— Их слои мышц, связок и мембран образуют две розовые складки, похожие на губы. Выглядят они удивительно похоже на влагалище.

— Зачем ты мне это говоришь?

— Просто разговариваем, — рыкнул он. — О чём-то, что не связано с моей «плохой» личностью.

— Тейт… ты пытаешься… завести со мной светскую беседу? — я моргнула. И впервые за несколько недель во мне зашевелился смешок.

Его глаза резко поднялись от контракта. Он выглядел откровенно брезгливо.

— Я не пытаюсь, я успешно это делаю. И это ужасно скучно. Почему людям это нравится?

— Это укрепляет социальные связи, — я прикусила губу, сдерживая улыбку. — Это человеческий эквивалент взаимного вылизывания.

— Может, сразу вылижем друг другу гениталии? — он поднял бровь. — Кошки и собаки придумали лучший способ для общения.

Я закатила глаза и покачала головой.

— Зачем я здесь, Тейт?

Его взгляд скользнул к моей нижней губе, и моё сердце подпрыгнуло. Это был не первый раз, когда он так задерживал взгляд. Но первый — после того, как шантажом заставил меня согласиться на брак.

— Мы здесь для деловой встречи. Отлично, вижу, твой блокнот открыт. Веди протокол.

Я знала Тейта пугающе хорошо. Знала, что ему нравится (пунктуальность, порядок, аккуратность, логика, распорядок) и что сводит его с ума (глупость, невнимание к деталям, небрежность).

— Что в повестке дня? — я сняла колпачок с ручки.

— Мы.

Я отложила ручку. Не хотелось говорить о нас. Честно говоря, я бы предпочла, чтобы нас вообще не было.

— Если это из-за моей работы…

— Ты уже бросила своего парня? — Он моментально стал деловым.

Пульс участился. — Нет, но… —

— Значит, сделаем это вместе. Наш первый опыт сближения как пары. Как захватывающе. — Он потер руки и вытащил телефон из кармана.

Остатки моего самообладания растворились, и я вырвалась из кресла, вскочив на ноги.

— Даже не смей звонить Эшу…

В уши ворвался знакомый звук британской линии — два гудка за раз. Тейт включил громкую связь, откинувшись и закинув ноги в ботинках на стол в переговорной.

Откуда у него вообще номер Эшли?

Глубокий, бархатный голос моего парня наполнил комнату:

— Алло?

Меня скрутило от тошноты. Я не была влюблена в Эшли. У нас просто не было на это времени — мы всегда были на разных континентах. Я знала, что и он меня не любил. Наши отношения угасали ещё с моего дня рождения. Он говорил, что я слишком занята, чтобы нянчиться со своим боссом. Но я собиралась в эти выходные прилететь в Лондон и спокойно поговорить с ним, чтобы расстаться по-человечески.

— Эшли? — Тейт перекатывал в пальцах свои карманные часы, как монету. — Это Тэйтум Блэкторн, босс Джии. У неё есть, что тебе сказать.

Я отказалась его унижать. Проигрывать в очередной игре Тейта. Решила импровизировать.

— Эшли, — я прочистила горло, смягчив голос. — Прости за такую внезапность, но, боюсь, ты был прав. Может, нам и правда не стоит встречаться.

Он никогда такого не говорил, но я хотела, чтобы у него осталось ощущение победы. Желудок скручивало. Единственное, что сдерживало меня от рвоты, — знание, что извращённый ублюдок рядом, скорее всего, добавил бы её в свой кофе как сливки.

Лицо Тейта озарилось удовлетворением.

— Когда это я такое говорил? — Эшли явно пытался собраться с мыслями. — И, кстати, я удивлён и сбит с толку, что ты расстаёшься со мной по телефону, да ещё и в присутствии босса.

— Ты прав. Ты заслуживаешь куда большего. Но, к сожалению, причина, по которой мне нужно всё закончить, в том, что я буду недоступна несколько месяцев. Видишь ли, мистер Блэкторн страдает от затяжного приступа необъяснимой и весьма бурной диареи. Это продолжается уже давно. Мы собираемся отправить его в клинику Мэйо в Миннесоте, чтобы найти решение этой… хм… неудобной проблемы.

Самодовольная ухмылка Тейта исчезла быстрее, чем бесплатный санитайзер на съезде гермофобов. Я знала, что Эшли, как истинный английский джентльмен, сдерживает смешок. И знала, что выжала максимум лимонада из своей лимонной ситуации.

— Звучит ужасно, — пробормотал мой теперь уже бывший парень.

— Это было тяжёлое время и для него, и для окружающих, как ты понимаешь, — я тяжело вздохнула. — Он всегда был взрывным, но теперь это стало слишком буквально.

Тейт сверлил меня взглядом, явно обдумывая моё медленное и мучительное убийство, пока Эшли тихо посмеивался.

— Я перевезла маму в Америку, чтобы она была рядом, пока мы пытаемся исправить его… эээ… состояние. Врачи думают, что это просто его раздражительный характер бьёт по кишечнику.

Эшли больше не смог сдержаться. Он рассмеялся в полный голос.

— О, Джиа, во что же ты вляпалась с этой работой?

— Знаю, — я грустно улыбнулась. — Прости за поспешность. Ты действительно хороший парень. Если бы обстоятельства были другими… — Я замолчала.

— Да, понимаю. Желаю тебе всего наилучшего, — сказал он тепло. — И если ты когда-нибудь уволишься и вернёшься к нормальной жизни… —

— Тогда она всё равно тебе не позвонит, — рявкнул Тейт. — Ты проиграл диарее, приятель. Смирись. — Он сбросил звонок и одарил меня гневным взглядом. — И это всё, что ты смогла придумать?

Я пожала плечами, ангельски улыбнувшись:

— Я изобретательная, а не креативная.

Он провёл языком по передним зубам.

— Переходим к следующему пункту нашей повестки. Как я уже сказал, ты больше не можешь работать напрямую подо мной. Это плохо выглядит.

— С каких это пор тебе есть дело до чужого мнения? — фыркнула я.

— С тех пор, как мои юристы сказали, что это может обернуться юридическими проблемами. — Он переплёл пальцы. — Это не обсуждается. Ты уходишь.

— Ты не можешь меня уволить. Мы же договорились, что я смогу сохранить свою…

— «Уволить» — слишком громкое слово. Я называю это «переводом». — Он поднял ладонь, останавливая поток моих панических слов. — Я перевожу тебя в отдел кадров. Он принадлежит дочерней компании.

— В отдел кадров? — Я нахмурилась. — Я ничего не знаю об этой работе.

— Опыт тебе не понадобится для того, что я тебе поручаю.

— И что же?

— Увольнять сотрудников, которых я сочту неподходящими.

— Ты хочешь, чтобы я увольняла людей?! — голос у меня взвился. Я и не помнила, когда в последний раз такое было. Обычно я гордилась своим спокойствием. Но оно уже покинуло не только здание. И город. И, если честно, планету.

— Да, — сухо ответил Тейт.