Не хочу быть чьей-то заменой!
А хочу быть особенной, первой и самой любимой… Но вряд ли с Ратмиром, мне удастся себя так чувствовать. Особенно теперь, когда я увидела его «алтарь для поклонения».
Ведь существование этой комнаты говорит мне не только о важности Марины в жизни Ратмира…
Сегодня я также поняла, что он до сих пор любит эту девушку! Что он лгал мне, когда говорил, что я не похожа на его Марину и что со мной он не из-за нашей схожести.
Ложь!
Всё ложь!
А значит, Александр говорил правду, когда сообщил мне о том, что Ратмир со мной только из-за того, что я похожа на его бывшую любовь!
Что ещё из его слов, правда?
И как много солгал мне сам Ратмир?!
Хотя… разве это теперь уже имеет значение?
Не хочу копаться и разбираться во всем этом дерьме…
Хочу уйти, исчезнуть, растворится и больше никогда не видеть Ратмира на своем пути! Хочу начать новую жизнь, без него! И найти того, кто будет меня любить, ценить, беречь… Для кого я буду особенной… Единственной… Неповторимой!
Не заменой…
Только не заменой!
С этими мыслями я покидаю комнату, специально не запирая за собой дверь. Хочу чтобы Ратмир увидел причину того, почему я ушла… Хочу чтобы он понял, что мне всё известно и что я больше ему не верю!
Возвращаюсь к себе в спальню и на некоторое время теряюсь, не понимая, что мне делать дальше. Ведь просто взять и уйти я не могла, прекрасно понимая, в каком положении сейчас находилась.
Думала уже бежать через подземный тоннель… А дальше будь что будет! Но потом ко мне звонит Ратмир и я придумываю другой план.
Глава 44
Придумав историю о том, что Насте нужна моя поддержка, а мне скучно и одиноко, я легко добиваюсь своей цели. Ратмир верит мне, собственноручно помогая убежать… Покинуть свой дом… Ту темницу, в которой я находилась!
Думаю, он согласился на это лишь потому, что был уверен в том, что Александр в его руках, а значит мне ничего не грозит… Ну а ещё, я умело надавила на его жалость, пустив слезу… Правда для этого мне не пришлось притворятся. Потому что пока я разговаривала с Ратмиром, слёзы от обиды и огорчения (после увиденного) настолько сильно давили на меня, что я едва их сдерживала.
У меня не было времени хорошенечко подумать о том, что произошло и что делать дальше… У меня не было времени все принять и выплакаться, потому что Ратмир позвонил практически сразу, после того как я увидела ту комнату.
Я вернулась к себе в спальню, посидела минут пять в тишине, обдумывая свои дальнейшие действия, а затем мой телефон завибрировал… На экране высветилось имя «Любимый», и я ещё сильнее зарыдала… Именно поэтому не сразу приняла вызов, а только с третьего раза, когда немного успокоилась, а в голове появилась идея…
Наш разговор был коротким, и мне казалось, что Ратмир даже что-то заподозрил, но… Предстоящая поимка Александра оказалась для него важней. Все его мысли были только о своем враге… Что было мне только на руку.
Я этим воспользовалась, до конца отыграла свою роль и вот… Спустя некоторое время, блокировка двери была снята, а на улице меня уже ждало две машины и сопровождение в количестве шестерых вооруженных людей. С ними был и Степан.
Я пока не знала, как избавлюсь от своей охраны дальше… Но считала эту охрану не столь важной проблемой. Если никто не заподозрит того, что я собираюсь бежать, вряд ли меня будут слишком тщательно сторожить… Поэтому я надеялась что у меня будет возможность уйти. А если не будет… Я обязательно что-то придумаю. Оставаться с Рамиром я больше не имела желания и внутренне настроилась на жизнь без него.
Хватит!
Больше не позволю себя унижать, обижать и руководить мной!
Я личность. Я — человек, со своими эмоциями и правами. И я имею право на выбор… Этот выбор я уже сделала.
Между мной и Ратмиром всё кончено.
Пускай ищет другую замену своей Марине… Среди тех девушек, фото которых я видела в той папке на столе.
Может кто-то из них согласится на такие условия — быть чей-то заменой, но не я.
Кое-как привожу себя в порядок, выхожу на улицу и сажусь в машину. Молчу. Делаю вид что всё хорошо… А на самом деле едва сдерживаюсь чтобы не разреветься.
Оказывается было больно уезжать и покидать Ратмира… Потому что я была уверена что это навсегда.
Но больнее всего было от мыслей, что он поступил со мной так… Что он меня обманывал и… Не любил. Когда я готова была ради него отдать жизнь.
А дальше был целый час изнурительного пути… Изнурительного, потому что было трудно бороться с собой и теми эмоциями, которые бурлили во мне всё это время.
Поэтому, как только мы прибываем на место, и я оказываюсь в доме, меня тут же кроет… Плотину прорывает.
Я падаю на колени прямо возле входа и начинаю рыдать… Чем очень сильно напугала сестру. Она как раз шла мне навстречу (не одна), и как только я её увидела, то сразу расслабилась, отпустив ситуацию.
— Мириам…, - взволновано сказала Настя, растерянно взглянув на Алишера. Её только что беззаботное, улыбчивое лицо, тут же побледнело, в глазах появился страх и волнение. Она сразу бросилась ко мне и, упав рядом со мной на колени, заключила в свои объятия. — Что… Что произошло?
Я не сразу могла ответить, потому что задыхалась от слёз и рыдания, которое охватило меня в этот момент. Я так не плакала даже тогда, когда меня бил отец… До полусмерти. Оказывается телесная боль, не настолько сильно болезненная как сердечная и душевная.
— Я… Я… Я…, - это все, что из меня вырывалось, между всхлипами.
— Господи, Мириам… Ты меня убиваешь, — с болью в голосе сказала сестра, сильнее прижимая меня к себе. — Пожалуйста, скажи мне что произошло, иначе я сойду с ума…
Некоторое время я ещё рыдала, а потом кое-как взяла себя в руки и между всхлипами сказала.
— Ратмир… Он не любит меня… Я нужна ему только потому, что похожа на его бывшую, — выдавливаю. Но, кажется, Настя ничего не поняла. Конечно, ведь она ничего не знает о Марине. Хотя слышала о ней в том подвале, когда мы были в плену.
— Объясни, — просит она. — Что случилось? Почему ты так решила? Он тебе что-то сказал?
Я отрицательно покачала головой.
— Подожди… Дай мне минуту, — прошу, делая глубокие вдохи и пытаясь восстановить дыхание.
— Хорошо… Только пойдем на диван, — просит она, поднимая меня на ноги и уводя в центр гостиной. Мы садимся на диван, и некоторое время просто молчим.
— Вот, выпей это, — спустя несколько секунд, говорит мне Алишер, который стоял всё это время рядом и наблюдал за нами. Я подняла на него заплаканный взгляд и увидела в его руке таблетку и стакан воды. — Это успокоительное… Оно поможет, — объясняет, и сестра принимает у него таблетку и воду.
— Выпей, — настаивает, прижимая таблетку к моим губам. Я машинально её принимаю. Доверяю. Затем запиваю её водой.
— С-спасибо, — говорю всхлипывая.
Сестра прижимает меня к себе и начинает успокаивающе гладить по волосам.
Спустя несколько минут, мне действительно становится лучше. Я могу дышать и говорить. Боль в груди становится не такой сильной…
— Помнишь Марину… Ну о которой говорил Ратмир в подвале, — начитаю, глядя в одну точку.
Сестра согласно кивает.
— Он тогда ещё сказал, что обратил на тебя внимание только из-за того, что ты похожа на нее… Что он взял своё и ты больше ему не нужна, — ответила она.
— Да… Но потом, когда он появился в моей жизни снова, он заверил меня в том, что сказал это специально, для Александра… Чтобы он подумал что я действительно не представляю для Ратмира никакой ценности и не воспользовался этим против него. Я поверила…
— Понимаю, почему… Ты ведь влюбилась в него почти сразу, — говорит сестра.
— Да, и он пользовался этой моей влюбленностью, — говорю с болью.
— Он солгал?
— Да…
— Ты уверена? — уточняет Настя. — Как ты пришла к таким выводам? Он что-то сказал?
Я отрицательно покачала головой.
