| She had put herself beyond all hope and beyond all help. | А для нее уже нет никаких надежд, и помощи ей ждать неоткуда. | | Whether she preserved her secret until death or it came to be discovered and she brought dishonour and disgrace upon the name she had taken, it was her solitary struggle always; and no affection could come near her, and no human creature could render her any aid. | Сохранит ли она свою тайну до самой смерти, или нет, - а если не сохранит, то навлечет позор и несчастье на то имя, которое носит, - все равно, она будет всегда бороться одна, ибо никто не может стать ей близким другом, никто на свете не в силах помочь ей ничем. | | "But is the secret safe so far?" I asked. | - А пока нет опасности, что тайна откроется? -спросила я. | | "Is it safe now, dearest mother?" | - Сейчас этой опасности нет, любимая моя матушка? | | "No," replied my mother. | - Есть! - ответила мне мать. | | "It has been very near discovery. | - Тайна чуть было не открылась. | | It was saved by an accident. | Только случай помог ее сохранить. | | It may be lost by another accident--to- morrow, any day." | Но другой случай может раскрыть ее... в любой день, может быть, завтра. | | "Do you dread a particular person?" | - Вы боитесь кого-нибудь? | | "Hush! | - Тише! | | Do not tremble and cry so much for me. | Не дрожи и не плачь так горько из-за меня. | | I am not worthy of these tears," said my mother, kissing my hands. | Я недостойна этих слез, - проговорила мать, целуя мне руки. | | "I dread one person very much." | - Я очень боюсь одного человека. | | "An enemy?" | - Это ваш враг? | | "Not a friend. | - Во всяком случае, не друг. | | One who is too passionless to be either. | Он слишком бесстрастен и для вражды и для дружбы. | | He is Sir Leicester Dedlock's lawyer, mechanically faithful without attachment, and very jealous of the profit, privilege, and reputation of being master of the mysteries of great houses." | Это поверенный сэра Лестера Дедлока, и он, как говорят, "вервый человек", но верность эта чисто деловая, бесчувственная - он никого не любит, только очень дорожит выгодами, привилегиями и славой, которыми пользуется как хранитель тайн многих знатных семейств. | | "Has he any suspicions?" | - У него возникли подозрения? | | "Many." | - Возникли. | | "Not of you?" I said alarmed. | - Неужели он подозревает вас? - спросила я в тревоге. | | "Yes! | -Да! | | He is always vigilant and always near me. | Он вечно следит за мной, вечно тут, рядом. | | I may keep him at a standstill, but I can never shake him off." | Я могу держать его в известных границах, но избавиться от него окончательно не могу. | | "Has he so little pity or compunction?" | - Неужели он не знает жалости, угрызений совести? | | "He has none, and no anger. | - Нет; он не знает и гнева. | | He is indifferent to everything but his calling. | Он равнодушен ко всему на свете, кроме своего призвания. | | His calling is the acquisition of secrets and the holding possession of such power as they give him, with no sharer or opponent in it." | А его призвание - узнавать чужие тайны и пользоваться властью, которую они дают ему, не деля ее ни с кем и никому ее не уступая. | | "Could you trust in him?" | - Вы не могли бы довериться ему? | | "I shall never try. | - И пытаться не буду. | | The dark road I have trodden for so many years will end where it will. | Много лет я шла своим темным путем, и он как-нибудь да кончится. | | I follow it alone to the end, whatever the end be. | Я в одиночестве буду идти им до конца, каков бы ни был конец. | | It may be near, it may be distant; while the road lasts, nothing turns me." | Близок он или далек, но, пока я не пройду всего пути, ничто не заставит меня свернуть с него. | | "Dear mother, are you so resolved?" | - Милая матушка, неужели вы так твердо решились на это? | | "I AM resolved. | - Да, я решилась. | | I have long outbidden folly with folly, pride with pride, scorn with scorn, insolence with insolence, and have outlived many vanities with many more. | Я долго побеждала безрассудство безрассудством, гордость - гордостью, презрение - презрением, дерзость - дерзостью и подавляла тщеславие многих еще большим тщеславием. | | I will outlive this danger, and outdie it, if I can. | И эту опасность я преодолею, если смогу, а если нет, устраню ее своей смертью. | | It has closed around me almost as awfully as if these woods of Chesney Wold had closed around the house, but my course through it is the same. | Кольцо опасности сомкнулось вокруг меня, и это почти так же страшно, как если бы вот эти чесни-уолдские леса глухой стеной сомкнулись вокруг дома; но мой путь от этого не изменится. | | I have but one; I can have but one." | У меня один путь, другого быть не может. | | "Mr. Jarndyce--" I was beginning when my mother hurriedly inquired, | -Мистер Джарндис... - начала было я, но мать торопливо перебила меня вопросом: | | "Does HE suspect?" | -А он подозревает? | | "No," said I. | - Нет, - ответила я. | | "No, indeed! | - Ничуть! | | Be assured that he does not!" | Уверяю вас, он ни о чем не подозревает! | | And I told her what he had related to me as his knowledge of my story. | - И я передала ей с его слов все то, что он знал о моем происхождении. | | "But he is so good and sensible," said I, "that perhaps if he knew--" | - Но он такой добрый и умный, - сказала я, - и, быть может, если б он знал... | | My mother, who until this time had made no change in her position, raised her hand up to my lips and stopped me. | Моя мать, все время сидевшая неподвижно, теперь прикоснулась рукой к моим губам и прервала меня. | | "Confide fully in him," she said after a little while. | - Можешь довериться ему вполне, - сказала она немного погодя. | | "You have my free consent--a small gift from such a mother to her injured child!--but do not tell me of it. | - На это я охотно даю согласие - жалкий дар покинутой дочери от такой матери! - но не говори об этом мне. | | Some pride is left in me even yet." | Какая-то гордость во мне еще живет, даже теперь. | | I explained, as nearly as I could then, or can recall now--for my agitation and distress throughout were so great that I scarcely understood myself, though every word that was uttered in the mother's voice, so unfamiliar and so melancholy to me, which in my childhood I had never learned to love and recognize, had never been sung to sleep with, had never heard a blessing from, had never had a hope inspired by, made an enduring impression on my memory--I say I explained, or tried to do it, how I had only hoped that Mr. Jarndyce, who had been the best of fathers to me, might be able to afford some counsel and support to her. | Я объяснила ей, насколько сумела тогда и насколько могу припомнить теперь, ибо волнение мое и отчаяние были так велики, что я сама едва понимала свои слова, хотя в моей памяти неизгладимо запечатлелось каждое слово, произнесенное моей матерью, чей голос звучал для меня так незнакомо и грустно, - ведь в детстве я не училась любить и узнавать этот голос, а он никогда меня не убаюкивал, никогда не благословлял, никогда не вселял в меня надежду, -повторяю, я объяснила ей, или попыталась объяснить, что мистер Джарндис, который всегда был для меня лучшим из отцов, мог бы ей что-нибудь посоветовать и поддержать ее. | | But my mother answered no, it was impossible; no one could help her. | Но моя мать ответила: нет, это невозможно; никто не может ей помочь. | | Through the desert that lay before her, she must go alone. | Перед нею лежит пустыня, и по этой пустыне она должна идти одна. | | "My child, my child!" she said. | - Дитя мое, дитя мое! - промолвила она. | | "For the last time! | - В последний раз! | | These kisses for the last time! | Эти поцелуи - в последний раз! | | These arms upon my neck for the last time! | Эти руки обнимают меня в последний раз! | | We shall meet no more. | Мы больше не встретимся. | | To hope to do what I seek to do, I must be what I have been so long. | Мне нужно остаться такой, какой я была так долго, иначе нечего и надеяться сохранить тайну. | | Such is my reward and doom. | Вот какое возмездие, вот какая судьба выпали мне на долю. | | If you hear of Lady Dedlock, brilliant, prosperous, and flattered, think of your wretched mother, conscience-stricken, underneath that mask! | Если ты услышишь о леди Дедлок, блестящей, преуспевающей, окруженной лестью, подумай о своей несчастной матери, которая страдает под этой личиной от угрызений совести. | | Think that the reality is in her suffering, in her useless remorse, in her murdering within her breast the only love and truth of which it is capable! | Знай, что она мучается, бесплодно раскаивается, убивает в своем сердце единственную любовь и искренность, на какие способна! | | And then forgive her if you can, and cry to heaven to forgive her, which it never can!" | И прости ей, если можешь, и моли бога простить ее, хоть и он этого не может! | | We held one another for a little space yet, but she was so firm that she took my hands away, and put them back against my breast, and with a last kiss as she held them there, released them, and went from me into the wood. | Мы обнимали друг друга еще несколько минут, но она так овладела собой, что отвела мои руки и, положив их мне на грудь, поцеловала в последний раз, потом уронила, отошла от меня и исчезла в лесу. | |
