— Парни, вам оно надо?
— Что надо? — Поинтересовался один из них.
— Закрытые переломы обеих конечностей, — пояснил я. — Впрочем, по желанию могу обеспечить и открытые. Так что валите отсюда. А ты, мерзота, — я перевел взгляд на их начальника, — мухой подорвался и принес все самое вкусное, что готовят в вашей забегаловке!
— Ну ты шутник, паря! — Один их охранников попытался похлопать меня по плечу, но в следующий момент заорал как резанный и прилег отдыхать у столика с обеими переломанными верхними конечностями. Его приятель даже понять ничего не успел, как обзавелся точно такими же травмами. С моими силой и реакцией проделать этот финт оказалось очень даже просто.
Болевой шок ввел обоих парней в бессознательное состояние, что в свою очередь, вызвало кардинальное расслабление у обоих мочевых пузырей и сфинктеров. Как результат, в воздухе начало распространяться характерное амбре. Ну и поделом им. Вылечатся, вряд ли захотят вернуться к прежнему роду деятельности. Ничего, подыщут работенку по душе и менее опасную для здоровья. Говорят, московские сантехники неплохо зарабатывают, на производственных линиях тоже нормально платят, ну и в сельском хозяйстве руки нужны. Короче, я за их будущее спокоен.
Я посмотрел брезгливо на валяющихся на полу, к тому же, смердящих горе-охранников, затем завладев ухом метрдотеля повел его в дальнюю часть зала, поскольку наслаждаться «амбре», испускаемым парочкой имбецилов, посмевших протянуть ко мне свои лапы, категорически не согласен. Испытав острую боль в зажатой моими пальцами ушной раковине и оценив скорость моей расправы с двумя не самыми хилыми ребятами, мужчина побледнел и безвольной марионеткой последовал к выбранному мной столику.
Усадив трясущегося от страха служащего на диван, сам уселся напротив.
— Я голоден, уважаемый, так что скажи своим халдеям, чтобы поторопились и наконец-то приступили к служебным обязанностям. В противном случае, я подам жалобу в комитет… короче, найду куда, и мало вам не покажется.
Но не успел тот открыть рот, чтобы подозвать официанта, в зале ресторана появился еще один персонаж. Я бы его назвал юношей со взором, нет не горящим, скорее, замутненным алкоголем. Жгучий брюнет лет двадцати, росточком высок, но худосочен. Лицом бледен, глазенки красные, под ними синяки, похоже очень весело провел эту ночь в компании товарищей, и его организм настоятельно требует продолжения банкета. Тоже мне мажор. А вот упомянутых товарищей пока не видать.
Едва вошел, тут же завизжал на всю Ивановскую:
— Елисей, нам долго еще ждать⁈
На что тот, еще сильнее побледнев, промямлил еле слышно одними губами:
— Виноват-с, Василий Куприянович, тут один клиент не собираются освобождать помещение-с.
— Чего, пятерки ему мало? Так доплати еще столько же, и дело с концом. Мои друзья желают хорошенько выпить и закусить.
Ну да, точно, этот хмырь что-то упомянул о компенсации, которая мне не полагается. Оказывается, в качестве отступных мне должны были выдать аж целый пятерик. То-то народ шустро и без возражений отсюда слинял. Разумеется, я бы не принял графское подношение, но каков же жук этот Елисей, даже не предложил полагающихся денег.
— Д-десять руб-лей, ув-важаемый, — дрожащим голосом предложил служащий, — в-вас устроят?
Мелкой сошке я отвечать не стал. Обратился к Арбенину, коего как-то даже зауважал за то, что не просто повыгонял народ, а обставил это дело с выгодой для посетителей. Завтрак в заведении обошелся бы в полтину, максимум, целковый, а тут нежданно-негаданно тебе предлагают за доставленные неудобства аж целых пять рубликов. А мне так и вовсе червонец светит. Ха! Десятка мультитриллиардеру:
— Уважаемый, Василий Куприянович, — я обратился к виновнику этого «праздника жизни», — если хотите выпить и закусить, располагайтесь, места всем хватит. Но лично я покину это заведение лишь после того, как плотно позавтракаю. — И переведя взгляд на Елисея сказал: — Ты бы, как местный управитель приказал своим халдеям позаботиться о тех двух придурках. Целителя что ли штатного кликни. И вообще, пусть их уберут куда-нибудь с глаз долой. А тебе совет, Елисей, следующий раз более толковую охрану нанимай, а не абы каких «шкафов» от сохи, кои себя-то защитить не способны.
— А что с ними? — спросил Граф Арбенин и вопросительно посмотрел на меня.
— Производственная травма, Ваше Сиятельство. — Пожал плечами я. — Работа у них опасная. Я бы на их месте её поменял. Вы со мной не согласны, господин граф?
Этот напыщенный индюк со мной разговаривать посчитал недостойным, решил дальнейшее общение продолжить с метрдотелем.
— Елисей, ты можешь толком объяснить, что тут случилось?
Служащий, определенно начал приходить в чувства, ответил без прежнего заикания:
— Видите ли, Ваша Милость, я поставил в известность этого господина о том, что «Гурман» закрывается на спецобслуживание, но он категорически отказался покинуть заведение. А еще он переломал руки Ивану и Борису за то, что те собирались вежливо попросить его на выход.
— Ну и в чем проблема? — Граф наконец-то изволил обратиться ко мне. До его замутненных алкоголем мозгов, похоже, еще не дошло, каким образом обычный с виду человек смог так запросто разделаться с парой крепких парней.
— Да никакой проблемы нет. — Я пожал плечами. — Я пришел сюда позавтракать и никуда не уйду, пока меня не обслужат, как это полагается в подобных заведениях. Я здесь оказался еще до того, как ресторан был вами арендован. Согласитесь, граф, я в своем праве.
Наконец до сознания аристократа дошло, что сидящий за столиком наглый тип категорически отказывается покидать арендованное им помещение. И он завизжал по-бабьи:
— Семен, Аристарх, Василий, быстро ко мне!
На зов начальства в помещение тут же примчались двое «шкафов» не менее грозных чем те, которые валялись у недавно покинутого мной столика, а с ними сухощавый мужчина лет сорока вполне интеллигентного вида.
— Чего изволите, господин граф? — Спросил «интеллигент».
Я быстро просканировал охрану Арбенина особым зрением. Единственным одаренным в этой троице оказался тот самый мужчина, что задал вопрос своему патрону. Впрочем, ничего выдающегося, маг воздуха, всего лишь скромная «пятерка». Одолеть этих «бодигардов» для универсала третьего ранга плевое дело. Однако драку устраивать не очень хочется, я и без того неплохо оторвался на двух дуралеях, посмевших протянуть ко мне свои лапы.
Пришлось обратиться к графу, как полагается обращаться одному аристократу к другому:
— Василий Куприянович, разрешите представиться, Александр Николаевич Коринфский-Полубояринов граф. — После этих слов я демонстративно повернул перстень на своем пальце печаткой наружу. Каюсь, раньше этого не сделал из-за банального ребячества. Думал, будут уважать не за титул, а просто, как гражданина великого государства. Не прокатило. Пришлось бросить в бой «тяжелую артиллерию».
— Ваше Сиятельство! — заблажил метрдотель, обращаясь уже ко мне. — Просим прощения-с! Не признали-с.
Однако на осоловевшего от употребления алкоголя графа Арбенина мои слова не возымели никакого действия. Напыжившись, будто индюк, он во всеуслышание заявил:
— То, что ты граф, ничего не меняет. Я выкупил этот ресторан на сутки, так что изволь отсюда выметаться, Ваше Сиятельство!
А вот это уже оскорбление чести и достоинства аристократа. Явный повод для вызова на дуэль потерявшего берега юношу.
Но тут один из охранников, тот, что обладал чародейским даром, метнулся к разбушевавшемуся Арбенину и принялся что-то тихонько нашептывать ему на ухо. Кажется, этот мужчина все-таки понял, с кем имеет дело и только что попытался отвратить беду от своего работодателя. Ну какой из него соперник с его скромной «четверкой» аспекта Воды и пятым рангом мага Земли? Если же пожелает сражаться «честным», то есть не магическим оружием, и тут у него против меня никаких шансов.
Однако слова мага не подействовали на нетрезвого графа. Определенно, под действием винных паров этому юноше было море по колено.
