Кибер позади меня переминался с ноги на ногу, словно ему не терпелось выйти наружу.

Я проверил всё, согласно инструкции по безопасности, и только тогда открыл люк.

Меня тут же поглотил густой туман. В нём, казалось, не должно быть ничего видно, но это не так. Видимость была, хоть и слабовата. А вот звуки тонули и вязли. Иногда даже казалось, что растягивались. Физики объясняли мне этот эффект, но я не слишком старался запомнить.

[Тропинка справа, двадцать метров. Направление на болота: юг — юг — юго-восток. Предположительное время в пути: 20 минут]

Имплант работал отлично. В тумане легко потерять направления. Хоть вокруг базы и расставлены сигнальные вешки, и натоптаны тропки, но подсказки импланта сильно помогали.

Я развернулся в указанном направлении и пошёл быстрым шагом. Следом семенил кибер. Сквозь углеволокно шлема я слышал его приглушённые шаги. Аппаратура усиливала звуки для лучшей ориентации на местности. И если возникнет опасность, я смогу быстрее среагировать.

Густое молоко обтекало завёрнутое в тонкий комбинезон тело. Одежда, специально разработанная для выхода наружу — удобная и практичная.

Я словно плыл в тумане. Иногда казалось, что он живёт своей жизнью. Порой, будто тонкие ложноножки тянулись из мути и касались инородных для себя предметов: то моего шлема, то плеча кибера. Так происходило всегда, так что я привык. Кибер — тем более. Ему вообще на этот туман было плевать с высокой колокольни.

Через пятнадцать минут добрались до начала болот. Я понял это по характерному хлюпанью и чавканью травяных кочек под твёрдой поступью кибера. Он шёл, не особо разбирая дороги.

Тут надо было быть осторожней. Нет, никаких чудовищ здесь не водилось. Но время от времени попадались просветы желтоватой воды — открытые участки болота. Небольшие и неглубокие, но промокнуть мне не хотелось.

Первый кристалл я нашёл буквально через пару минут, как обошёл очередную водную проплешину. Небольшой, тонкий. Какой-то кривой. Но так всегда было вдалеке от Стены. Дальше пойдут лучше.

Я всё равно остановился и спилил его.

Резак выдал фиолетовый луч высокой интенсивности. Но даже при этом успел нагреться, пока я срезал трофей.

Кибер быстро открыл крышку криобокса и тут же захлопнул её, едва я уложил внутрь кристалл. Вот так! Первый есть!

Таскать криобокс самому было несподручно. Тяжёлый он зараза. А без него никак. Поэтому и брали в напарники киберов. И я — химик, и ботаники, которые изучали местные растения, и геологи. Но последние — просто для переноски тяжестей. Ботаникам же, крио нужен был для тех же целей, что и мне. Растения, срезанные с корня, утрачивали свойства и превращались в раскисшую гнилую массу раньше, чем их успевали донести до Базы. Это если без криобокса.

Лоскут тумана, стелящийся над водой, не смог скрыть от меня лёгкое движение.

Я присмотрелся — ничего. Может рыба какая? Не знаю, водятся ли они здесь. Но в любом случае что-то крупное бы в крохотной лужице не поместилось, а с размерами до собаки справится кибер. А если подключусь я со своим резаком, то думаю с кем-то моей комплекции, совладаем. Так что я не особо беспокоился. Тем более что как показала практика, организмы, переходящие из своей родной среды в другую, быстро теряли способность жить. Да и крупных, злых тварей в Седьмом Круге не было.

Зато в других Кругах их видели и немало. С орбиты мельче коровы ничего не различить, но это и не требовалось. Крупных и злобных тварей внизу был целый зоопарк.

Я некоторое время наблюдал за водой, пока кибер за моей спиной снова не принялся переминаться с ноги на ногу. Не терпится ему, видите ли. Ну и ладно. Идём дальше.

Я заметил кристалл издалека. Он рос у самой кромки воды. Зато был гораздо больше и ярче того, что я собрал вначале.

Присев рядом, я достал резак и тут увидел, как на меня кто-то смотрит из-под воды.

Я буквально почувствовал взгляд и тут же подскочил.

Уже метров с двух удалось разглядеть, кто это был.

Туман, словно по мановению руки, расступился над водной гладью, и я заметил острый, скользнувший по поверхности кончик хвоста.

Чёрт! Дикая болотная русалка!

Пугаться смыслы не имело. Русалки, как и другие водные твари, «пересыхали» на воздухе за считаные секунды. Вряд ли она самоубийца и станет нападать на кого-то, кто больше её по размерам. Эта оказалась ещё и мелковата.

Тварь смотрела на меня из-под воды, не мигая, словно изучая, я тоже рассматривал её. Никогда не видел их в дикой природе.

Обидно, что кристалл был прямо рядом с тем местом, где под крутым бережком пряталась тварь. Я, конечно, не пугливый, но бережёного Бог бережёт. На фиг, связываться? Найду другой.

Я вздохнул, развернулся… и тут же мир перед глазами взорвался.

Не успев сообразить, что случилось, я ощутил, как валюсь на спину. А там… там полметра суши, и вода!

Я взмахнул руками, отдавая приказ киберу через имплант, подхватить меня, не дать упасть.

Но вместо этого увидел, как долбаная железка заносила руку для второго удара.

БАЦ!

Мокро и холодно. Ну ещё бы, я угодил в болото. Но почему перед глазами темно?

Я попробовал пошевелиться.

Голова разламывалась, звенела, будто я вчера выпил ящик дерьмового пива и не удосужился принять аспирин перед сном.

Каждое движение отдавало вспышкой боли где-то в затылке.

— Очнулся?

Что за хрень? Кто говорит?

Я постарался разлепить глаза. Муть.

Странно, но вместе с мутью я ощутил запахи. Пахло прокисшей едой и грязной, потной одеждой. Звон чуть стих, угас до занудного жужжания, но едва я попытался приподняться, снова заверещал сигналкой в полную силу.

— Давай, поднимайся, неподъёмный. Не хватало ещё в поле опоздать. И так позором позоришь меня лютым, так хоть на работу не забивай.

Тёмный силуэт перед глазами обрёл объём.

Парень. Не крупный, но подтянутый. В длинных штанах, но без рубахи. Сероватая кожа. Или это из-за света? По всей спине какая-то сыпь. Или… Я чуть сощурился, присмотрелся. Будто крохотные тёмные звёздочки рассыпаны по коже.

— Вставай, говорю, Ган. Тебе-то плевать, хоть брата родного пожалей. Мне и так вчера от старосты досталось. Зачем с дурнями этими связался? Сам дурак, там ещё дурнее станешь.

— Я сейчас.

Говорить оказалось тяжело. Словно чужой язык во рту ворочался. И вдруг…

Яркие вспышки в голове.

Какие-то ржущие бугаи, болото, грязные лавки, вонючи настой в кружке, кибер, отвратительная еда и выпивка в глиняной посуде, русалка. Что за набор? В голове каша какая-то.

— Поторопись!

Геб.

Имя всплыло в голове вместе с чужими обрывками мыслей.

— Геб, — я постарался произносить невнятно, чтобы мог отмазаться, если что, но гортань привычно выдала имя сама собой. А вот дальше «автомат» не вёл. — Уже встаю.

Я повернулся набок и едва не упал.

Узкая лавка, на которой я лежал, стояла рядом с деревянным столом: мощные ножки и изрезанная ножом крышка. Он-то и не дал мне свалиться.

Спустив ноги на неровный пол, я с удивлением понял, что он тоже из дерева. Я сел. Осмотрелся.

— Что головой вертишь? Не притворяйся, что притворился, будто ничего не помнишь. Давай, выметайся. Мне на службу пора.

— Ты иди, я сам.

— Ага. Знаем мы такого сАма самостоятельного. Вернусь вечером, а ты дрыхнешь? Нет уж! Я старосте обещал, что ты сегодня на работу работать выйдешь. Иначе… иначе.

Он запнулся, словно не зная, как продолжить.

— Что иначе?

— Да ты совсем долбанулся! — вдруг заорал Геб. — Ничего не понимаешь? Да? По-настоящему знать не знаешь⁈

Я только сидел и моргал.

— Ещё один проступок учудишь… — зашипел Геб, — староста тебя из деревни выгонит. Даже я не смогу больше тебя прикрывать! Понимаешь, ты?

Понятно было одно — я не на Базе. И не в болоте. И тут вдруг до меня дошло. Русалка! Мать твою, да она меня поцеловала!