Я постанывала ему в губы, а он, слегка прикусив мою нижнюю губу, отстранился и посмотрел мне в глаза. Они были переполнены наслаждением, желанием и похотью. Меня это возбудило окончательно!

Пальцем он показал мне повернуться к нему спиной.

Я слегка улыбнулась и кинула, а затем повернулась к нему задом. Он приподнял одну мою ногу и облокотил на спинку кровати, вторая же осталась стоять на кровати.

Губы стали покрывать мою шею и спину еле ощущаемыми поцелуями, иногда дразня и покусывая. Когда и его, и мое терпение лопнуло от ожидания, я умоляюще начала стонать:

— Прошу, пожалуйста, войди в меня. Я больше не могу сдерживаться…

В этот момент у парня совсем снесло крышу, он словно понимал, о чем я прошу. Он взял масло, налил на пальцы и коснулся ими моей задней дырочки, всовывая один пальчик. Тело мое задрожало. Немного стало больно, но боль была притупленная.

На секунду, вынув палец и всунув сразу два, он стал ими двигать внутри. Я поддавалась ощущениям и двигала задницей навстречу. Он сделал ножницы внутри, чтобы слегка растянуть сфинктер, и тут же вынул пальцы. Ему хотелось увидеть мое лицо, увидеть как я дышу, приоткрыв рот, и покусываю свои губы. Он взял свой член в ладонь и навел на узкое кольцо моих мышц. Я сразу сжалась, а он попытался как можно утешительнее произнести что-то на своем языке. Слов я не понимала, но это и не требовалось, смысл был ясен.

Это подействовало, я сразу же расслабилась, а парень, не теряя ни секунды, ввел в анус головку и чуть не завыл от того, что там было очень узко!

Парень вынул член и вновь вошел, в этот раз было терпимее, и он решил углубиться, только, было это очень сложно. Еще попытки три и он свободно входил в меня до конца, слушая мои сладкие выкрики, стоны и всхлипы.

— Пщщщщ, — прошипел он и стал безжалостно трахать мое тело, ногтями впиваясь в кожу на бедрах.

Одна рука прошмыгнула к моему клитору и, обхватив его, начала мастурбировать. Я прогнулась в спине и плотно прижалась к парню, умоляя его не останавливаться и просто продолжать двигаться. И пофиг, что этот идиот ничего не понимает, мне сейчас было так хорошо, что было плевать на все.

Я поворачивала голову в его сторону, выпрашивая поцелуй. Парень резко вошел в меня по самые яйца и остановился, поцеловал мои губы, которые, вскоре, от столь частых поцелуев начали краснеть и пухнуть.

Давно я не чувствовала себя так хорошо, даже захотелось смеяться от радости. Я чувствовала, что уже нахожусь на самом пике и скоро кончу, но хотелось сделать это вместе с этим удивительным парнем. Мне было все равно, как его зовут, кто он такой, что он хорошего сделал в этой жизни, мне было сейчас важно просто соединяться с ним в одно целое.

Еще пару толчков в моем анусе, пару движений рукой по моему клитору и мы вместе кончили. Парень спустил мне в попку, а я свиртанула ему на руку. Его до такой степени пошлый стон вряд ли можно будет забыть.

Он устало шлепнулся на кровать, а второй парень быстро подошел ко мне, подхватив мое дрожащее тело, чтобы я не ударилась, и осторожно положил на себя, начав меня гладить. Мы пролежали вместе какое-то время, и я наслаждалась этими ласками.

Парень вошел в мою промежность и начал двигаться. Я снова закрыла глаза и поплыла. Когда все трое кончили, я на время осталась одна. Мне потребовалось несколько часов, чтобы прийти в себя и осознать, что меня накачали какой-то дрянью.

Когда действие таблетки кончилось, я ощутила сильную боль в заднем проходе и завыла. Боль становилась нестерпимой. Как же это сложно, когда тебя так затрахивают в попку!

Через какое-то время ко мне пришли мужчины, которые были до этого, но удалились. Мне сделали укол, после чего все повторилось. Меня трахали, а я визжала и умоляла их, чтобы они продолжали меня трахать. Просила двойного проникновения. Только придя в себя и вспомнив о том, как я себя вела, мне стало не по себе. Насколько же я мерзкая под действием препаратов. На потеху этим упырям, которые держат меня тут против моей воли! Сколько я тут протяну? Судя по всему, эти люди не особо обеспокоены тем, как я себя чувствую и сколько протяну.

Несколько дней мужчины приходили ко мне и трахали. Я не помнила, кормили меня или нет, что я пила, как ходила в туалет. Все смешалось. Мне было плевать на все, лишь бы снова испытать этот кайф, когда меня накачивают чем-то сильным. Чем-то таким, что уничтожает боль и все проблемы.

Иногда про меня забывали, и я выла от боли, потому что все тело ломало. Я сходила с ума и просто мечтала сдохнуть.

Меня переводили из подвала в подвал, перевозили куда-то. В какой-то момент мне совсем стало плевать на весь мир. Секс перестал приносить наслаждение, я пребывала в каком-то полудреме, жила в другом мире. Иногда мне казалось, что меня трахают день и ночь, а иногда я думала, что это моя фантазия, а сама я нахожусь, возможно, где-нибудь в могиле.

В какой момент меня перевели в какой-то дом, где были другие девушки, я понятия не имею. Я пришла в себя от яркого света. Открыв глаза, я увидела, что на меня смотрят несколько девушек. Они были напуганные и взволнованные.

— Где я? — пробормотала я еле слышно.

Услышав чужую речь, я снова подумала, что меня никто не понимает, но внезапно я услышала чей-то голос:

— Ты в притоне Джека, тебя привезли вчера, сказали, что ты умираешь, нас просили за тобой присмотреть, сказали, если поможем тебя откачать, то нам дадут что-нибудь вкусненькое…

— Что? — я приподняла голову и увидела какую-то зачуханную комнатушку, по углам которой стояло по две кровати. Рядом со мной тоже стояла чья-то кровать. Я была вся в каких-то бинтах и перевязках. Что со мной было? Сколько я уже в таком состоянии? Я отодвинула одеяло и мне стало плохо. Никогда не думала, что могу так похудеть! У меня исчезла грудь, ребра торчали так, словно я никогда не ела.

От моего тела шли какие-то провода, я не сразу поняла, что это капельница. Выглядела она так жутко, словно была самодельной. Я не ощущала своего тела. В голове был туман, но я впервые за долгое время могла соображать.

Я сосредоточила внимание на девушке, стоявшей рядом, словно последнему лучу света в этой мракоте. Ее внешность была как разлагающийся лепесток цветка в этом аду. В рваной одежде, покрытой пятнами неопределенного происхождения, она выглядела как тень того, что было когда-то. Темные волосы заплетены в запутанные косички, кажется, она сама плела за невозможностью уменьшить длину.

Глаза у девушки были как две усталые звезды, загасшими в этом бескрайнем мраке. В них отражалась тоска и страх, будто она видела слишком много темных тайн этого мира. Ее лицо, высохшее от слез и имевшие следы туши, словно картина бедствия, нарисованная неумелой рукой.

— Что со мной такое? Что это? — я показала на провода капельницы, надеясь, что она хоть что-то прояснит для меня.

— У тебя была операция. Тебе что-то там вырезали, а потом вроде все было хорошо, но ты забеременела, тебе решили сделать аборт, но возникли осложнения.

Все это вылилось на меня как оглоблей по голове. Операция? Когда? Зачем? Беременность? Аборт? Сколько я нахожусь в неволе, черт возьми и как я потеряла все это время?

— Откуда ты все это знаешь? — я попыталась чуть привстать и вроде бы, у меня это получилось.

— Я понимаю их, училась много лет на переводчика и даже работала. — ответила девушка. — Меня Ириной зовут.

— А меня Аней… — я еще раз огляделась. На меня по прежнему пялились как на истукан. Вокруг было столько девушек, что я не могла их никак сосчитать. — Пить хочу…

— Вот, возьми. Воды у нас тут много. — сказала Ирина и дала мне воды.

— Я чуть не умерла? Я ничего не помню…

— Тебя накачивали тяжелыми средствами после операции, у тебя вырезали почку и часть печени, потом ты уже не нужна стала, тебя подсадили на кое-что жесткое, что помогает тебя содержать в состоянии овоща. Послушная рабыня, выполняющая все прихоти. На нас тут деньги зарабатывают, если ты еще не догадалась.