– Добавки? – спросил Григорий, заметив, что я уже расправился с пловом. В то время как сам Григорий и половину не съел.

– Если вас не затруднит, – довольно щурясь, сказал я.

– Это малое, что я могу для вас сделать, – улыбнулся он.

Когда я, тяжело дыша, откинулся на удобном мягком стуле, гостеприимный хозяин предложил чая, за которым я коротко рассказал о стычке в подворотне.

– Были мысли устроить им экзекуцию на месте, но решил повременить, – закончил я свой рассказ.

– Почему? – с интересом спросил он.

– Внучку вашу пожалел, – сказал я, вспомнив, как вложил в Слова «скрытый смысл» в виде меток, по которым позже найду ублюдков. Насильничать они вздумали средь бела дня! Ну, ничего, мне работники на восстановлении замка нужны. Мне там ещё сад в порядок приводить…

– Благодарю ещё раз, – улыбнулся Григорий, и в этот момент к нам вошла Маша.

– Уважаемый Павел, большое вам спасибо. Может, я могу отплатить вам чем-нибудь? Какой-нибудь работой… – обратилась ко мне смущённая девушка.

Её лицо уже не было заплаканным, а одежду она сменила на серенькую блузку и синие штаны в крапинку.

– Я не для этого тебя спасал, – покачал головой я, не злясь на неё. Видно, что она от всей души говорила.

– Ну, может, что-то? Может, есть какое-то дело, ради которого вы приехали в город? – подключился её дед. – Вы не думайте, мы от чистого сердца!

Я несколько мгновений поразмышлял и решил:

– Я приехал в город переодеться и подстричься. А ещё узнать, как маг моего калибра может заработать. Я буквально вчера вышел из комы. Но это не означает, что я сам не решу все эти вопросы.

– Но мы ведь можем помочь? – с затаённой надеждой спросила Маша, уставившись на меня немигающим взглядом.

– Если только сами захотите, – сдался я.

В конце концов, почему нет, если люди оказались хорошими и сами понимают, что на добро нужно отвечать той же монетой, как и в случае со злом.

***

Гнус бежал по улицам, не разбирая дороги. Он уже и не помнил своего настоящего имени, если такое вообще было. Ещё со времён детдома его звали не иначе как «Гнус» за специфический голос и манеру речи.

Выбившись из сил, как недавно его жертва, он перешёл на шаг, опираясь о стену. Тяжело дыша, Гнус подошёл к неприметной тёмной дверце и три раза постучал с интервалом в три секунды.

– Кто? – открылось небольшое смотровое окошко, в котором появилось два злых глаза.

– Конь в манто! – прогнусавил Гнус.

– Хрен в кимоно! – заржали в ответ.

Послышался звук отпираемого замка, и дверь бесшумно отворилась.

– Не телись, – рявкнул на него здоровенный детина с густой рыжей бородой и лысой, как коленка, башкой.

На это Гнус ничего не ответил и устало зашагал по тёмному лабиринту коридоров. Цокольный этаж здания на отшибе был полностью оккупирован городской мафией, в которой состоял Гнус.

Он проходил мимо различных дверей, за которыми творились разные нелегальные дела, начиная от безобидного подпольного казино, заканчивая такими, от которых кровь стыла в жилах.

На пути ему встретилось несколько знакомых, с которыми он коротко поздоровался, и одна из ночных бабочек Мамы Розы. С последней Гнус немного поболтал, слегка облапав, но, вспомнив причину своего прихода, поспешил к боссу.

Подходя к покрытой алым бархатом двери, он несколько мгновений мялся, не решаясь постучать. Когда Гнус всё-таки набрался смелости и занёс руку, дверь резко распахнулась, а из кабинета донёсся знакомый до дрожи в коленках голос:

– Входи уже!

Гнус шумно сглотнул. Не любил он эти фокусы и всю эту жульническую магию-шмагию.

Кабинет главаря городской мафии был исполнен в светлых тонах металла и стекла, а ещё здесь было стерильно чисто и не было запаха, вообще. Босс ненавидел грязь в любых её проявлениях, отчего редко лично обходил свои угодья, предпочитая наблюдать за всеми из многочисленных камер видеонаблюдения.

– Босс, – вошёл Гнус и поклонился.

– Рассказывай, с чем пришёл, – без лишних слов потребовал глава мафии.

Гнус оглядел пустой кабинет и вздрогнул от раздавшегося отовсюду голоса. Он никогда не видел вживую босса и всегда лишь разговаривал так, стоя на пороге пустой комнаты. Это откровенно пугало и заставляло торопиться в докладах. Поэтому Гнус опустил глаза на чистую гладкую поверхность светлого пола и затараторил:

– Как вы и приказывали, мы с Орангутангом наехали на Акиньшина, который лавку в городе магическую держит. А он в отказ. Ну, мы его внучку подкараулили да хотели приголубить, чтобы дед стал сговорчивее.

– Что значит «приголубить»? – громом среди ясного неба прогремел голос босса.

Гнус резко побледнел и невольно попятился.

– Это… ну… – проблеял он. – Напугать хотели.

Все знали нелюбовь босса к насильникам, а потому Гнус тут же прикусил язык, костеря себя последними словами.

– И как?

– И тут появился старикан! – с облегчением от смены темы заторопился Гнус. – Он, короче, из одарённых, и нас с Орангутангом приложил так, что мы чуть не сдохли.

– И где он сейчас?

– Ну, в переулке я его в последний раз видел. Наверное, его уже порешили. Он же тупой как пробка, – пожал плечами бандит.

Несколько мгновений глава мафии молчал, а затем притворно спокойно спросил:

– Где одарённый?

– А, – озадаченно почесал затылок Гнус. – Я без понятия, босс.

– А почему ты без понятия? – угрожающе спокойно уточнил глава мафии.

– Э-э-э-э-э-э… – только и смог выдавить из себя Гнус, виновато потупив взгляд.

Ещё несколько секунд босс молчал, а затем заговорил:

– Проследи за артефактором и, если заметишь одарённого, доложишь.

– Арте… кто? – нахмурился Гнус и даже поднял глаза, уставившись на пустой стеклянный стол посреди кабинета.

Ещё секунда молчания, и нарочито спокойный голос главы мафии произнёс:

– За Акиньшиным проследи.

– А-а-а-а-а! – протянул Гнус.

– А теперь – вон! – рявкнул босс так, что казалось, даже стены задрожали.

В следующий миг Гнус сделал то, что у него получалось лучше всего в жизни – сбежал.

После чего дверь за ним резко захлопнулась, а пространство у стола задрожало. Несколько мгновений, и в кабинете появился устало массирующий виски средних лет мужчина.

– Какой же идиот! – пробормотал он. – Придушил бы голыми руками, но кто тогда будет работать? Как же всё это мне осточертело!

***

Я критически осматривал свой внешний вид и не мог понять своё отношение. Вроде как сам хотел что-то эдакое, современное и необычное, но это уже, казалось, чем-то за гранью.

Чёрная кожаная куртка с венценосным двуглавым орлом на спине, заплетённая в косу борода, невероятно удобные тёмные штаны и солнцезащитные очки с повязкой на голове того же цвета. И ботинки! Высокие, крепкие, из хорошей кожи.

Всё это было куплено на деньги, забранные у насильника. К удивлению, сумма оказалась не маленькая, как раз хватило на то, чтобы выглядеть теперь так, как я выгляжу.

– Осталось купить мотоцикл! – восторженно произнесла Маша и захлопала в ладоши. – И образ будет завершён!

– Что за мотоцикл? – поинтересовался я, продолжая разглядывать себя в ростовом зеркале.

Я уже побывал в парильне, которую Маша назвала баней, и у цирюльника, что подровнял мои волосы и сотворил такое с бородой. И не то чтобы я не был доволен, мне всегда нравилось выделяться среди серой массы, но не перебор ли? Хотя… какая разница? Главное, что вещи удобные! И борода не сбрита на корню. Пусть.

– Это такой железный конь. Вместо копыт у него два колеса и руль, – не смутившись, объяснила мне она.

– Ну это попозже, – ответил я, отходя от зеркала.

– А теперь домой, дедушка нас уже заждался!

На это я кивнул и со вздохом вышел на улицу. Солнце уже клонилось к горизонту, но бесконечный поток людей и машин не ослабевал, более того, кажется, народу вокруг стало больше.

– Маша, почему людей на улице прибавилось? – нахмурившись, спросил я.