| "Tune!" replied the old man. | - Мотив! - повторяет старик. | | "No. | - Нет. | | We never have tunes here." | Тут у нас никаких мотивов не поют. | | "That's the Dead March in Saul. | -Это похоронный марш из "Саула". | | They bury soldiers to it, so it's the natural end of the subject. | Под этот марш хоронят военных, и лучше всего закончить наш разговор этой музыкой. | | Now, if your pretty granddaughter --excuse me, miss--will condescend to take care of this pipe for two months, we shall save the cost of one next time. | А теперь, если ваша прелестная внучка, -простите, мисс, - соблаговолит прибрать эту трубку, вам не придется тратиться на новую, когда я опять приду сюда через два месяца. | | Good evening, Mr. Smallweed!" | Добрый вечер, мистер Смоллуид! | | "My dear friend!" the old man gives him both his hands. | - Любезный друг! Старик протягивает ему обе руки. | | "So you think your friend in the city will be hard upon me if I fall in a payment?" says the trooper, looking down upon him like a giant. | - Значит, вы думаете, что ваш приятель в Сити жестоко прижмет меня, если я не уплачу процентов в срок? - спрашивает кавалерист, глядя на него сверху вниз, словно великан на карлика. | | "My dear friend, I am afraid he will," returns the old man, looking up at him like a pygmy. | - Боюсь, что так, любезный друг, - отвечает старик, глядя на него снизу вверх, словно карлик на великана. | | Mr. George laughs, and with a glance at Mr. Smallweed and a parting salutation to the scornful Judy, strides out of the parlour, clashing imaginary sabres and other metallic appurtenances as he goes. | Мистер Джордж смеется, бросает последний взгляд на мистера Смоллуида, делает прощальный поклон в сторону презирающей его Джуди и выходит из гостиной такой походкой, что чудится, будто он гремит саблей и прочими металлическими предметами кавалерийского обмундирования. | | "You're a damned rogue," says the old gentleman, making a hideous grimace at the door as he shuts it. | - Проклятый плут! - рычит престарелый джентльмен, скорчив отвратительную рожу в сторону закрывшейся двери. | | "But I'll lime you, you dog, I'll lime you!" | - Но я скручу тебя, собаку! Я тебя скручу! | | After this amiable remark, his spirit soars into those enchanting regions of reflection which its education and pursuits have opened to it, and again he and Mrs. Smallweed while away the rosy hours, two unrelieved sentinels forgotten as aforesaid by the Black Serjeant. | Прорычав эти доброжелательные слова, мистер Смоллуид воспаряет духом в те увлекательные области мышления, которые для него открыты его воспитанием и деятельностью; и вот опять он и миссис Смоллуид недвижно проводят часы своего заката, словно два бессменных часовых, забытых, как уже было сказано, Черным Разводящим -Смертью. | | While the twain are faithful to their post, Mr. George strides through the streets with a massive kind of swagger and a grave- enough face. | Пока чета неотлучно находится на своем посту, мистер Джордж тяжелой поступью шагает по улицам с молодецким видом, но очень серьезным выражением лица. | | It is eight o'clock now, and the day is fast drawing in. | Уже восемь часов вечера, и сумерки наступают быстро. | | He stops hard by Waterloo Bridge and reads a playbill, decides to go to Astley's Theatre. | Он останавливается у моста Ватерлоо, читает афишу и решает пойти в цирк Астли. | | Being there, is much delighted with the horses and the feats of strength; looks at the weapons with a critical eye; disapproves of the combats as giving evidences of unskilful swordsmanship; but is touched home by the sentiments. | Там он восторгается лошадьми и цирковым искусством, критическим оком разглядывает оружие; недоволен фехтовальными номерами, так как фехтующие не умеют обращаться с рапирой; зато растроган до глубины души чувствительными сценами. | | In the last scene, when the Emperor of Tartary gets up into a cart and condescends to bless the united lovers by hovering over them with the Union Jack, his eyelashes are moistened with emotion. | Когда же под конец император Татарии, поднявшись на колесницу, улетает, милостиво благословляя соединившихся влюбленных британским флагом, ресницы мистера Джорджа увлажняются от душевного волнения. | | The theatre over, Mr. George comes across the water again and makes his way to that curious region lying about the Haymarket and Leicester Square which is a centre of attraction to indifferent foreign hotels and indifferent foreigners, racket-courts, fighting- men, swordsmen, footguards, old china, gaming-houses, exhibitions, and a large medley of shabbiness and shrinking out of sight. | Но вот представление окончилось, и мистер Джордж, снова перейдя по мосту через реку, направляется к тому расположенному между Хэймаркетом и Лестер-сквером прелюбопытному кварталу, где в изобилии встречаются невзрачные гостиницы и невзрачные иностранцы, помещения для игры в мяч, боксеры, учителя фехтования, телохранители, лавки старинного фарфора, игорные дома, выставки и всякий разношерстный люд, потрепанный жизнью и не желающий привлекать к себе внимания. | | Penetrating to the heart of this region, he arrives by a court and a long whitewashed passage at a great brick building composed of bare walls, floors, roof-rafters, and skylights, on the front of which, if it can be said to have any front, is painted GEORGE'S SHOOTING GALLERY, &c. | Забравшись в самую глубь этого околотка, он входит во двор, потом в длинный, выбеленный крытый проход и приближается к большому кирпичному строению, которое состоит лишь из голых стен, пола, стропил и кровли с прорезанными в ней окнами верхнего света и на фасаде которого, - если только можно сказать, что у этого строения есть фасад, - написано: "Галерея-Тир Джорджа, стрельба в цель и прочее". | | Into George's Shooting Gallery, &c., he goes; and in it there are gaslights (partly turned off now), and two whitened targets for rifle-shooting, and archery accommodation, and fencing appliances, and all necessaries for the British art of boxing. | Он входит в "Галерею-Тир Джорджа, стрельба в цель и прочее", а в ней горят газовые рожки (частью уже погашенные), стоят две выбеленные мишени для стрельбы из ружья, принадлежности для стрельбы из лука и для фехтования и все, что требуется для бокса, этого поистине британского искусства. | | None of these sports or exercises being pursued in George's Shooting Gallery to- night, which is so devoid of company that a little grotesque man with a large head has it all to himself and lies asleep upon the floor. | Сегодня вечером здесь никто не занимается этими видами спорта, поэтому "Галерея-Тир Джорджа" безлюдна и вся целиком предоставлена уродливому коротышу с большой головой, который сейчас спит на полу. | | The little man is dressed something like a gunsmith, in a green- baize apron and cap; and his face and hands are dirty with gunpowder and begrimed with the loading of guns. | Коротыш смахивает на оружейного мастера - он в зеленом суконном фартуке и шапочке, а лицо и руки у него запачканы порохом и почернели от возни с ружьями, которые ему приходится заряжать. | | As he lies in the light before a glaring white target, the black upon him shines again. | Он лежит на свету, перед ярко-белой мишенью, и на ее фоне кажется еще чернее, чем он на самом деле. | |
