Соски уже стояли в блузке, и я боялась выдать своё возбуждение насильникам.
Руки задрожали, судорожно пытаясь найти хоть какую-то опору. Я хваталась за флаконы с Активией и пакеты кефира «Каждый День», но они рассыпались по полкам.
Меня как суку держали за волосы и ставили раком несколько подростков лет двадцати в масках.
— А кто же твой муж? Нам очень интересно!
Псих сидел на ларце на корточках и, облизывая только что украденный пломбир в шоколаде так, что из-под маски торчал его заляпанный сливками подбородок, — издевался надо мной.
Громила подошел ближе и лишь проверив, что их напарники все еще держат на мушке кассиршу, стал облапывать меня в поисках чего-то.
— Документы есть⁈ — командно, но уже совсем не криком спросил Вожак.
— В сумочке, — пошла на встречу я.
Я сама удивилась как дрожал голос и ситуация уже не казалась мне простым хулиганством. Я реально опасалась за свою жизнь, потому что эти парни могли оказаться под наркотиками или вообще отпетыми ублюдками, для которых не писан закон.
Судя по тому, как псих отреагировал на мою угрозу мужем… В общем в голову приходили самые страшные мысли, которые к несчастью подтвердились…
— Эй, парни, отпустите девушку! Вы ахренели!
Из глубины магазина вышел высокий спортивный мужчина лет тридцати в спортивном костюме. Явно было видно, что его профиль это боевые единоборства и ему было что противопоставить молодым наглецами но ведь их было трое…
— Ой, гайз, а у нас тут… герой! — тоном площадного шута огласил псих.
Парни обернули свои лица к нему, Вожак откинул меня в сторону, так что я больно грохнулась в стеллаж с бакалеей. Колотый горох, фасоль и манка посыпались на меня тонкими струйками с верхних ярусов.
Оторопевшая я не могла не продолжать смотреть за происходящим.
— Герой! — почесывая кулаки проговаривал Вожак и делал пару шагов на встречу. Он был чуть выше моего защитника и гораздо наглее. Он не отводил взгляда, хотя для спортсмена перспектива схватиться одному против целой банды вооруженных беспринципных гавнюков была гораздо более тревожной. Спортсмен бегал глазами в поисках хоть каких-то орудий для драки, пока все трое убийц наступали на него.
— Герой, а ты готов… умереть? — грозно и прямо спросил Громила подшагивая вперед и занимая боевую стойку.
— Расстаться с жизнью, ахахаха! — голосом игривого персонажа из Диснея прокричал на весь маркет Псих.
— Пойдешь до конца? Или нассышь в штаны и побежишь за ментами?
Тот только молча сглотнул понемногу пятясь к мясному отделу.
— Молчит! Наверно сердце в пятки ушло?
Трое молодых парней в масках, кривляясь и манерничая словно все мы персонажи «Заводного Апельсина» наступали на добросовестного гражданина.
— Давайте же уже начнем? — захихикал Псих перебираясь на верхнюю полку стиллажа попутно скидывая на пол коробки с кукурузными хлопьями и шоколадными шариками Хрутка.
— На счет раз, — глухим грудным басом напирал Громила, — два…
— Три! — нетерпеливо выкрикнул Вожак, и в спортсмена штормом полетело все подряд.
Банки с соленьями дядя Ваня, маринованная свекла, манго, стеклянные бутылки сока Рич. Жестяные коробки с конфетами Коркунов, банки кофе.
Словно стая макак, они по команде швыряли не останавливаясь в него все подряд и наступали.
Мужчина только успевал прикрываться руками, пока малолетки избивали его. Стеклянные бутылки и банки разбили ему лицо, попадали в глаза. Очень быстро после первого пробития снаряды стали прилетать чаще, потому что он зажмурил глаза и вот уже Псих спрыгнул на него сверху и стал молотить по голове увесистой банкой тушенки.
Вожак и Громила избивали осевшего на пол мужчину ногами.
Я лежала на полу в разрушенном магазине и с ужасом не могла оторвать глаз как они забивают его до смерти.
Мужчина уже обмяк после нескольких целенаправленных ударов по голове трехлитровой банкой тыквенного сока.
Об голову она не разбивалась, и тогда Громила со всей дури жахнул ее об пол прямо у лица моего защитника.
По тому, что он никак не отреагировал, когда ему разрезало лицо осколками и на пол в перемешку с разбитым айраном и тыквенным соком полилась его кровь я поняла, что он уже мёртв.
Вожак продолжал наносить удары просто из ненависти.
Потом схватил мужчину (труп) за куртку и перекинул через прилавок в мясной отдел. Псих перепрыгнул туда и живодерски засунул тело в витрину на индейку, курицу, говядину и котлеты.
— Ахахахаха!
— Самое место!
— Ну, что тетя? На чем мы остановились? — обернулся Вожак ко мне, поправляя явно вставший от вседозволенности драки член.
— А что же у нас муж? А? Это так интересно. Ведь он наверное такой сильный, верно?
Осознание, что майор МВД никак не поможет прямо здесь и сейчас от стаи агрессивных обезьян пронзило меня с головы до ног. Инстинктивно я пыталась оттолкнуться пятками от пола, чтобы отползти хоть немного от них подальше, но…
— Кто же у нас муж? — поднимая меня за шкирку спросил Громила.
— Полицейский… — сдала его я.
— Ахахахаха! И что же он сейчас тебя не спасает? — усаживая меня на холодильник с мороженным, спросил прямо глядя в глаза Вожак.
Холодильник только внутри горячий, а снаружи он отдавал тепло и мои и без того мокрые трусики еще сильнее нагрелись. Пальцы вожака нырнули мне в промежность.
— Парни, а вы не знаете, почему в три часа ночи верная женушка полицейского в чулках шастает по супермаркету?
Он почувствовал как сильно я потекла.
— Все домохозяйки рано или поздно начинают скучать…
Не долго думая, мне дали пощечину и загнули раком.
Парни спустили с меня трусики и стали трахать по очереди прямо на глазах у кассирши, которая знает меня и моего мужа уже несколько лет.
Моя мокрая девочка предательски выплевывала новые и новые порции смазки от микрооргазмов, которые накатывали на меня от их твёрдых молодых членов.
Я просто стала пристанищем для их необузданной удали. Парни издевательски трахали меня и сменяли друг друга. А я стонала каждый раз, когда они вставляли мне в киску новый твердый член или разгонялись до предела не для того, чтобы кончить самим, а чтобы довести до оргазма жену полицейского.
— Тетя, а что если мы все вместе возьмемся за руки и совершим преступление, которое твой муженек потом будет расследовать?
— Он занимается групповыми изнасилованиями?
Я только стонала. Моя грудь выпала из лифчика и передавленная костяшками бюстгальтера посинела, так как затекла. Не думаю, что это было сексуально привлекательно, но грабителям было пофиг. Не снимая масок, они взвизгивали надо мной и трахали меня все жёстче и жестче.
— О да, сука!
Меня загибали везде, где было удобно. В куче продуктов, на тележке. Псих трахал отрывисто и быстро. Вожак жестко. А у Громилы был такой толстый член, что я кончала буквально от каждой фрикции, когда он задвигал его до упора.
Меня держали за бедра и долбили так, что цепочка царапала стекло холодильника с морепродуктами.
Пока один ехал, другие отдыхали, хавая то, что находили на полках.
Вожак вылил себе в рот целый стаканчик персикового йогурта и сам ухмыльнулся своей шутке.
— У нас сегодня акция для домохозяек: три по цене одного!
Я кончала так громко, обливая всплесками твердые толстые хуи моих истязателей, что это невозможно было не заметить.
Я потеряла счет оргазмам.
Меня пускали по кругу, ставили на колени. Притащили за волосы к кассам и заставили отсосать пацану, который держал на мушке Мариам.
Она стояла в оцепенении за прилавком, подняв руки, чтобы показать, что она не вызывает полицию тревожной кнопкой.
А я стояла на коленях с голой попочкой, растраханной киской и сиськами на выкате и обрабатывала четырех двадцатилетних парней по очереди. В каждой руке было по члену, а во рту еще один ствол.
Горячий и пульсирующий он готов был взорваться в любой момент. Я встретилась глазами с Мариам. В ее глазах был ужас и отвращение ко мне. Мне было жутко стыдно, что я стала рабыней для мальчиков, и в этот момент мне на лицо и грудь полилась сперма из члена парня, который держал ее на мушке.
