— Серый, знаешь, — тихо заговорила девушка, сладко зевнув, — я теперь понимаю, как чувствуют себя слуги, когда господа вот так их гоняют из-за каждой своей прихоти. Вернусь домой, никогда так не буду делать. Ты мне веришь?

— Конечно, верю! — улыбнулся я, осторожно беря ее за маленькую нежную ладошку, вдруг понимая, что делаю это не волчьей лапой, а рукой! Надо же, обернулся и даже этого не заметил. Но и девушка тоже. Что-то сонно пробормотав, она уже почти спала. А я, обнаженный, сидел на полу у ее кровати и впервые держал ее за руку. Так долго держал.

Разбудил меня грохот. Я вскочил, первое мгновение не понимая, где я. Дернулся было метнуться к балконной двери, но пальчики Настены крепко держали мою руку. Я постарался осторожно вытащить свою кисть, не разбудив девушку. Вообще оказалось удивительным, что она не проснулась от шума. Видимо, сказалась сильная усталость.

Освободив свою конечность, я на цыпочках выбежал из спальни принцессы и увидел, как под балконную дверь просачивается белесый туман. Я на несколько мгновений впал в ступор. Что-то не складывалось у меня в голове, не совпадало. Что мог означать подобный туман в моем мире, я примерно представлял, но здесь…

Внезапно меня охватила сильнейшая сонливость, а тело сделалось словно ватным. Колени подогнулись, и я кулем свалился на пол, почему-то даже не почувствовав боли. Балконная дверь распахнулась, и перед моими глазами промелькнули ноги в грубых холщовых штанах и лыковых лаптях. Я дернулся, вспомнив о мирно спящей и ни о чем не подозревающей девушке, но сознание тут же подернулось дымкой, и я отключился.

Глава 36

«Попали, как кур в ощип»

Серый

Едва придя в себя, я мгновенно всё вспомнил и резко дернулся, пытаясь вскочить на ноги. Но не тут-то было! Я оказался крепко связан по рукам и ногам. Огляделся, в комнате было еще темно, но сквозь шторы уже еле розовел клочок неба, намекая на близкий рассвет.

Я прислушался, но, кроме моего дыхания, ничего не услышал.

— Настя! Настена! — мой крик ударил по ушам в заведомо пустом помещении. Я и так уже знал, что, кроме меня, в апартаментах никого нет. Настены нет! И все же на что-то наивно надеялся. Хотя наверняка не пришли бы сюда лихие люди, чтобы только меня связать да спокойно уйти. Оставалось лишь надеяться, что девушка нужна им живой!

Я завозился, пытаясь ослабить узлы на своих путах, но лишь убедился, что меня связали со знанием дела. Снаружи послышался волчий вой, я замер, пытаясь понять, кому он принадлежит. К моему сожалению, когда я находился в человеческом теле, то волчий вой именно так и воспринимал, как человек. Я досадливо рыкнул, мысленно торопя солнце, которое подарит мне освобождение и возможность понять, кто это передает послание, свой или чужой.

Момент смены ипостаси я снова пропустил, лишь почувствовав, что меня ничего не держит. Легко выпутавшись из веревок, я одним прыжком оказался на балконе, свежий утренний ветер дул мне прямо в морду. Я закрыл глаза и попытался проанализировать все запахи, что он нес с собой, надеясь, что смогу уловить направление, в котором увезли мою любимую!

Ветер принес с собой слишком много запахов природы и людей, но один из них я вычленил мгновенно! Я еще раз втянул в себя воздух, в нетерпении пытаясь понять направление, в котором мне нужно искать Настену.

Вой снова повторился.

— Бурый! — да, это был голос старшего волчонка, и он выл для меня, сообщая, что девушку везут в сторону дома ведьмы.

Прикинув расстояние до земли, я решил не рисковать, пытаясь сократить себе путь. Ведь с переломанными лапами я не смогу Настене помочь. Откинув на входной двери крючок, я выскочил из апартаментов и что есть духу понесся по пустынным коридорам, распугивая сонную прислугу, спозаранку начавшую свой очередной трудовой день.

Решив не тратить время на переговоры со стражниками у главных дверей, завернул на половину челяди и чуть не столкнулся с Катариной, выходившей из своей комнаты.

— Эй! Серый! Куда несешься, как оглашенный? Никак сообщить, что согласен быть моим мужем? — чертовка изогнулась в соблазнительной позе и облизала кончиком языка розовые, словно подкрашенные, губы.

— Прости, но нет, — вывалив длинный язык, прохрипел я, — Настену похитили!

— Ааа, Жозефину, которую. Ну, так, может, это и к лучшему?

Я утробно зарычал, не будучи в настроении выслушивать подобное. — Это ведь он? Бухтояр?

— Не знаю. Но, может быть, и он, — обиженно надулась девушка. — И что свет клином сошелся на этой ведьме? Я ведь намного ее красивей! Что в ней такого, чего нет во мне? — Катарина, грозно раздувая ноздри и уперев руки в боки, встала на моем пути, ожидая ответа здесь и сейчас.

— Нам, волкам, внешняя красота не так важна. Мы видим красоту внутреннюю, и лишь ее. Но и ты не безнадежна. И в свое время обязательно встретишь свое счастье. А сейчас пропусти, не доводи до греха!

Видимо, что-то такое увидела девушка в моих глазах, так как, громко сглотнув, поспешно отскочила в сторону и прижалась к стене.

Не теряя больше ни секунды, я пронесся остаток коридора и ужом проскользнул меж ног кухонного работника, как раз открывающего заднюю дверь.

Обежав дворец, оказался на противоположной стороне, там, куда выходил наш балкон. Добежал до конца дворцовой территории, закончившейся высоченным каменным забором. Но разлапистые ветви близрастущих деревьев послужили мне удобными ступенями для его преодоления. Несколько мощных прыжков, и вот я уже на противоположной стороне.

На мгновение отпустив волчьи инстинкты, я вдохнул воздух и, уловив ее, ту самую путеводную ниточку нужного мне аромата, понесся вперед, не разбирая дороги и беря препятствия в виде собачьих будок, заборов и спешащих на базар телег с товарами.

Мужики охали, бабы крестились, собаки, поскуливая, прятались куда могли, и из укрытия вслед крыли меня отборным собачьим матом. Быстрый забег через открытое пространство, и я в лесу.

Почему-то девушку не успели увезти далеко. Я догнал похитителей минут через десять. И, как ни странно, процессия не двигалась вперед, а бестолково топталась на месте, словно наткнувшись на невидимое глазу препятствие.

Узкая песчаная дорога была занята громоздкой кибиткой, а вокруг нее, между деревьями, расположились о чем-то тихо переговаривающиеся всадники. Густой лес, кустарник, кони… Все это не способствовало быстрому пониманию происходившего действа, особенно тому, чего они ждут. Поэтому я, как всегда в последнее время, понадеялся на острое обоняние хищника. Я закрыл глаза и медленно сделал глубокий вдох.

В первое мгновение в нос мне ударил жуткий запах конского пота, затем — человеческого, и вдогонку «аромат» давно не стиранных носков, вернее, в данном мире — портянок. А в довесок, сверху всего этого, мне прилетели ароматы земли, травы, каких-то цветов, малины и… волков!

Прежде чем я успел это осознать, моя шерсть встала дыбом. Так как пахло не моими знакомыми волками, сыновьями Бьянки, а чужаками. Утробный рык родился внутри моего горла. Я оскалил зубы и сделал первый шаг, готовый к сражению.

— Серый! Стой! Куда ты? — справа от меня, как из-под земли, вырос Бурый. Его бока тяжело вздымались, словно он быстро бежал.

— Это ты откуда? Ведь я только что тебя слышал неподалеку. И вообще, что здесь происходит? Я из-за этой ужасной вони совершенно не чувствую Настену! Она точно здесь?

— Здесь! Вон в том доме на колесах лежит связанная. К ней хотела Бэтти пробраться, но там охрана. Мы пока не хотим, чтобы нас обнаружили раньше, чем помощь придет.

— О чем ты? Ты про Кима и Тобби?

— Не-е-ет! Они уже давно здесь! Ну, как давно… Как только стаю добычи лишили, так сюда и примчались.

— Какую стаю? Какой добычи? — на миг мне показалось, что сама земля уходит из-под моих лап.

Настёна