Городок оказался маленьким, но чертовски красивым. Старинная архитектура, узкие мощеные улочки, фонари с магическим пламенем, которое мерцало тёплым золотом. Нам рассказывали, что это один из первых городов империи, какое-то время даже был столицей. Сейчас — тихое, туристическое место, где можно погулять, подышать историей и не париться.

Добрались мы уже ближе к ночи, уставшие как собаки. Вся эта неделя вымотала так, что даже сил не осталось на традиционное «отметить прибытие». Громир, который обычно первый предлагает нажраться, только махнул рукой и поплёлся в свой номер. Зигги с Таней ушли куда-то в сторону лестницы, тихо переговариваясь.

Мы сняли несколько номеров. Я, Лана и Мария заселились в один, трёхместной кровати не нашлось. Девушки, естественно, оккупировали большую кровать, а мне досталась отдельная, поменьше.

Я сел на кровать, потянулся, хрустнув позвоночником. За окном уже светало — серый, утренний свет пробивался сквозь плотные шторы. Часы показывали начало седьмого.

Перевёл взгляд на соседнюю кровать.

Лана и Мария спали, тесно прижавшись друг к другу. Белоснежные волосы Ланы разметались по подушке, смешавшись с алыми прядями Марии. Они выглядели такими умиротворёнными, такими… домашними. Лана что-то пробормотала во сне и сильнее прижалась к Марии. Та вздохнула и уткнулась носом ей в плечо.

Я улыбнулся. Как же хорошо, что они поладили. Могло быть куда хуже.

Осторожно, стараясь не шуметь, я встал, натянул штаны и прошлёпал босиком в ванную. Там было чисто, пахло каким-то цветочным мылом и свежестью. Я умылся ледяной водой, прогоняя остатки сна, почистил зубы прихваченной из дома щёткой, пригладил вечно взъерошенные волосы.

Посмотрел на себя в зеркало. Выглядел помято, но довольный.

— Выходные, — прошептал я собственному отражению. — Два дня без учёбы, без драм, без истеричных баб и их бешеных братьев. Просто отдых.

Я вернулся в комнату, бесшумно подошёл к окну, чуть раздвинул шторы. Город просыпался. Вдали виднелись остроконечные крыши старых зданий, где-то запела птица, потянуло свежим утренним воздухом.

Красота.

Я посмотрел на спящих девчонок и решил не будить их. Пусть поспят. Мы все это заслужили.

А пока можно будет тихо спуститься вниз, найти какой-нибудь местный ресторанчик, притащить завтрак в номер. Чтобы они проснулись, а тут кофе, круассаны и довольный я.

План идеальный.

Я натянул футболку, сунул ноги в кроссовки и, стараясь не скрипеть, вышел из номера.

Я спустился в холл отеля — небольшой, уютный, с деревянными панелями на стенах и мягкими креслами у камина, в котором, несмотря на тёплое утро, всё ещё потрескивали дрова. За стойкой стояла консьержка — миловидная женщина средних лет в аккуратном форменном платье. Увидев меня, она приветливо улыбнулась.

— Доброе утро, господин. Рано Вы поднялись.

— Доброе, — кивнул я, подходя. — Привычка. Хочу заказать завтрак в номер.

— Конечно. — Она протянула мне меню — плотную кожаную папку с золотым тиснением.

Я пробежался глазами по строчкам. Для себя взял яичницу с беконом, тосты и чёрный кофе. Для Ланы — омлет с сыром и травами, круассаны и какао. Для Марии — фруктовую тарелку, йогурт и зелёный чай, как она любит.

— И ещё, — добавил я, — если есть свежая выпечка, положите побольше. Мои девушки сладкоежки.

Консьержка понимающе улыбнулась и записала заказ.

— Будет готово через полчаса, господин. Принести прямо в номер?

— Да, спасибо.

Я расписался в какой-то бумажке, подтверждая заказ, и направился к выходу. По пути встретил парочку слуг — они тащили свежие полотенца и чистили магические светильники в коридоре. Я кивнул им, они ответили сдержанными поклонами.

Толкнул тяжёлую дубовую дверь и вышел на улицу.

Воздух… божественный. Тёплый, мягкий, пахнущий цветами и морем, хотя моря тут вроде не было. В академии сейчас, наверное, дубак — ветер, промозглая сырость, вечное ощущение, что зима подкрадывается незаметно. А здесь — лето. Настоящее, тёплое, утреннее лето.

Я глубоко вдохнул, прикрыв глаза.

Так бы и остался тут жить.

Детроис просыпался. По мощёным улочкам уже начинали сновать первые туристы — парочки, семьи с детьми, группы молодёжи с кристаллами-путеводителями в руках. Где-то зазвенел колокольчик — открывалась маленькая пекарня, и оттуда потянуло свежей сдобой. Пожилой мужчина в соломенной шляпе раскладывал товар на уличном прилавке — какие-то сувениры, местные сладости, магические безделушки.

Город жил.

Я пошёл вдоль улицы, просто наслаждаясь моментом. И тут заметил их.

Кошки.

Они были повсюду. Пушистые и гладкие, рыжие, чёрные, полосатые и белоснежные. Они сидели на подоконниках, важно вышагивали по мостовой, грелись на ступеньках. Одна — роскошная сиамская — пересекала мне дорогу с таким видом, будто она здесь главная, а я так, случайный прохожий.

— Извините, Ваше величество, — пробормотал я, уступая дорогу.

Она, кажется, даже не удостоила меня взглядом. Гордо подняв хвост трубой, она направилась к крыльцу рыбной лавки, у которой уже толпился десяток её сородичей в ожидании утренней кормёжки.

Местные важные персоны. Тут их, видимо, обожают.

Я усмехнулся и побрёл дальше, просто впитывая эту атмосферу. Тёплый город, уютные улочки, важные кошки и мои девушки, которые спят в номере и даже не подозревают, что скоро их ждёт завтрак в постель.

Идеальное утро.

От автора: Детроис славится тем, что он тёплый город. Тут нет снега. Ни зимой, ни в промозглую осень, ни даже в те дни, когда по всей империи бушуют метели. Дело в древней магии, как говорят местные жители с загадочным блеском в глазах. Якобы сам основатель города, великий маг Детро, запечатал в земле огненное сердце, которое согревает эти края вот уже тысячу лет.

Но все прекрасно знают правду.

Имперские маги каждый день меняют кристаллы вокруг города. Целая система артефактов, вмурованных в стены старых зданий, спрятанных под мостовой и развешанных на фонарных столбах, создаёт эту вечно летнюю атмосферу. Мол, так город выглядит интереснее и загадочнее. Туристы едут толпами, аристократы снимают здесь особняки на зиму, свадьбы играют круглый год.

Бабла уходит на это, конечно… лучше не знать. Говорят, содержание климата Детроиса стоит казне больше, чем содержание небольшой армии. Но кого это волнует, если можно гулять по улочкам в лёгком платье, когда в столице уже лежит снег?

Я неторопливо побрёл обратно к отелю, наслаждаясь утренним солнцем и лёгким ветерком. Город окончательно проснулся, и теперь улицы заполнились народом.

Местные жители выделялись сразу. Они не спешили, двигались плавно, с достоинством. Стоило мне поравняться с кем-то, как мне тут же улыбались и желали хорошего дня. Пожилая женщина с корзиной свежих булочек кивнула, молодой парень, протирающий витрину своей лавки, махнул рукой. Здесь это было нормой — приветствовать каждого, даже незнакомца.

Туристы же выглядели иначе. Они походили на очарованных лунатиков — ходили с широко раскрытыми глазами, вертели головами, пытаясь впитать каждую деталь. Вот семья замерла у старого фонтана, разглядывая резных каменных рыб. Вот девушка с кристаллом-путеводителем на шее замешкалась посреди улицы, уставившись на кота, который нагло уселся прямо на крыльце и вылизывал лапу. Кот даже ухом не повёл, когда туристы начали его фотографировать. Привык.

Ещё одна группа — молодожёны, судя по всему — с восторгом наблюдала, как целая процессия кошек направляется к какой-то двери, где их уже ждали миски с едой. Животные чувствовали себя здесь полноправными хозяевами и вели себя соответственно.

Я усмехнулся и зашагал дальше. Хорошее место. Живое.

Отель уже виднелся впереди. Я подошёл к двери и, заметив приближающуюся семью — отец, мать и маленькая девочка, забавно сопящая от усердия, — придержал тяжёлую створку, пропуская их внутрь.

— О, спасибо, молодой человек! — улыбнулась женщина.