– Нам отдадут право собственности на «Мэриголд», если я подпишу контракт. Но это не будет играть никакой роли, если Сейнт и Роты выполнят свою часть. Контракт окажется недействительным.

– А если не выполнят? – спросила Уилла.

– Тогда вы будете плавать два года без одного человека. Не так уж и долго. – Я пыталась говорить так, будто сама верила в свои слова. Два года вдали от «Мэриголд», вдали от Уэста, казались вечностью. Но такую цену придется заплатить, если в итоге у меня будет место, куда я смогу вернуться после окончания действия контракта.

– Подпишешь ты или нет, нам нужно решить, что делать дальше. У нас достаточно денег, чтобы открыть торговый маршрут из Сероса. – Хэмиш открыл журнал на столе пред нами. Как только мы отошли от утеса Фейбл, он все подсчитал. – Нам не нужен аванпост, по крайней мере пока.

Все взглянули на Уэста, но он молчал, стоя рядом со мной.

Вздохнув, Падж сделал шаг вперед, чтобы взглянуть на журналы.

– Бессмысленно получать лицензию у Гильдии самоцветов, если Голландия переберется в Узкий пролив. Так что, по-моему, нам лучше торговать виски из ржи.

– Всегда в ходу, – согласился Остер. – Как и коровяк.

А ведь правда: в каждом порту Узкого пролива закупались и виски, и коровяком.

– Я вот о чем думал, – кивнул Хэмиш. – Мы и продолжим конфликтовать с Сейнтом – тут ничего нового нет, – но нам нужно начать с трех портов: Сован, Серос и Дерн. Именно в таком порядке.

– Не уверен, что теперь нам будут рады в Соване. Какое-то время уж точно, – сказал Остер.

Хэмиш взглянул на Уэста, но тот молчал. Наверное, к этому времени слухи о том, что Уэст сделал с торговцем в Соване, разлетелись по всему Узкому проливу. О такой репутации забудут не скоро. Но в Узком проливе было одно место, в котором все плевали на репутацию.

– Что насчет Джевала? – сказала я.

В углу каюты распрямил спину Кой и встретился со мной взглядом.

– Джевал? – скептически переспросил Падж. – Это не порт, там всего лишь пополняют припасы.

– Если между Узким проливом и Безымянным морем наладятся торговые отношения, то в скором времени Джевал станет настоящим портом. Между Поймой Сегсей и Дерном можно причалить только на этот остров. – Я повторила слова Коя, которые он сказал мне днем ранее.

Уголки губ Хэмиша опустились вниз, пока он обдумывал мои слова.

– На Джевале торговцев-то нет.

– Пока нет. – Я взглянула на Коя. – Но если мы будем торговать виски и коровяком, то на Джевале всегда найдутся деньги, чтобы их купить.

– Неплохая идея, – сказал Остер, пожимая плечами. – Уэст?

Он размышлял над услышанным, почесывая щетину на подбородке.

– Согласен.

– Нам нужно найти надежного человека, с кем можно наладить торговлю, – пробормотал Хэмиш.

– Кажется, я знаю одного, – ухмыльнулась я и кивнула в сторону Коя.

Все обернулись на него.

– Правда? – спросил Хэмиш.

Кой оттолкнулся от стены и расправил плечи.

– Думаю, что мы сможем что-то придумать, – смягчил он, потому что я заметила, как он начал светиться радостью.

Сидя на краю стола, Хэмиш захлопнул книгу.

– Тогда осталось только проголосовать. – Его взгляд осмотрел нас четырех. – Фейбл, твой голос считается, если ты в доле.

– В доле, – без промедления ответила я.

– Хорошо. – Хэмиш хлопнул перед собой ладонями. – Все согласны потратить треть вырученного с «Жаворонка», чтобы закупиться виски и коровяком? – Первый взгляд он бросил на Уиллу.

Она открыла рот, чтобы заговорить, но Уэст заткнул ее:

– Она не голосует.

Хэмиш сжал челюсть и перевел взгляд между ними.

– Голосуют только те, кто вкладывает свою долю с «Жаворонка».

– О чем ты говоришь? – Уилла наконец отвернулась от светильника, свет которого осветил только половину ее лица.

– Доля Уиллы больше не входит в нашу казну, – бросил Уэст, все еще не говоря ей это в лицо.

Уилла посмотрела в мою сторону, будто ожидая моего возражения.

– Уэст…

– Забирай деньги, – сказал он. – Делай с ними что захочешь. Начинай собственную торговлю. Потрать их на обучение. На что пожелаешь. – Казалось, что слова дались ему с болью.

Глаза Уиллы наполнились слезами, когда она взглянула на него.

– Впереди наши дела, – сглотнул Уэст. – Тебя здесь никто не держит.

Хэмиш медлил, ожидая ответа Уиллы, но она промолчала.

– Хорошо. Голосующие, отдаем голос за то, чтобы запастись коровяком и виски. Фейбл?

Я кивнула ему в ответ.

– Согласна.

Падж и Хэмиш вторили друг другу, за ними ответил Остер. Но Уэст, стоя рядом со мной, не отводил взгляда от закрытых журналов.

– Решение должно быть единодушное, – напомнил Хэмиш.

Мысли Уэста кипели. Либо он делал подсчеты, либо обдумывал возможные варианты событий. Но я предчувствовала, что его ответ мне не понравится.

– Мы можем потратить деньги, чтобы откупить Фейбл от заключения контракта с Голландией.

– Ну уж нет, – бросила я, сверля его грозным взглядом. – Этому не бывать.

Все молчали.

– Почему нет? – спросил Уэст.

– Мы договорились, что потратим вырученное с «Жаворонка» на собственную торговлю. Мы не будем впустую тратить их на Голландию.

– Не совсем впустую, – пробормотала Уилла.

– Она не возьмет деньги. Медяки ей не нужны. Ей нужно только одно, и того у нас нет, – бросила я с бо́льшим раздражением, чем хотела. Они волновались за меня, поэтому я не собиралась допустить, чтобы Голландия забрала тот шанс, который я предоставила «Мэриголд». Шанс, который команда предоставила мне.

– Уэст, нужно голосовать, – мягко проговорил Хэмиш.

Уэст наконец посмотрел на меня, изучая мое лицо взглядом.

– Ладно, – сглотнул он и, обступив меня, направился к двери.

– Уэст, – Падж остановил его. – Нужно еще разобраться с ремонтом.

– Разберемся утром.

Отпустив его, Падж наблюдал, как Уэст исчез в крытом проходе. Уилла взглянула на меня, ее губы криво изогнулись. Я кивнула ей в ответ на незаданный вопрос и последовала за Уэстом.

Стояла непривычно теплая ночь, в темноте палуба будто сияла. У моих ног прошла тень Уэста, упавшая с квартердека. Из бочки на корме корабля он достал размочаленный канат, а я поднялась по ступеням. Он не обратил на меня внимания, когда я, наклонившись на борт, смотрела, как он разматывает канат, расщепляя волокна, чтобы потом использовать их как паклю. Уэст всегда принимался за кропотливую работу, когда расстраивался из-за чего-то.

– Два года, – сказала я, пытаясь не давить на него.

Он промолчал, рывками разрезая нити кончиком ножа.

– Всего-то два года.

– Не всего-то! – прорычал он, бросая клочок распутанного волокна. – Нужно попытаться откупить тебя.

– Ты же знаешь, что ничего не получится.

– Если ты поднимешься на борт ее корабля, то она ни за что тебя не отпустит. Найдет способ подлить твой контракт. Повесит на тебя долг. Или что-то еще.

– Она не Сейнт.

– Ты в этом уверена? – отрезал он.

Я прикусила язык. Не собираюсь обманывать его. Правда в том, что я совершенно не знала Голландию. Иногда казалось, что я совсем не знала Сейнта. Но я не могла притвориться, что понятия не имею, о чем он говорит. Как только я впервые увидела Голландию на торжественном вечере, она постоянно пыталась подсунуть мне контракт. Она заманила меня в ловушку. Но хуже всего то, что я оказалась настолько глупа, чтобы попасть в нее.

Уэст прекратил разрезать трос, взглянул на воду и затем перевел взгляд на меня.

– Я не хочу, чтобы ты подписывала его, – проговорил он мрачным голосом.

Я шагнула ближе к нему и, забрав из его рук трос, бросила его на палубу. Уэст смягчился, когда я просунула свои руку под его и крепко обняла его.

– Сейнт выполнит свою часть. Я уверена.

Уэст положил подбородок мне на макушку.

– А Роты?

– Если Сейнт справится, то и они тоже.

Он ненадолго замолчал.

– Ничего бы из этого не произошло, если бы я не попытался отомстить Золе за Уиллу.