— Скажи спасибо, что ледоход уже прошел, и паром уже два дня, как ходит. А то выбраться было бы проблематично. Ну, ладно. До встречи!

— До побачення!

Я нажал кнопку отбоя и положил мобильник на стол. Трубка давно уже потухла, я вычистил ее, набил заново и, раскурив, подошел к окну, глядя на белоснежные стены и зеленые купола церкви Дмитрия Солунского. Заснуть уже вряд ли удастся и я, сварив себе кофе, стал размышлять о внезапном звонке, поднявшем меня в столь ранний час. Все было настолько неожиданно, что до меня только сейчас стало доходить, какой резкий поворот в судьбе может у нас произойти, если согласимся с предложением Степана. К резким переменам в жизни мы вообще-то привыкли. За те одиннадцать лет, что я уволился из армии и познакомился с Леной, у нас уже было два крутых поворота. Первый раз мы, бросив все и загрузив в микроавтобус самое необходимое, переехали с Дальнего Востока, из городской квартиры, в Сибирь, в глухую таежную деревню, старенький деревянный домик на окраине, где приходилось заготавливать дрова, топить печку, качать воду. Но жизнь там была отличной — тихо, спокойно, хорошие люди, рыбалка, охота и все, что может дать сибирская тайга. Единственной проблемой были разнообразные летающие жалящие твари, начиная от оводов и слепней, и заканчивая мошкой и мокрецом. Ну а о комарах и говорить нечего. Второй раз, уже из этой деревни точно так же, но уже на «уазике — буханке», опять через пол-России, из Сибири в Поморье. И вот теперь, после четырех лет в этом селе, в прекрасном коттедже со всеми удобствами, возможно, снова бросим все и отправимся за новыми приключениями.

Обернувшись на шорох, я увидел тихо вошедшую на кухню зевающую жену:

— Доброе утро, кому это не спится в такую рань?

— Сергеич. Сто лет не общались, а тут как снег на голову, да еще и с таким предложением, — я пересказал Лене разговор, — думаю, стоит съездить. Как у нас с деньгами?

— Ну, что-то есть на кредитках, но туда — обратно вряд ли хватит, ни твоей пенсии, ни моей зарплаты еще не было.

— Терехин сказал, что мне главное туда добраться, он все оплатит по высшим тарифам. Короче, я поехал.

— Что, прямо сейчас?

— А что тянуть? Первый паром в семь сорок пять, как раз успею. Что нам нищим собираться — только подпоясаться. Если все нормально, то завтра уже в Красноярске буду.

— Все так неожиданно. Может, еще подумаем?

— А что думать? Тебе сильно здесь нравится?

— Ну, вообще-то не очень. Школа надоела, да и люди здесь другие, чем в Сибири и на Дальнем Востоке, никак привыкнуть не могу.

— Тогда что думать? Сергеич плохого не предложит. Ну, не понравится, так просто прокачусь, все же оплачивается.

— Ну, как знаешь. Тогда давай собираться. До парома полтора часа осталось.

Я был готов уже через двадцать минут. А что собственно собирать? Умылся, оделся, документы и кредитки в карман, в сумку от ноутбука планшет, чтобы было, что в дороге почитать, мыльно-рыльные, пару пачек табака, трубки, вот и все. Остальное, если что понадобится, то можно и на месте купить. Еще успев выпить кофе, обнял жену и пешком, времени было достаточно, вышел из дома. Прошел через школьный двор, мимо памятника Ломоносову и, повернув на центральную улицу села, через тридцать минут уже стоял на борту «Курострова», нашего парома, ходившего до Холмогор. Еще через полтора часа, я уже был в аэропорту, доехав на удачно подвернувшемся такси. Здесь тоже очень повезло, самолет на Москву вылетал через два часа. Там пересадка на Красноярск и снова гул двигателей, и безбрежные поля облаков за иллюминатором. Казалось, сами боги помогали мне, в час ночи я уже обнимал Сергеича на ступеньках аэропорта Емельяново.

— Ну, ты прямо реактивный, — сказал Степан, открывая дверку своего бронированного «Тигра»*, — меньше суток, и ты уже здесь.

— Сам удивляюсь, как будто кто-то впереди дорогу расчищал, практически без задержек везде проходило.

— Ну и хорошо, чем раньше, тем лучше. Сейчас по дороге все и узнаешь. Только сразу предупреждаю, удивляться можешь сколько угодно, но верить должен во все, что я скажу. Это не шутки и не фантастика.

— Умеешь ты заранее заинтриговать.

— Это я так, чтобы ты не подумал, что у меня крыша едет. Кстати, мы едем в ту деревню, где вы три года прожили, так что можешь жену удивить.

— Вот, хорошо, что напомнил, я же обещал отзвониться, как с тобой встречусь.

Я достал телефон и набрал номер Лены. Она действительно удивилась, когда я сказал, что еду в Чиндат. Мы последнее время немного ностальгировали по той жизни, и вот появилась возможность снова побывать там. Это подняло и так уже хорошее настроение. Успокоив жену и пообещав позвонить на следующий день, когда уже все узнаю, я снова повернулся к Сергеичу:

— Ну вот, доложился, теперь какое-то время можно быть спокойным. Кстати, откуда такой кгутой бгоневичок? Это же чисто армейский вариант, броня и даже люк сверху для пулеметчика. А вот салон, насколько я вижу, уже сделан покомфортнее, не удивлюсь, если даже бар в нем окажется.

— Конечно, окажется. Проедем Тюхтет и встанем позавтракать, там и посмотришь, как мне этот танк отделали. Все по спецзаказу, отказа ни в чем нет. Так что начинай думать над моим предложением.

— Ладно, хватит интриговать. Давай, рассказывай, что это за такое суперпредложение? И зачем мне было, чуть ли не в трусах, лететь через пол страны?

— Тогда не перебивай, хотя бы первые пять минут, — Сергеич немного помолчал, собираясь с мыслями, и после этого выдал такое, что я не только первые пять минут не открывал рот, а даже после того, как он закончил, еще некоторое время «переваривал» услышанное.

— В общем, так, — начал Степан, — вы прожили три года в том месте, рядом с которым находится окно в другой мир. Не спрашивай меня в какой, параллельный, или это другая планета, или еще что-то. Я не знаю. Да и те «яйцеголовые», которые им занимаются, тоже не знают. Началось с того, что один ученый из Красноярска приехал в гости к кому-то в Пасечное. Ну, тебе не надо рассказывать что это за деревня. Рыбалка, охота, и все это сдобрено реками алкоголя, в основном домашнего производства. И вот, за пьянками — гулянками наслушался разговоров о том, как мужики пропадают почти каждый год. Причем пьяный, пьяный, а заметил из разговоров, что исчезают люди в одно и то же время — в конце июня, и в одной и той же стороне — где-то по пути на Чиндатскую старицу, или на покосах, в общем где-то там, и скот больше пропадает в это время и в том же районе. Многие разговоры этот ученый муж еще и на диктофон записывал. И вот, вернувшись обратно в город, переслушав на трезвую голову все эти пьяные бредни, решил попытаться разобраться в этих странных исчезновениях. На следующий год, прихватив двух своих товарищей по институту, он отправился опять в деревню. Пару недель бродили между Пасечным и старицей и все-таки обнаружили этот, так называемый, портал. В месте, которое там называют «три сосны», метрах в двухстах от дороги, на небольшом холмике, который не заливает во время весеннего половодья, увидели какое-то марево, как будто кто-то подвесил в воздухе огромное полотнище прозрачного полиэтилена, и оно слегка дрожит на ветру. Проходить сквозь него побоялись и, подойдя к нему, попытались бросать через него разные предметы. Эффект поразил, долетев до определенной точки, вокруг предмета появлялся ярко-белый ореол и он исчезал. С собой у них были кое-какие приборы, которыми они делали различные замеры. Дело было утром, а к обеду это явление исчезло. Все что делали, фиксировали на камеру, и приехали в свой институт уже не с пустыми руками. На счастье, первым, кому они все рассказали и показали, был их заведующий кафедрой, мужик не столько ученый, сколько хороший организатор, да еще и со связями. Он быстро сообразил свою выгоду, и на все их материалы наложил гриф секретности, а с них взял подписки, чтобы не болтали, где попало. Потом рассказал все друзьям — военным, паре очень солидных бизнесменов — один нефтяной магнат, другой лесом занимается, в общем у каждого личное состояние с девятью нулями, а оборот предприятий побольше, чем бюджеты некоторых стран, вот тогда все и завертелось. Военные вышли на своих знакомых в ГШ*, те тоже сразу заинтересовались. В конечном итоге организовали что-то вроде консорциума, так сказать «союз меча и орала», арендовали там вокруг солидную площадь, огородили, поставили охрану и стали изучать. Деньги бизнесменов, охрана от военных, а наука так и осталась от того института. Создали правдоподобную легенду, что там строится база геологической экспедиции, работающей в интересах министерства обороны. К следующему году, месяца за три до времени, когда должно было вновь случиться это явление, было все готово.