Я вздрагиваю.

– Не говори так.

– Это я во всем виноват. Я поставил нас в такое положение. Я должен был найти способ. Должен был… – Он сглатывает. – Я стольким тебе обязан. Ты… ты научила меня любви и дружбе. Настоящим. До встречи с тобой я не знал, что это такое. Спасибо тебе за… – Он смотрит на потолок пещеры, изучая свисающие с него многочисленные сталактиты. А может, и не изучая. Может быть, вместо этого у него перед глазами проносится наша история. Хорошие моменты и плохие, радостные и болезненные. – Ты будешь потрясающей королевой. Для меня большая честь сыграть роль в твоем становлении. И я прошу у тебя прощения. – Он тяжело сглатывает и крепко зажмуривается. – Прости меня за все секреты, которые я хранил, и за всю боль, которую я тебе причинил. Ты заслуживала лучшего.

Мое сердце сжимается. Потому что я чувствую его. Я чувствую, что он говорит искренне. Он очень сильно хочет, чтобы я поняла его слова, и отчаянно хочет, чтобы я поверила в его любовь.

– Себастьян, все в порядке. Я хочу это сделать.

Я делаю шаг к реке, и он идет за мной.

– Они будут видеть во мне ее, – говорит он. – Неблагие будут видеть во мне королеву Арью. Они тоже заслуживают лучшего.

– Мы докажем, что ты будешь достойным правителем, – обещаю я. Мой живот скручивает от горя, которое я чувствую через наши узы.

Он так крепко сжимает мою руку, что мне было бы больно, если бы я не отвлекалась на исходящие от него волны эмоций. Он протягивает руку, проводит кончиками пальцев по моей шее и вытягивает из-под моего платья зеленый камень огня.

– А я думал, ты его уничтожишь.

Я изо всех сил пытаюсь уловить его переменчивое настроение, но могу лишь покачать головой. Странно, что не уничтожила его в те первые дни, когда мой гнев, казалось, мог спалить меня живьем.

– Каким-то образом я знала, что он мне нужен. Он увеличивает мою силу, да?

Он шумно выдыхает.

– Увеличивал бы, если бы это был камень огня. Но это не так. Просто ты очень сильная. – Он нежно улыбается мне. – Потомки Мэб всегда были сильнее потомков Глорианы. Это сводило мою мать с ума. Вот почему она была так одержима коллекционированием камней огня и кражей силы Неблагих.

– Если это не камень огня, то что?

– Нечто другое. – Одним резким движением он срывает ожерелье с моей шеи и внимательно изучает лежащий у него на ладони камень. – Моя мать посвятила свою жизнь поиску камней огня, но, пытаясь найти как можно больше этих камней, ее слуги обнаружили в недрах этих гор другой элемент. Что-то, что встречается намного реже камней огня… Когда Мэб умерла в Гоблинских горах, боги признали, что это несправедливо, и стали оплакивать смерть любящей матери в этом жестоком мире. Они вернули ее к жизни и дали ей выбор: магия и бессмертие или смертная жизнь, но собственный двор.

– И она обманом заставила их дать ей и то и другое, – говорю я. – Финн и Кейн рассказали мне эту историю. Какое отношение все это имеет к камню огня?

Себастьян отрывает взгляд от минерала в своей руке.

– Это не камень огня. Это камень крови.

Я качаю головой:

– Мэб уничтожила камни крови.

– Мэб была хитрой, но боги были хитрее. Они спрятали оставшиеся камни крови глубоко в недрах гор, там, где она не смогла бы их найти. Моя мать не верила, что боги позволили Мэб уничтожить их все, и в течение многих лет заставляла своих пленников-Неблагих искать священные камни. Я забрал этот камень и спрятал его до того, как она узнала, что им удалось его найти.

– Что ты пытаешься сказать?

Он стискивает камень в руках и трижды повторяет заклинание. Когда он открывает ладони, вместо камня в них какая-то жидкость. На вид она похожа на ртуть, а по цвету напоминает серо-голубые штормовые волны.

– Я пытаюсь сказать тебе, что все это время ты могла снова стать смертной и передать корону. Даже сейчас ты можешь испить священную воду камня крови и снова стать человеком. Но если ты это сделаешь, пути назад уже не будет. Ты никогда не сможешь снова стать фейри.

Всего несколько недель назад я хотела только одного: снова стать человеком. Передать эту силу и иметь возможность жить в Элоре вместе с Джас. Но теперь…

– Почему ты не сказал мне об этом раньше? – спрашиваю я. – В ту первую ночь, когда я пришла к тебе и попросила тебя уничтожить лагеря твоей матери?

– Потому что я эгоистичный ублюдок, которому ты нужна больше, чем твоя сила. – Он с трудом сглатывает. – Ты жалеешь об этом?

Я могла бы воспользоваться этим камнем, если бы знала.

– Я рада, что ты не сказал мне. У меня есть здесь дела. Я нужна этому двору и… – Мне мало смертной жизни, чтобы любить Финна, и нужна эта сила, чтобы помочь этому двору.

– Я знаю, – шепчет Себастьян и берет меня за руку. Прежде чем я понимаю, что он собирается сделать, он использует мою руку, чтобы поднести свою сложенную чашечкой ладонь к губам. Неожиданно появляется вспышка яркого света, и меня накрывает волной бушующей силы. А потом я чувствую это – как сила, магия и жизнь текут по моим венам. Моя спина выгибается дугой от пульсации силы двора в моей крови.

Себастьян теряет равновесие, и я падаю на колени вслед за ним.

– Баш? Что ты сделал?

Финн вбегает в пещеру и опускается на колени рядом со мной.

– В чем дело? Что произошло?

Себастьян не двигается, и мы в ужасе смотрим на него сверху вниз. У меня по щекам льются горькие слезы.

– Давай, Баш. Все не должно закончиться так.

Меня охватывает страх, но я закрываю глаза и выдыхаю, освобождая место для надежды. Я не поверю, что в этом мире – мире магии – для него все кончено.

Финн ахает.

– Корона, – с благоговением говорит он.

Я поворачиваюсь к реке и смотрю на свое отражение в воде. На моей голове сверкает Корона звёздного света. И мой шрам – символ короны, моего солнца и луны – вернулся на мое запястье.

«Что же ты сделал, Себастьян?»

– Жертва, – шепчет Себастьян, съеживаясь и перекатываясь на бок. – Ты сказала, что хорошими королей делают их жертвы. А я всегда хотел быть великим королем.

Облегчение приходит так внезапно, что я чувствую себя невесомой. Смех срывается с моих губ.

– С тобой все в порядке.

– Он… смертный, – говорит Финн, качая головой. – Как?..

– Камни крови, – шепчу я. – Арья искала их, но когда ее заключенные нашли один из них, Себастьян украл его прежде, чем она смогла добраться до него.

– Мы думали, что их нет. – Финн делает долгий, прерывистый вдох. – Где корона Арьи?

– Она все еще у меня, – стонет Себастьян. Он закашливается. – Больно ужасно.

Да? Я не почувствовала…

Я опускаю платье, чтобы посмотреть татуировку, символизирующую узы с Себастьяном, но она исчезла.

– Узы?..

– Они пережили конец твоей смертной жизни благодаря магии, которую ты получила, став бессмертной, но не смогли пережить конец моей бессмертной жизни, – говорит Себастьян, садясь на корточки.

Он смертный.

– Как ты будешь править двором фейри? – спрашиваю я его, качая головой. – Ты будешь таким уязвимым.

– Мы никому не скажем, – говорит Финн. – Джулиана может зачаровать его, чтобы он выглядел как фейри, пока он не найдет Жрицу, которой доверяет. Со всем остальным будем разбираться по ходу дела. – Финн крепко прижимает меня к себе, но всё ещё смотрит на Себастьяна. – Спасибо тебе, брат. Я этого не забуду.

Я начинаю одновременно смеяться и плакать – радость и горе переполняют меня в равной мере. Мэб не говорила, что Себастьян должен умереть. Она сказала, что он должен отказаться от своей жизни, и он это сделал – отказался от своей бессмертной жизни на благо королевства.

Но в глубине души я знаю, что он сделал это ради меня.

– Я прощаю тебе твою ложь, Ронан Себастьян. Ты стал тем лидером, который нужен этому королевству.

Я не помню, как мы возвращались во Дворец Полуночи. Все держались рядом, оберегая меня, оберегая эту корону. Все было как в тумане, пока внезапно я не оказалась в тронном зале, окруженная моими самыми дорогими друзьями. Меня ждал Трон Теней. А в центре тронного зала стояла моя сестра.