Я замолчала. Мне правда было даже страшно думать об этом, что было бы, не подоспей он вовремя, что произошло бы со мной.

Красивые глаза Ратмира смотрели на меня с усмешкой.

– Алисхан Вахидович, говоришь? Очень интересно! Кстати, хотел спросить, как он случайно оказался в том месте? Ты живёшь в деревне, прости, конечно, и что такому богатому человеку с положением делать там? Может, я просто не всё знаю? Что он там такого почувствовал? Странные вещи, не правда ли?

Я молчала. Хотелось сказать, что я думаю, ему в лицо, но не стала. Он меня ещё в чём-то подозревает, прекрасно.

– Ты меня обвиняешь в чём-то?

– Нет! – Ратмир, закинув ногу на ногу, смотрел мне в глаза. – Ни в коем случае! Просто пытаюсь понять, что произошло! Как это Алисхан Вахидович – и поехал за тобой? Ты что, особенная?

Кровь прилила к моим щекам. Ратмир прекрасно знал, что я девственница, и родители его это знали, по их законам он не имел права взять в жёны не девственницу, мало того что я была не его веры, так ещё и не девственница – они бы не дали согласие на этот брак. Мы терпели до свадьбы и мечтали, как всё сказочно и красиво будет у нас. Как счастливы мы будем. Ратмир уже начал строить дом, я была официальная невеста, хоть и не нравилась его отцу, и тут такое. От любимого человека. Едва сдерживая слёзы, я встала с кровати, превозмогая боль и тошноту. Было плохо, но, уверенно держась, я подошла и ударила его по щеке. Ратмир вскочил, его красивые и такие родные глаза пылали гневом.

– Как ты смеешь? Кто ты такая?

– Я твоя невеста! – холодно произнесла я. – Если ты не забыл, конечно!

Он усмехнулся.

– Прав был папа, ты не достойна меня!

Развернувшись, он так быстро вышел, что я растерялась. Медленно опустилась на кровать, думая, что мне делать дальше. Я понимала, что нападение – это лучшая защита, и то, что Алисхан Вахидович поехал за мной, – это выглядит странно для любого нормального человека, но я правда не знала зачем и почему. Я вообще уже ничего не знала и не понимала.

Мне было так неприятно, как будто я в луже искупалась. Легла на кровать и обняла подушку. Слёзы потекли по моим щекам, я не могла их остановить. Больно, мне было очень больно…

****

Прошло несколько дней, Ратмир ни разу не объявился. Я позвонила пару раз и, услышав равнодушное «Абонент временно недоступен», перестала звонить. Боль съедала меня, впервые я не знала, что мне предпринять, как быть. Кроме Ратмира и мамы у меня никого не было, и как жить дальше без Ратмира, я не знала.

Алисхан Вахидович звонил каждый день, а с каждым его звонком мне хотелось кричать, этот человек испортил мне отношения с любимым мужчиной, моим женихом, будущим мужем, но я прекрасно осознавала, что он спас мне жизнь, и кричать было бессмысленно. В день выписки он зашёл ко мне в палату с роскошным букетом лилий. Их очень любила моя мама, её любимые цветы. Его взгляд тут же упал на тумбочку, где стояли розы Ратмира.

– Как ты себя чувствуешь, Тина? Твоя мама внизу, ждёт нас!

Я вздрогнула. Мама… Я так по ней соскучилась.

– Спасибо, мне лучше!

Алисхан Вахидович продолжал смотреть на розы.

– Ратмир приходил? Он приедет? Если что, я могу дождаться его и уеду! Или он не сможет тебя забрать?

Мой подбородок предательски дрожал, руки тоже, я едва сдерживала себя.

– Ратмир не приедет!

Внезапно дверь палаты резко распахнулась, и в неё, шатаясь и едва стоя на ногах, зашёл Ратмир.

– Отчего же? Я тут! – пьяно ухмыльнулся он и, зло посмотрев на Алисхана Вахидовича, сжал руки в кулаки.

Я, сделав шаг назад, прислонилась к стене и схватилась за подоконник. Господи, вот это поворот. Только не это. Нет.

– Какие люди, вы, Алисхан Вахидович, а мама твоя внизу! Слушай, а брат не приехал? Андрей вроде! Мама же у тебя голубых кровей, или больше из-за твоего отца с вами не знаются?

Я покраснела. Мои руки сжались в кулаки. Да что же он за подонок, что… Я ведь всю семейную историю ему рассказывала, про маму…

– Ратмир, перестань, пожалуйста!

– А вы, Алисхан Вахидович, с цветами, а я без! Представляете?

Ратмир, распространяя ужасный запах перегара, подошёл ко мне. Алисхан Вахидович, хотя ему больше шло Алисхан, встал между нами.

– Ратмир, у тебя невеста сегодня выписывается, я вчера-сегодня звонил!

– Я пил! С Сюзанной!

Его слова неприятно задели меня. Прекрасно. С Сюзанной. Спасибо. Зато правда.

– Ратмир, это не то место и не то время выяснять отношения, давайте выйдем на улицу, и вы поговорите, хотя сейчас Тина очень слаба, и я бы советовал…

– А мне плевать, что ты советовал! – заорал Ратмир так, что я растерялась. – А ты бесстыжая! Вот ты кто!

От незаслуженных обвинений я стояла молча. В горле стоял ком, но держалась, да и что я скажу…

– Извинись! Немедленно извинись перед Тиной!

Голос Алисхана дрожал. Руки сжались в кулаки. Ещё секунда, и мне казалось, что он его ударит, а может, мне так не казалось…

– Перед кем? Перед вашей бестыжей?

Глаза Алисхана налились кровью, и он бросился на Ратмира. Я, вскрикнув, принялась жать на тревожную кнопку, это был единственный разумный выход.

****

После драки наши отношения с Ратмиром ухудшились ещё сильнее. Ратмир везде заблокировал меня, а я не могла не признаться, что страдала, но сколько гадостей я выслушала от него в свой адрес и адрес мамы – это не прощалось. Мы с Ратмиром были очень давно, он знал всю историю, и про мамину сестру я рассказала, и про то, как папа пил в своё время, а Ратмир меня этим тыкнул, ещё и всё перевернул.

Родилась я в семье небогатой, но очень дружной. Мама с папой были счастливы и очень ждали моего появления на свет, и вроде всё было бы отлично, но по истечении восьми лет всё изменилось.

Папа сильно заболел, у папы рухнул бизнес, и он начал пить, чем ещё сильнее подрывал своё здоровье.

Мама мужественно терпела все его выходки и пыталась поддержать его, как могла. Ведь кроме него и нас у неё никого не было. Родители – мои бабушка с дедушкой – выгнали её из дома, так как были против моего отца. А папа вырос в детдоме, поддержки ему ждать было неоткуда. Гордость не позволила маме обратиться за помощью к родителям, и она медленно наблюдала за тем, как её любимый человек превращается в опустившегося алкаша и подрывает здоровье, которого и так не было, а алкоголь подкосил лишь сильнее.

Но длилось это недолго, однажды отец в пьяном угаре избил маму, и она ушла от него. Ушла со мной. Ничего не остановило её. Даже его болезнь.

Работая на нескольких работах, мама ушла в никуда. Жить приходилось очень тяжело, хотя, как говорится, не гневя Бога, жалуясь на жизнь, ведь дальше может стать ещё хуже. Отец интересовался нами, как мы живём, так продолжалось семь лет, пока однажды не случилось то, с чего и начинается моя история. Помогал. Просил прощения, чего только он не делал, но итог был один, папа и мама поняли всё, но папе оставались совсем считанные дни. Мама как-то вернулась с работы – работала она продавцом в продуктовом магазине, а вечером мыла подъезды, чтобы как-то оплачивать наше существование и оплату съёмного жилья, – совсем без настроения. Я понимала, что ей очень тяжело. На тот момент у меня уже был Ратмир, но его семья меня не любила и не скрывала это, у папы не было бизнеса, у нас больше не было ничего.

– Что случилось? – кинулась я к ней, забирая пакеты из рук.

– Всё хорошо, доченька, – улыбнулась она своей красивой улыбкой, а красавицей она была редкой. Высокая, светловолосая, стройная, многие мужчины пытались добиться её расположения, но то ли воспитание, то ли неутихшая до сих пор любовь к отцу отворачивала её от всего мужского пола.

– Ну я же вижу, мам, – строго сказала я.

– Всё хорошо! – мама прошла на кухню и уселась на стул. – Как дела в универе?

– Мама, всё хорошо у нас, не отходи от темы! – сказала я, разбирая пакет.

– Прости меня, Тина! – неожиданно заплакала мама, утирая глаза рукой.