— Я поняла! — вскрикиваю, когда он сжимает мои плечи. Тянет к себе. — Поняла. Мне жаль, извините. Я нервничаю просто. Меня крадут в первый раз. Я… Я больше не буду кричать. Я… Я надену платье! И молчать буду, честно. Извините.

— Как быстро ты смирной становишься.

От удовольствия в его голосе мне противно. Но часто киваю, лишь бы он отстранился. Запах перегара забивает лёгкие, от мужчины несет чем-то терпким и противным.

Задерживаю дыхание, пока мужчина от меня не отстраняется. Делает шаг назад, раздраженно смахивает лепестки с пиджака. Смотрит оценивающе, но потом кивает. Отступает от меня.

— Мне просто время нужно, — тараторю, стараясь убедить мужчину. — Всё быстро так! Мне даже не дали осознать всё. В одиночестве.

— Будет тебе время в одиночестве. Собирайся. Услышу хоть писк — вернусь.

— Не услышите.

Потому что я оставаться здесь не собираюсь. Жду, когда дверь хлопнет, и только тогда начинаю дышать. Бросаюсь к окну, распахиваю его и расслабленно выдыхаю.

Не так высоко, всего второй этаж. Я могу… Могу спуститься вниз и подобраться к забору. Главное, за пределы территории выбраться, а там разберусь, как мне домой вернуться.

А Юнус пусть кого-то другого воспитывает.

Я боюсь, что сейчас кто-то зайдёт. Сдергиваю с кровати покрывала и простыни, связываю между себя крепкими узлами. Я надеюсь, что они будут крепкие, выдержат мой вес.

Привязываю один конец к ножке стола, дергаю, проверяя. Вроде, не должно отвязаться. А даже если упаду, то не так высоко. Всего второй этаж, это не конец мира.

Не представляю, как я буду в одном халате бежать. Короткий, легкий, совсем не согревает. А на улице разгар зимы, сугробы. Но лучше околеть, чем за этого замуж выйти.

Ни уважения, ни манер. Одна сила, которой мужчина не постыдился пользоваться. Подлец. Меня передёргивает, как вспоминаю его взгляд. Цепкий и развязный. Всю меня осмотрел, как вещь.

— Пожалуйста.

Прошу у высших сил, когда сбрасываю свой «трос» за окно. Снимаю тапочки, отправляя их вниз. Жаль, больше нечего с собой прихватить. Но времени думать нет.

Забираюсь на подоконник, хватаюсь руками за тонкие простыни. Пальцы дрожат, соскальзывают. Мне кажется, что я сразу вниз полечу. Но нет, держусь, вишу на вытянутых руках.

Говорила мне мама, чтобы я больше спортом занималась. Никогда не повредит. Хотя бы умела спускаться по канату. А каждое движение вызывает боль в мышцах.

Я не уверена, сколько длится спуск. Несколько секунд или целую вечность? Только знаю, что скоро меня хватится. Кто-то из тех «тетушек» снова придёт меня поучать.

До земли остается всего ничего, когда пальцы разжимаются. Цепенеют от холода, и не могу держаться. Хватаюсь из последних сил, но вот-вот сорвусь и сломаю себе что-то.

— Ох, мамочки.

— Держу.

Крепкие ладони сжимают моё тело, тянут вниз. Мужчина легко прижимает меня к себе, а потом медленно опускает. Ноги подкашиваются, когда я оказываюсь на земле.

Холодно, жутко. Кожу щиплет и стоять неудобно. Не убилась, так заболею. Но это такая мелочь, что даже не обращаю внимания. Только ищу свою тапочки, а нахожу их в руках незнакомца.

— Отдадите?

Мужчина без вопросов отдает, внимательно меня разглядывает. А я только украдкой поглядываю, не понимая, что будет дальше. Сейчас всех позовёт или лично к Юнусу отведёт?

Незнакомец трет затылок, треплет темные волосы. Медлит, а я его могу рассмотреть лучше. Аккуратно подстриженную бороду, расстёгнутые пуговицы рубашки. Он не такой огромный, как Юнус, не вызывает паники и страха.

— Здесь забор под три метра.

— Справлюсь, — у меня другого выхода нет. — Глупо надеяться, что вы в полицию позвоните, да?

Спрашиваю, затаив надежду. Крошечную, ядовитую. Он не выглядит как мой жених недоделанный. Кажется, даже с сочувствием смотрит. Мужчина должен понимать, что это всё неправильно.

— Прости, но здесь без моей помощи придётся справляться.

— Но… Вы сейчас позовёте охрану? Пожалуйста, я…

— Нет. Вперёд, Дика.

— Меня зовут Дина.

Ещё один! Разве так сложно моё имя запомнить? Короткое, красивое даже. А они коверкают, на свой лад переделывают. Но мужчина тут же отступает в сторону, машет мне рукой.

Пропускает.

— Иди, Дина, пока тебя не хватились.

И я бегу, срываюсь с места. Пока незнакомец не передумал, не стал звать охрану. Лёгкие горят от бега, перед глазами всё расплывается. Пытаюсь найти лазейке в заборе, найти, как выскользнуть наружу.

Почти до дверцы добираюсь, как меня перехватывают.

И назад тянут.

К злому Юнусу, который теперь не пощадит.

— Преступники! Бандиты!

Кричу, не могу остановиться. Понимаю, что нужно помолчать, но это не помогает. Я умру, если бороться не буду. Если просто замолчу и приму, что они со мной сделать хотят.

Кручусь, царапаюсь. Один из охранников грубо толкает меня на кровать, заносит руку, а я сжимаюсь. Жду боли, но её нет. Несмело приоткрываю один глаз, понимаю, почему он остановился.

Юнус сам разобраться хочет.

Возле него женщина, которую Азой зовут. Кажется, что так. Она что-то мужчине пытается объяснить, руки заламывает. Неужели решила защитить меня? Не верю в это.

Но жду, вдруг всё обойдётся?

Хотя бы до избиений не опустятся, оставят меня в покое. Тру щиколотку, которая болит от бега, с тревогой слежу за их разговором. Послушает Юнус свою тётку или нет?

— Гости следы увидят.

Произносит вперемешку с непонятными фразами. А, гости, конечно. За чужое мнение переживает, ничего больше. А похищение и насилие это нормально, никаких претензий.

— Значит, без следов будет, — Юнус кивает. Специально произносит так, чтобы я поняла. — Не мешайте нам.

Забиваюсь к стенке, в дальний угол кровати. Платье сбивается в ногах, и я его на пол скидываю. Прикрываюсь подушкой, единственным, что под руку попадается.

Мужчина дергает на себе промокшую рубашку, отбрасывает зло. А потом тянется к ремню, расстегивает показательно. Медленно достает из шлевок брюк, складывает пополам.

— Что вы… — язык не слушается, меня напряжением топит. — Что вы делаете?

— Воспитывать буду, — бросает зло и резко, на кровать забирается. Обхватывает мою ногу, тянет на себя. — Раз ты словами не понимаешь.

— Не надо! Не трогайте, — барахтаюсь, но мужчина прижимает своим весом. Давит. В нос ударяет его запах, от которого начинает тошнить. — Гости же! И… Позор, если с синяками буду.

— Под платьем не заметят, — обещает так, словно это успокоить должно. — Зато ты урок усвоишь. Ласковой будешь. Пару раз хватит, чтобы сломалась. Сама виновата.

— Я не… Не виновата. Я не хочу. Просто не хочу.

— Захочешь, Дильнара.

— Меня зовут Дина!

— Ты будешь отзываться на то имя, которое я тебе выберу. Даже если «эй» буду называть, то только кивать будешь. Поняла меня? Если нет, то я по-другому объясню.

— Поняла! Я поняла.

Соглашаюсь, но понимаю, что мужчина не остановится. Хочет наглядно показать, что меня ждёт. Вбить в голову, чтобы я была послушной и не возникала. Не пыталась больше сбежать.

Слёзы душат, стекают по лицу. Страх сдавливает лёгкие, я не представляю, что меня ждёт. Кричу, когда Юнус тянет мои волосы, до звезд перед глазами.

Пожалуйста. Пожалуйста, пусть сейчас кто-то его остановит. Я молюсь и выдыхаю, когда в дверь раздается настойчивый стук. Замирая, прислушиваясь. Пожалуйста, заберите этого монстра.

И мужчина поднимается, роняет ремень рядом. Двигается к двери, раздраженно руки потирает. Но, видимо, у него есть дела важнее, чем сейчас мной заниматься.

Только надолго ли кто-то отвлечет Юнуса?

Или он быстро к наказанию вернётся?

— Да!

Юнус рявкает, открывая дверь. А я подбираюсь, натягиваю на себя одеяло. Черт! Что за невоспитанный дикарь? Кто так себя с девушками ведёт? Его бы так…

Сердце замирает, когда я прислушиваюсь к разговору. Боюсь, что сейчас мужчина быстро разберется и займётся мной. И я не знаю, что мне делать. Как вести себя в такой ситуации?