Я мокла, я боялась, я дрожала и я взрывалась по несколько раз в день от неконтролируемого оргазма при мысли о своем красивом и статном соседе. И этот день настал. У меня сердце в пятки ушло, когда я как обычно плелась из магазина с пакетом молока и глазированным сырком в сумке, а в лифте, едущем с подземной парковки уже был… он.

— Броммрлмр — что-то отдаленно похожее на приветствие пробормотала я и вошла в лифт заполненный его аурой.

— Добрый день… — словно собираясь что-то сказать в продолжение стандартной вежливости четко и ясно заговорил мой искуситель. Я забыла как дышать, а он… как только двери лифта закрылись не глядя на меня заговорил своим хорошо поставленным брутальным голосом, которому невозможно перечить. — Мужу скажешь, что пошла мусор выносить, а сама явишься ко мне. Через десять минут. Апартаменты 517. Глазами в отражении я еще в надежде увидеть, что он говорит с кем-то по наушнику искала его лицо. Но он смотрел на меня, как коршун на свою хромую добычу. — Все поняла? — грозно удостоверился он, как только мы встретились глазами через отражение.

Я закивала и вышла… Через десять минут я холодной от озноба и зябкой рукой нажала на звонок с номером 517.Это оказалась квартира прямо надо нашей.

— Проходишь… снимаешь все это дерьмо с себя и становишься раком.

Я как опешила, флирта, игры я еще как-то могла ожидать, но вот так на полном серьезе… Сначала я думала рассмеяться, но как только мои уголки губ поползли вверх стало понятно по его каменному выражению лица, что он не шутит. Я затеребила пуговицы у горла на блузке и расстегнув их, стала стягивать ее с груди. Соски уже отвердели в домашнем бюстгальтере, а грудь трепетала от того, что вот так сейчас на нее будет пялиться этот красивый гигант. В серых брюках отчетливо проступали очертания его увесистой мужской игрушки. Я гладила её взглядом вольно и невольно, пока мой мозг медленно плавился.

— Может я… — попыталась я что-то возразить, но была молниеносно прервана.

— Давай давай, живее… — он щелкнул пальцами, — Теперь ты будешь бегать ко мне по первому моему требованию… дрочила на меня? Я стояла голая по пояс. Щеки горели от стыда и осознания, что если я сейчас сниму с себя штаны перед чужим мужчиной, зная, что под нами — в нашей квартире мой муж… Обратного пути уже не будет.

— Дрочила. Все ясно. Ну значит… — он покрутился на месте на каблуках своих лакированных туфель… — Значит сегодня покажешь мне как ты это делаешь…

Мои глаза округлились. Я была влажная и действительно, если бы я осталась одна то скорее всего именно этим бы я и занялась, но при нем…? Где граница унижения, у которой он остановится…

— Нравится смотреть на это? — мужчина указал указательным пальцем на свою ширинку.

Толстая мясистая колбасятина проступала, пульсируя венками через тонкую ткань классических брюк. У меня текли слюни. Изо всех щелей. Гипноз действовал и я проваливалась даже не пытаясь ухватиться за край. Он владел мной и каждая секунда все дальше отдаляла меня от бытности верной женой. Я становилась игрушкой, куклой в руках этого колдуна. Осанка выпрямилась, попка инстинктивно округлилась, соски торчали, а бедра влажно терлись одно об другое.

— У тебя красивая грудь. — я горела от того, что он смотрел на меня. Его движения были плавными, словно он был не человеком, а каким-то джином… языком пламени слегка раскачивающимся на ветру, — Значит слушай меня внимательно.

Он подошел ко мне. Цок цок цок — каждый шаг отдавался щелчками его каблуков по паркету. Высокий и ароматный он излучал ауру благополучия и секса. Я хотела его. Я готова была быть подставкой для его ног только бы ощутить его силу. Его механику движений. Я хотела щекой тереться о его ширинку или делать что-то еще более непристойное, только бы служить ему. Он протянул свой телефон.

— Встань на колени! Его голос прозвучал как приказ Зевса.

Я покорилась и встала. В одном нижнем белье пусть и домашнем и не слишком сексуальном — я все равно выглядела как секси кошечка. Он был дирижером моего тела. Круглая пышная попа и большая розовая грудь с красными сосками, которые было видно через белое кружево. В голове проносились мысли «Что он меня заставит сделать?», «Отсосать ему?», «Неужели я вернусь домой к мужу с полным ртом соседской кончи?» Мужчина протянул телефон. Его огромная рука излучала тепло и брутальный мускус. Я дышала полной грудью и эти давно забытые ароматы тестостерона дурманили мою и без того не очень-то умную голову.

— Запиши сюда свой номер, как «Шлюха по вызову».

В голове ударила молния. Я буквально должна сама записать себя как Шлюху в его телефон??? Сама? Расписаться в своей принадлежности к нему??? Его рука скользнула вниз, и он словно взвешивал мою грудь своей горячей лапищей. Я подалась вперед на его руку, как кошка.

— Большие… давно не мяли? — я уже зажмурилась от удовольствия, стыда и страха.

Голос его звучал издалека настолько, что я теперь и не думала отвечать. Он сдавил, а потом отпустил и погладил. Я заскулила от дрожи в нижней части живота. Я услышала свой протяжный стон переходящий в вой удовольствия и вспомнила все те вечера, когда стоны доносились из квартиры сверху. Да, еще до того, как я узнала, что мой красавчик сосед живет прямо над нами с мужем я уже заметила, что каждые выходные оттуда доносятся блядские стоны. Какой-то маленький публичный дом с доставкой на дом. Регулярно: цокающие шпильки и паркету и стоны грубого развязного секса. Женщины конвейером приезжали туда. Как выяснилось… к нему… И теперь мне предстояло стать одной из тех, чьи блядские стоны будет слушать мой муж ворча на диване, потому что ему приходится делать погромче «Большую Пургу» с Дмитрием Наймсом на Важном Канале

Сосед шлепнул меня по сиськам. Горячая тяжелая ладонь ласково обвивала мои груди. О как же это было приятно. Мои трусы были мокрыми насквозь и я очень хотела мастурбировать. Связь между возбуждением и сексом с мужчиной уже давно растворилась из-за семейной жизни, а вот мастурбировала я по несколько раз за день.

— Можно! Давай! — громом среди ясного неба прозвучал его голос. О н словно прочитал мои мысли. Он сам взял мою дрожащую руку и засунул ее мне в трусики… — Погнала! У тебя есть ровно минута!

Пальцы нырнули во влажное тепло и мои веки скрыли закатывающиеся глаза. После того случая он пропал. Были паузы. Однажды при встрече он даже сделал вид или на самом деле не узнал меня и прошел мимо. Он не звонил. Мне даже стало по женски обидно.

Пока однажды ночью, он не прислал смску «Поднимайся». Я что-то наврала мужу, который еще не спал, про плохие приметы с вынесенным на ночь мусором или наоборот. Он обозвал меня дурой, а я поругалась с ним и убежала из дома с одних тапках. Сосед отодрал меня как суку за пару минут и я вернулась домой, сказав, что встретила соседку. Я лежала в постели с мужем и слышала как мой верхний сосед обходит кровать, на которой только меня выебали как кошку. Без ухаживаний. Без разговоров. Я прибежала сама, он поставил меня на четвереньки на койку и отымел мокрую по скрипа.

— У соседей настоящий балаган. Надо сходить пожаловаться. Соберешь коллективную жалобу от соседей?

— Тебе надо ты и собирай, — дрожащим голосом просипела я. Горло восстанавливалось от огромного твердого толстого прибора нашего «старшего по подъезду». Я лежала в кровати и проваливалась в нее ощущая тепло чужого семени внутри себя.

Меня трясло. Муж обнял меня, но я не ответила на его ласку и просто позволила ему уснуть у меня на сиськах.

Это стало повторяться время от времени.

Николай. Так как оказалось звали моего Хозяина (подглядела в открытках, которые были раскиданы на журнальном столике в день его рождения), так вот Николай имел меня во всех позах. Мне больше всего нравилось по собачьи. Потому что нет нет да и передало в анал. А я его еще с университета люблю. К тому же у Николая такой большой и прямой ствол, что прорабатывает меня очень глубоко. По конституции мы совпали и оба кончали за две три минуты, что идеально подходило для свиданий, когда муж дома. Выходила покурить.