— Не делай глупостей милая.

— У меня парень есть… — почти шепотом, чтобы не привлекать внимание пассажиров сказала я. Я так боялась что они разозлятся, если я стану кричать.

— Мы ничего «такого» не сделаем.

Тот, что стоял у дверей в пляжных шортах сорвал сумочку у меня с плеча и порылся в ней. Он вынул паспорт и заявил.

— Восемнадцать есть парни.

У меня достаточно большие внешние половые губы, которых я очень сильно стесняюсь, потому что девочки в бассейне дразнили меня «пельмень», «вареник». В общаге плакала по ночам.

Поэтому про парня я соврала. Я боюсь заводить отношения, потому что боюсь, что меня бросят.

И если и трахаюсь, то только с каким-нибудь пьяным парнем из нашей общаги, на которого мне пофиг бросит он меня или нет.

Поэтому, когда парень в джинсовых шортах плавно и изуверски начал скользить ко мне под платье рукой, а сжала ноги со всей силы. Грудь моя по-прежнему была у них на виду и блондин рванул платье так, что оголил вторую.

— Сиди спокойно!

Они держали меня за запястья и лапали в шесть рук.

В общем-то если бы пара пенсионеров оторвала глаза от газет и книг, то они могли бы любоваться, как девятнадцатилетнюю девушку с пробитыми сосками просто распинают на лавочке в электричке.

Но они трусливо «читали» и выходили на остановках «не видя» ничего перед собой.

Я не могла вырваться, да и пошевелиться тоже. Меня просто выворачивали. И вот уже их сильные руки совладали с моими коленями и начали по сантиметру отвоёвывать у меня мое собственное тело.

Я хрипела и вырывалась, но мне насильно раздвигали ноги. Сопротивляться больше не было сил. Я заплакала, но все равно сражалась.

Парень, что до этого стоял и караулил двери, въебал мне очередную «отрезвляющую» пощечину.

Ноги разъехались и мне раздвинули их очень широко.

Главный заржал уставившись на мои белые трусики от влаги уже почти прозрачные.

— Это что такое?

Я отвернулась в окно от стыда за то, что они смотрят на мою такую объёмную девочку в трусиках.

Один из парней опустил руку мне между ног и осторожно сжал мои пышные половые губы через мокрую ткань.

— Ой, а я думал это пенис.

Они снова заржали.

У меня действительно было много там, но это были только губки.

Он ущипнул, и я снова выгнулась пробитыми сосками вперед. За окном мы проезжали полупустые платформы, на которых были другие девушки, семейные пары, старушенции.

А меня опускали прямо в вагоне.

— Нравится когда тебя шлепают, пельмешек?

Коварным голосом он проговорил это прямо мне в ушко, шлепнул по припухшей писе и я задрожала.

— Жи-и-ирный пельмешек у тебя тут!

Второй с размаху шлепнул по промежности, и я попыталась согнуть ноги, но меня крепко держали и я только изогнулась.

— Нраааавится… — с живодерской улыбкой сказал он, ловя мои зрачки своими.

Тут он стал приближаться и целовать меня в губы.

Мою руку положили на член второго парня и заставили дрочить.

Я никогда этого не делала, но рука словно из прошлой жизни стала интенсивно сжимать и двигать по стручку вверх вниз.

Я потеряла контроль от обилия атак со всех сторон и как дура машинально ответила на поцелуй.

Языки сплелись, и я почувствовала его силу и напор.

Парень был лет на пять меня старше и делал это так грубо и уверенно, что я чувствовала, что я не первая изнасилованная девочка этой компанией.

В вагон на новой остановке зашли новые люди и меня за руку вытащили в тамбур. Электричка адски грохотала на ходу.

— Не делай глупостей, а то мы скинем тебя туда, — громила в пляжных шортах уже избавился от рубашки и демонстрировал мне свой мощный мужской торс, указывая на пролетающие пролёты шпал под нами.

— Все видели, что тебе было плохо в поезде. Скажут, что закружилась голова и сама упала.

Этот парень в летних пляжных шортах был такой наглый и уверенный, что снял их и стоял в одних кроссовках и белых носках.

Член торчал вертикально вверх.

На загорелом теле это смотрелось шикарно, надо отдать должное. Тела у парней были идеальные. Спортивные и даже немного похоже, что они занимались либо атлетикой либо танцами.

Рельефные прессы, стабильная походка, даже при мощной качке.

Они тискали мои груди, и я чувствовала, что становлюсь «их».

Словно в этом было что-то первобытное и мне надо было пройти обряд инициации сразу с тремя, чтобы меня приняли в общество таких мощных загорелых властных молодых самцов.

Блондин еще раз поцеловал меня и я снова ответила на поцелуй, давая им понять, что я не против.

И все же он жестоко поставил меня на колени перед оголившимся парнем, и мне всунули первый хуй за щеку.

Большой твердый и упругий его член просто свел меня с ума в одночасье. Он плотно заполнил мой пересохший рот и слюна полилась, словно это был какой-то тропический фрукт.

Я принялась сосать, словно сдаю гос экзамен по минут. Я старалась, зная, что меня оценивает не только сам хозяин великолепного ствола, но и парочка его друзей-экспертов.

Поэтому работала не только языком, щеками, горлышком и рукой, но и старалась «для зрителей» глазами и шейкой делать всё изящно.

Парень оказался скорострелом и вскоре густая струя кончи пересекла мое лицо несколько раз оставляя на нем автограф насильника.

Блондин поднял меня за подбородок, прижал к стене так, что я обхватила его ножками и поднял меня.

Отодвинув трусики в сторону, он пусть и не сразу из-за моих половых губ, в которых можно запутаться, но вошёл в меня.

— О боже…

— Да, да, блядь, нравится, когда с тобой так обращаются⁈

— Да… аххх, да…. — только и могла выкрикивать я.

Грохот поезда заглушал меня для остальных пассажиров, поэтому мы делали паузы только на подъезде к станциям.

— Нравится, когда тебя ебут?

Меня пустили по кругу в самом прямом смысле этого слова. Он передавали меня из рук в руки наигравшись.

Никто из них не использовал резинку и это было тоже впервые жизни для меня. Чувствовать горячие влажные члены внутри, которые мощно таранят мою узенькую киску было бесподобно.

Я понимала частью себя, что это глубоко неправильно вот так отдаться наглым властным парням, просто потому что они сильнее, но с другой стороны я не хотела быть одной из тех девочек, которые вечно заглядываются на спортивных красавчиков, а потом отнекиваются, отшучиваются, хихикают и сливаются.

Блондин долбил меня яростно, словно я его любимая подушка. Моя пусси обнимала его толстый твердый как камень ствол.

В какой-то момент мне стало страшно, потому что он мощно вбивал мой таз в стенку поезда ритмичными ускоряющимися движениями. Со всех четверых лился пот, но тут он просто застилал нам обоим глаза. Мои очки съехали на бок, а язык самопроизвольно высунулся, и я кончала уже без остановки и счета.

А его мощный таранного типа ствол насиловал грубо мою нежную дырочку.

Сквирт не заставил себя ждать и мое лицо снова залилось краской от стыда, что он подумает, что я его обоссала. Но я не могла это контролировать.

Это еще одна причина, почему я избегала секса с парнями, которые мне нравились. Просто был один случай, когда мы делали это на кровати его матери, и я достаточно сильно кончила, залив все, включая обивку. И мне было жутко стыдно. Мне казалось он пожалел, что сделал это со мной.

В электричке я уже чувствовала, что сейчас будет, потому что агрессивный член блондина раз за разом проходил по передней стенке влагалища и упирался в стенку мочевого пузыря.

Меня затрясло и я «вышла» ему на бедра и колени. Обильно.

Парни наоборот только завелись не отпустив на удивление ни одной дежурной шутки про «день Нептуна». Наоборот стало понятно, что они опытные и такой «женский восторг» их только радует.

Меня ставили раком, держали за сиськи, пристраивались сзади и долбили по очереди. Мне хотелось как-то намекнуть, что я люблю когда уделяют внимание и моей второй дырочке, но с другой стороны я и так уже слишком многое им позволила.