Пришел в себя он сидящим на земле. Руки обхватывали ляжки под коленями, указательные пальцы были скованы металлическими зажимами. Мише несколько раз приходилось иметь дело с этими «детками» наручников – при малейшей попытке освободиться они затягивались, пальцы лишались притока крови и все, пишите письма. Ноги были стянуты пластмассовой полосой. На губах лейкопластырь. Миша с отвращением вспомнил о щетине.

Он покрутил головой. Какая-то ниша под самыми плитами моста. Неизвестный сидел в паре метров, и судя по всему, бесцеремонно просматривал документы в Мишином нетбуке.

Стараясь не двигать руками, Миша попытался пошевелиться. Но ноги были привязаны к торчащему из стены металлическому пруту.

«Хорошо, что у меня нет насморка» – не с того ни с сего подумалось Мише. В фильмах никогда не показывают такого. Если человеку заклеивают рот, он будет сидеть и ждать ровно столько, сколько требуется по сценарию, и никаких проблем. Но Голубых знал не понаслышке, сколько людей погибло от удушья на самом деле, из-за банального куска липкой ленты.

Неизвестный поднял голову.

– Пришел в себя? – без угрозы спросил он по-русски. Миша кивнул.

– Поговорим?

Голубых пожал плечами.

Подойдя, мужчина одним движением сорвал пластырь. Миша скривился.

– Не брился? – понимающе усмехнулся мужчина. – Не страшно!

– Ты на себе попробуй, тогда говори, – мрачно сказал Миша, облизывая губы.

– А я бреюсь каждый день, – сказал мужчина, садясь на корточки рядом. – И у меня такая проблема не стоит.

– Еще полчаса, и у меня стоять не будет! – зло сказал Миша, поерзав. – Возраст уже не тот, на земле сидеть.

Мужчина расхохотался.

– Да ты шутник! Скажи, что ты делал возле дома, и сохранишь потенцию.

– Сначала сними очки, – отпарировал Миша, – невежливо. Тогда и поговорим.

Мужчина легким движением оказался на ногах.

– Очки? – переспросил он, сунул руку в карман и достал маленький баллончик, размером с зажигалку. Приблизился к Мише, надавил кнопку, и в воздухе повисла переливающаяся завеса, которая медленно потянулась было в сторону гулявшим сквозняком. Мужчина дунул, и Миша с головой погрузился во влажное, воняющее уксусом облако. Он помотал головой.

– Что это? – отплевываясь, спросил он.

– Шаг к твоему освобождению – сообщил мужчина, пряча баллончик и снимая очки. Глаза у него были большие, темно-карие и немного раскосые, словно у уроженца Филиппин. – Пока только первый.

– А то что? Убьешь? – Миша пошевелился, разминая тело.

– Да вообще-то не собирался, – пожал мужчина плечами. – Повторяю свой вопрос: что ты делал возле дома? – мужчина пристально смотрел на Мишу.

– Хотел купить, – Миша дерзко посмотрел ему в глаза.

Неизвестный вздохнул.

– Ладно, зачем тебе нужна Груббер? – устало спросил он.

Миша был готов к такому вопросу, но его удивила интонация.

– Я уже просмотрел некоторые документы, – пояснил мужчина, кивнув на лежавший компьютер.

– Из-за нее погиб мой друг, – неохотно сказал Миша. – И еще люди. Так что у меня к ней есть пара вопросов.

– Тогда тебе придется стать в очередь, – серьезно сказал мужчина и задумался.

– Буду за тобой, – усмехнулся Миша. – Ты, выходит, не из числа ее поклонников?

– Выходит, нет.

– Значит, враг моего врага… – начал Миша.

– Не всегда друг, – подняв руку, прервал его мужчина. – Как ты вышел на нее?

Несмотря на свое положение, Миша почувствовал, что мужчине можно доверять. А, какого черта! И так уже ошибок сделано – не перечесть.

– Меня попросили помочь в расследовании, – начал он. – Погибло два человека, после того, как на заброшенной базе… ну, что-то вроде отеля, – пояснил Миша, увидев непонимание на лице мужчины, – встречались восемь… девять человек, в их числе Хельга Груббер. Я нашел ее отпечаток, и…

– Когда это было? – напряженно перебил его мужчина. – Какого числа? Давно?

– Месяц назад… Пятнадцатого, кажется, мая. – Миша с любопытством посмотрел на собеседника. – Это важно?

– В России? – быстро спросил тот.

– В Украине. Недалеко от Киева, – ответил Миша и чихнул.

– Вот оно что… Возле Киева… – пробормотал мужчина и ловко расстегнул зажимы. – Да, это важно… – он словно размышлял вслух.

Миша потер пальцы.

– Я так и думал – сказал он, трогая гудевший затылок. Потом снял пластиковый ремешок, которым были связаны ноги. – А что это было за собрание?

– Скажу лишь – сказал мужчина, – что событие явно заслуживает внимания.

– Что вообще происходит? – поинтересовался Миша, садясь на корточки. – Ты-то что хочешь от нее?

– Информацию – безразлично сказал мужчина.

– Я тоже. И поквитаться. – Прихрамывая, Миша встал на ноги.

– Не думаю, что это хорошая идея.

– Я уже столько глупостей наделал, что это не имеет значения. – Миша порылся в рюкзаке и достал бутылочку с водой. Зашипел, выходя избыток углекислого газа. – За ней должок.

– Ты не представляешь, с кем связываешься, – мужчина покачал головой.

– Да плевал я на все ее заслуги и связи! У меня товарищ погиб, понимаешь!.. А, да что там! – Миша махнул рукой.

– Расскажи, как все было, – попросил мужчина.

– Расскажи! Я, например, тебя совсем не знаю, и то, что ты смог меня зацепить, вовсе не повод к откровению!

– Гарри! – мужчина протянул руку.

– Михаил. Мишель или Майкл.

Они обменялись рукопожатиями.

– Михаил… Что же, мне несложно называть тебя так. Я довольно хорошо знаю русский. – Гарри улыбнулся.

– А сколько ты всего языков знаешь? – поинтересовался Миша.

– Восемь.

– Ого! Я только три… И то неважно.

– Мы отвлеклись. Ты собирался рассказать, что произошло.

– А есть место поудобнее? Где твоя машина?

Гарри усмехнулся.

– Я чувствовал, что ты меня вычислил. Пойдем.

Собрав вещи, они выбрались из-под моста, перелезли через парапет, и направились вглубь парка.

* * *

Вот она, мечта олигархов и верхушки нашего бомонда! Я не отрываясь смотрел в окно. Впрочем, с того момента, когда мое восхищение от ожидаемого посещения Англии сменилось неожиданным отравлением, ничего не изменилось. Город как город. Полно молодежи. Что еще?

Еще через несколько минут Дайрон сказал:

– Stop the car here.

Мы остановились за небольшим перекрестком.

Пока мальчишка расплачивался, я вылез наружу.

Вечерело.

От автобусной остановки только что отъехал знаменитый двухэтажный автобус. Я не удержался и сфоткал его на телефон. Немного непривычно было, что удалялся он по левой стороне, а не по правой.

Тихая, неширокая улочка. Густые деревья по обеим сторонам, и несколько припаркованных машин. Очень мало людей, но очень много мусора, разбросанного по тротуарам. А как же хваленая британская аккуратность? Или это случайность?

Впрочем, оппоненты возразят, что это все русские туристы. Приехали и накидали. Ладно, будет на их совести…

Я прошелся вперед, и остановился задумавшись. Тот самый вопрос не давал мне покоя.

Тело. Тело Дайрона.

Хлопнула дверца и «Форд», гуднув мотором, исчез. Я, не вынимая рук из карманов, на пятках повернулся. Мальчишка, покачивая головой, неловко складывал деньги.

– Откуда дровишки? – спросил я его. – Опять банкомат хлопнул?

Не отрывая взгляда от кредиток, он кивнул.

– Когда ты спал. Сходил и хлопнул. Еще и на заправку дал!

Я воздел руки к небу. Нет слов!

– А хорошо банкоматы грабить?

– Грабить? Нехорошо. А свое взять можно. – Мальчишка закончил с деньгами и хотел было сунуть их в карман, но я удержал его, чтобы посмотреть на фунты. Никогда их не видал раньше.

Я вернул Дайрону желтоватую двадцатку с изображением молодой королевы и нескольких бусин поперек купюры.

Евро, оно как-то привычнее.

– Свое? – спросил я, не вполне понимая, о чем идет речь.