| And he is in prison." | И он сидит в тюрьме. | | "For debt?" | - За долги? | | "Oh, no, my Lady; I would have paid any debt, and joyful." | - Нет, нет, миледи. Я с радостью заплатила бы за него, сколько бы он ни задолжал. | | "For what is he in prison then?" | - За что же он попал в тюрьму? | | "Charged with a murder, my Lady, of which he is as innocent as--as I am. | - По обвинению в убийстве, миледи, - убийстве, в котором он так же не виновен, как... как я. | | Accused of the murder of Mr. Tulkinghorn." | Его обвиняют в убийстве мистера Талкингхорна. | | What does she mean by this look and this imploring gesture? | Что значит ее взгляд и этот жест мольбы? | | Why does she come so close? | Почему она подходит так близко? | | What is the letter that she holds? | Что за письмо держит она в руках? | | "Lady Dedlock, my dear Lady, my good Lady, my kind Lady! | - Леди Дедлок, дорогая моя госпожа, милостивая госпожа, добрая моя госпожа! | | You must have a heart to feel for me, you must have a heart to forgive me. | Вы должны пожалеть меня, вы должны простить меня. | | I was in this family before you were born. | Я служила своим господам еще до вашего рождения. | | I am devoted to it. | Я предана им. | | But think of my dear son wrongfully accused." | Но подумайте о моем дорогом сыне, - ведь на него напраслину взвели. | | "I do not accuse him." | - Я его не обвиняю. | | "No, my Lady, no. | - Нет, миледи, нет. | | But others do, and he is in prison and in danger. | Но другие обвиняют, и он в тюрьме, в опасности. | | Oh, Lady Dedlock, if you can say but a word to help to clear him, say it!" | Ах, леди Дедлок, если вы можете сказать хоть слово в его оправдание, скажите это слово! | | What delusion can this be? | Что она такое вообразила, эта старуха? | | What power does she suppose is in the person she petitions to avert this unjust suspicion, if it be unjust? | Почему она думает, что женщина, к которой она обращается с подобной просьбой, может опровергнуть несправедливое подозрение, если оно действительно несправедливо? | | Her Lady's handsome eyes regard her with astonishment, almost with fear. | Прекрасные глаза миледи смотрят на домоправительницу с удивлением, чуть ли не с ужасом. | | "My Lady, I came away last night from Chesney Wold to find my son in my old age, and the step upon the Ghost's Walk was so constant and so solemn that I never heard the like in all these years. | - Миледи, вчера вечером я выехала из Чесни-Уолда, чтобы на старости лет найти своего пропавшего сына, а в последние дни шаги на Дорожке призрака слышались так часто и такие они были зловещие, каких я ни разу не слыхивала за все эти годы. | | Night after night, as it has fallen dark, the sound has echoed through your rooms, but last night it was awfullest. | Ночь за ночью, чуть, бывало, стемнеет, их топот отдавался в ваших покоях, но вчера вечером они звучали так страшно, как никогда. | | And as it fell dark last night, my Lady, I got this letter." | И вот, миледи, вчера, как стемнело, я получила это письмо. | | "What letter is it?" | - Какое письмо? | | "Hush! | - Тише! | | Hush!" | Тише! | | The housekeeper looks round and answers in a frightened whisper, "My Lady, I have not breathed a word of it, I don't believe what's written in it, I know it can't be true, I am sure and certain that it is not true. | - Оглянувшись кругом, домоправительница отвечает испуганным шепотом: - Миледи, я никому о нем ни слова не сказала, я не верю тому, что в нем написано, я знаю, что этого не может быть, я твердо уверена, что это неправда. | | But my son is in danger, and you must have a heart to pity me. | Но мой сын в опасности, и вы должны меня пожалеть. | | If you know of anything that is not known to others, if you have any suspicion, if you have any clue at all, and any reason for keeping it in your own breast, oh, my dear Lady, think of me, and conquer that reason, and let it be known! | Если вы знаете что-нибудь такое, что неизвестно другим, если вы кого-нибудь подозреваете, если вы можете разгадать эту загадку, но по какой-то причине молчите, то подумайте обо мне, дорогая моя госпожа, и, несмотря ни на что, расскажите обо всем, что вам известно. | | This is the most I consider possible. | Это моя единственная просьба. | | I know you are not a hard lady, but you go your own way always without help, and you are not familiar with your friends; and all who admire you--and all do --as a beautiful and elegant lady, know you to be one far away from themselves who can't be approached close. | Я знаю, вы не жестокая, но вы всегда поступаете по-своему, без чужой помощи, ни с кем не водите дружбы, и каждый, кто восхищается вами, как изящной и прекрасной леди, - а восхищаются все, - каждый знает, что вы очень далеки от него, и к вам нельзя подойти близко. | | My Lady, you may have some proud or angry reasons for disdaining to utter something that you know; if so, pray, oh, pray, think of a faithful servant whose whole life has been passed in this family which she dearly loves, and relent, and help to clear my son! | Миледи, может быть, гордость или гнев заставляют вас молчать о том, что вам известно, а если так, умоляю вас, подумайте о своей верной служанке, - ведь вся моя жизнь прошла в вашем семействе, и я к нему глубоко привязана, -смягчитесь и помогите оправдать моего сына! | | My Lady, my good Lady," the old housekeeper pleads with genuine simplicity, "I am so humble in my place and you are by nature so high and distant that you may not think what I feel for my child, but I feel so much that I have come here to make so bold as to beg and pray you not to be scornful of us if you can do us any right or justice at this fearful time!" | Миледи, моя добрая госпожа, - умоляет старая домоправительница с непритворным простодушием, - я такая ничтожная и скромная, а вы от природы такая гордая я далекая ото всех, что, пожалуй, и представить себе не можете, как я страдаю за свое детище; но я так страдаю, что вот даже пришла сюда к вам и осмелилась просить и умолять вас не отвергнуть нас в это ужасное время, если вы можете помочь нам добиться правды! | | Lady Dedlock raises her without one word, until she takes the letter from her hand. | Не говоря ни слова, миледи поднимается и берет письмо из ее рук. | | "Am I to read this?" | - Вы хотите, чтобы я его прочла? | | "When I am gone, my Lady, if you please, and then remembering the most that I consider possible." | - Пожалуйста, прочтите, миледи, но лишь после того, как я уйду, и не забудьте о моей единственной просьбе. | | "I know of nothing I can do. | - Не знаю, чем я могу помочь. | | I know of nothing I reserve that can affect your son. | Я не скрываю ничего такого, что касается вашего сына. | | I have never accused him." | Я никогда его не обвиняла. | | "My Lady, you may pity him the more under a false accusation after reading the letter." | - Миледи, прочитайте это письмо, и, может быть, вы больше пожалеете моего сына за то, что на него взвели поклеп. | | The old housekeeper leaves her with the letter in her hand. | Старая домоправительница уходит, а миледи стоит с письмом в руках. | | In truth she is not a hard lady naturally, and the time has been when the sight of the venerable figure suing to her with such strong earnestness would have moved her to great compassion. | Она действительно не жестокая, и было время, когда лицо этой почтенной женщины, умоляющей ее с такой страстной искренностью, пробудило бы в ней глубокое сострадание. | | But so long accustomed to suppress emotion and keep down reality, so long schooled for her own purposes in that destructive school which shuts up the natural feelings of the heart like flies in amber and spreads one uniform and dreary gloss over the good and bad, the feeling and the unfeeling, the sensible and the senseless, she had subdued even her wonder until now. | Но миледи так давно привыкла подавлять свои чувства и скрывать истину, столько лет сознательно перевоспитывала себя в той пагубной школе, которая учит людей заглушать свои естественные душевные побуждения, хоронить их в своем сердце, - подобно тому, как мухи далеких эпох погребены в янтаре, - наводить однообразный и тусклый глянец на всех хороших и дурных, глубоко чувствующих и бесчувственных, разумных и неразумных, - так давно привыкла к этому, что, слушая миссис Раунсуэлл, до сих пор подавляла в себе даже удивление. | | She opens the letter. | Она развертывает письмо. | | Spread out upon the paper is a printed account of the discovery of the body as it lay face downward on the floor, shot through the heart; and underneath is written her own name, with the word "murderess" attached. | В него вложена печатная заметка о том, как нашли труп человека с пулей в сердце, лежавший ничком на полу; а внизу написано ее имя и слово "убийца". | | It falls out of her hand. | Письмо выпало из ее рук. | | How long it may have lain upon the ground she knows not, but it lies where it fell when a servant stands before her announcing the young man of the name of Guppy. | Как долго оно пролежало на полу, она не знает; оно лежит, где упало, но вдруг она отдает себе отчет в том, что перед нею стоит лакей и докладывает о приходе молодого человека, некоего Гаппи. | | The words have probably been repeated several times, for they are ringing in her head before she begins to understand them. | Лакей, должно быть, несколько раз повторил свои слова. - они звенели в ее ушах еще до того, как она начала понимать их смысл. | | "Let him come in!" | - Проводите его сюда. | | He comes in. | Он входит. | | Holding the letter in her hand, which she has taken from the floor, she tries to collect her thoughts. | Подняв письмо, она держит его в руках и старается сосредоточиться. | | In the eyes of Mr. Guppy she is the same Lady Dedlock, holding the same prepared, proud, chilling state. | Для мистера Гаппи она все та же леди Дедлок, по-прежнему сдержанная, гордая и холодная. | |
