своя".

„Не вижу", говорит червяк.

„Очень жалею," учтиво продолжает Соня, а самоё уже разбирает досада. „Не могу я говорить дело, когда сама не знаю с чего начать и как объяснить, почему я нынче безпрестанно меняюсь: то стану выше, то ниже. Все это ужасно безтолково!"

„Нисколько", говорит червяк.

„Для вас, может быть, нисколько, а вот посмотрим, каково вам будет, когда вы станете куколкой, а из куколки вылетите бабочкой? Тогда вот увидим,покажется ли вам это странным!"

„Ни чуть не странным", отвечал червяк.

„Ну, у вас видно характер совсем особенный. мне так оно кажется очень странным. "

„Тебе!" презрительно заметил червяк, „да кто ты такая?"

„Вот разговор", думает Соня. „Заладил: кто, да кто! Досадно ей стало на червяка, вздумала и его озадачить: выпрямилась во весь свой рост, и с важностью говорит ему: „и вам бы, кажется следовало сказать кто вы такой?"

„Почему это?” - кротко спросил червяк.

Опять Соня стала в тупик: не придумает почему и, решивпро себя, что червяк очень не в духе, отвернулась от него и пошла.

„Воротись", закричал ей червяк, „я скажу тебе кое-что важное".

Соня приободрилась, воротилась; подходит.

„Не сердись", протянул червяк.

„Только-то!" говорит Соня и так разозлилась, что едва совладала с собою.

„Нет, не только".

„Впрочем, пусть его", разсудила Соня:, „дела у меня другаго нет, послушаю, так и быть,—может и скажет что-нибудь дельное."

Червяк раза два потянул из трубки, расправил руки, изогнулся и говорит: „так ты находишь в себе перемену?"

„Нахожу, сударь", отвечает Соня. „Первое,я ничего порядком не могу припомнить; что ни скажу—все путаю. Второе, ростом я безпрестанно меняюсь".

„Что ты именно путаешь?"

„Да вот, хотела сказать наизусть Птичку Божию, так все слова у меня выходят навыворот", пригорюнившись, отвечает Соня.

„Посмотрим, ну-ка скажи: “Близко города Славянска”....

Соня сдожила руки на животике, и начала:

„Близко города Буянска,

На верху крутой норы,

Пресердитый жил-был парень,

По названию Колотун.

В его погребе глубоком,

Словпо мышка в западне,

Изнывала в злом разсоле

Белорыбица душа.

Рано вечерем однажды,

У кошачьяго окна,

Раскрасавица Катюша,

Притаившися, сидит.

Она плачет, сердце бьется,

Хочет выскочить оно.

Сердцу чудится отрава

И постыло все ему.

Вдруг, откуда ни возмися,

Два мышенка молодых

Наскочили на Катюшку -

Испугались молодцы!...

Где же парень? Попивает,

Его слуги также пьют,

Один стриж сидит на крышке

И щебечет про себя",

„Не так", сказал червяк.

„И мне кажется не совсем так; будто выходят не те слова", робко сказала Соня.

„Напутала с начала до конца”, решительно сказал червяк Оба замолчали.

„На сколько хочешь вырости?" заговорил червяк.

„Мне бы все равно, лишь бы не меняться безпрестанно-, это,знаете, очень скучно".

„Не знаю", сказал червяк.

„Все дразнится", думает Соня, и так ей доcадно стало, чуть не разсердилась; однако, смолчала.

„Чего тебе еице надо?"

„Хоть бы мне чуточку прибавить росту, сударь, если можно", просит Соня, „а то два вершка, что это за рост!'

„Рост прекрасный", сердито молвил червяк и вытянулся во всю свою длину; (в нем было ровно два вершка).

„Но я ведь к этому не привыкла!" жалобно взмолилась Соня, а сама думает: „какие же они. право, все обидчивые!"

„Привыкнешь", протянул червяк, сунул трубку в рот и принялся курить.

Соня стоит перед ним, терпеливо выжидает не заговорит ли опять червяк. Минут через пять он выпустил трубку, раза два зевнул, встряхнулся, потом медленно стал спускаться с гриба, и пополз в траву; ползет и бормочет: „с однаго бока отгрызешь, станешь больше, с другаго отгрызешь — станешь меньше".

„Чего отгрызть? с чьего бока?" думает озадаченная Соня.

„Гриба", шепнул червяк, будто в ответ на ея мысль, и вскоре скрылся в густой траве.

„Вот задача, так задача!" раздумалась Соня; глядит на гриб, соображает, с какого бока подойти к нему. Ведь он весь круглый, как тут разберешь бока! Думала, думала, наконец придумала: обняла гриб обеими руками и каждой рукой отломила от обеих сторон по кусочку.

„Дело теперь в том", разсуждает она, „от котораго кусочка отгрызть, от леваго или от праваго?" Попробовала от праваго — вдруг чувствует удар. Что такое?—Подбородок у нее встретился с ногами. Перепугалась Соня и, не теряя времени, поскорее взялась за кусочек в левой руке; едва справилась разинуть рот, так она вся сплюснулась; однако, приловчилась, кое-как просунула в рот, отгрызла, проглотила.... „Ну, слава Богу, голову высвободила!” - радостно вскричала Соня. Но не долга была ея радость. Глядит, где плечи?—нет их.... Ищет Соня пдечи. водит повсюду глазами, заглянет вниз —нет, только видно, что длинная, предлинная шея подымается из-под травы высоким стеблем, и ныряет в целом море зеленой листвы.