— Мне хорошо с вами, правда. Простите, что порчу вам ночь.

Он как-то с недоверием посмотрел на неё. Алёна всё ещё улыбалась. Ей совсем не хотелось, чтобы её закопали, да и его вместе с ней.

А ещё она прекрасно помнила, как её избили трубой, когда попыталась сказать клиенту, что она пленница. Ведь это был никакой не клиент, а дружок хозяина с проверкой. Кто знает, может, они решили проверить её лаской. И если откроет рот, то всё…

Прощай жизнь, здравствуй, мусорка.

Когда-нибудь Алёна сбежит отсюда, придумает, найдёт способ. Они потеряют бдительность, решат, что она смирилась, может, выпустят наружу, может, даже одну.

Смогла слезть с таблеток, даже хозяин похвалил, сказал, что клиентам нравятся «чистые» девочки, которые все чувствуют, а не обдолбанные курицы, валяющиеся на кровати, как трупы. А раз она смогла бросить наркотики, значит, сможет и выбраться из этого ада.

Нежный и долгий поцелуй прервал размышления и утолил тревоги. Она притянула мужчину к себе и жадно поедала его взглядом, пытаясь запомнить каждую чёрточку. Ведь теперь, когда в комнату будет входить какой-то грубый неотёсанный мужлан и брать её силой, она сможет закрыть глаза и представить его и его нежные руки, эти поцелуи и неспешную прелюдию.

Он был осторожен. Вошёл медленно. Без нажима. Она была сильно возбуждена, и мышцы моментально заныли, требуя продолжения. Они сокращались произвольно по всей глубине, то сильнее, то слабее. А бёдра сами собой двигались ему навстречу.

Ей было хорошо. Действительно хорошо. Да и ему вроде тоже. Он менял темп, громко дышал, иногда стонал и сильно сжимал её бедро. Больно не было и неприятно не было, казалось, он идеально подходит для неё. Алёна скользнула правой рукой вниз, хотела прикоснуться к его бедру, с которого сползли джинсы, но мужчина резко схватил за руку и завёл наверх за голову:

— Нет! — грозно прорычал он, напугав Алёну.

Она снова сжалась:

— Простите, — шепнула.

— Да твою-то мать! — он остановился, оставшись внутри, всё ещё плотно прижимаясь. — Ты почему сжимаешься, будто я тебя бить собираюсь?

— Простите, я больше не буду, клянусь, — протараторила Алёна и спрятала взгляд.

— За что ты сейчас извинилась? — он точно был в недоумении. — Я тебе вопрос задал, а вместо ответа получил «простите».

— За поведение. Вы можете продолжить, я больше не буду вас трогать.

— Да уж… — он уткнулся лицом в её шею. — Знаешь, тяжело сосредоточиться и получать удовольствие в такой ситуации, — он приподнялся и глянул на Алёну, которая чуть ли не плакала. — Я внутри тебя, а ты мне выкаешь — это как минимум странно. А твоё «прости» по любому поводу и вместо ответа на вопрос. Я не понимаю, за что ты извиняешься. Но вишенка на торте — это видеть, как ты сжимаешься, будто я замахнулся на тебя и вот-вот врежу! — он притормозил с разговорами и покачал головой.

А Алёна ощутила, что его возбуждение сходит на нет. И вот тут-то она действительно испугалась. Ведь если клиент уйдёт недовольным, ей влетит по первое число. Может, не трубой, но и кулаков бугая за дверью хватит, чтобы понять, что нужно сделать всё, дабы не расстраивать мужиков, приходящих сюда.

Её глаза стали огромными и наполнились слезами.

— Ну вот опять, — буркнул он, глядя на неё. — Прости, я не хотел на тебе срываться, ты странно себя ведёшь. А у меня был большой перерыв… Да и в подобных заведениях я раньше не был. Думал, выпущу пар, а мне крышу сорвало.

— Я могу что-то сделать? — тихо спросила она и слегка улыбнулась.

Мужчина искоса глянул на неё, раздумывая и пожёвывая нижнюю губу. Он всё ещё был внутри, хоть и мягкий. Алёна двинула бёдра навстречу и просунула свои ладони под его, позволяя обездвижить себя. Их пальцы переплелись.

— Ты всё ещё хочешь меня? — шёпотом спросила она, приподнявшись к его уху, тут же ощутив, что он становится твёрдым.

Она не остановилась на достигнутом и лизнула мочку его уха, а потом пососала её. Его реакция была мгновенной. Мужчина опёрся на её руки, вдавив их в матрас, и снова начал двигаться. Он почти рычал, а девушка, испытав новое чувство, улыбнулась сама себе.

Нет. Вовсе не из-за его движений. Это было что-то совсем другое. Она ощутила власть, когда одним только шёпотом смогла заставить его рычать и желать её. Конечно, он и так хотел продолжить, но ведь это она смогла подтолкнуть его в нужном направлении.

Внутри всё горело. Удовольствие от того, что она на самом деле может влиять на действия мужчины, что находится рядом с ней, смешалось с тем животным наслаждением, которое дарили его прикосновения.

Алёна сорвалась на громкий стон и вцепилась в его руки, когда по её телу, будто ток пропустили. Внизу всё стало безумно чувствительным, и она даже на секунду отпрянула.

— Ты чего? — спросил мужчина.

— Там всё слишком чувствительно стало, не знаю почему. Можешь чуть помедленнее, пр… — она осеклась и просто улыбнулась.

— Есть идея получше.

Он плотно прижался к ней и двигался короткими толчками, придавливая ещё сильнее. Больно не было, наоборот, она почувствовала, как внутри снова разгорается желание. Медленно, а потом всё быстрее и быстрее. Она подтянула ноги к себе, а поясница то и дело изгибалась, заставляя его подниматься выше.

В какой-то момент он забылся, выпустил её руки, крепко обнял и перекатился на спину. Он с силой вцепился в её бёдра и стал давить на них, двигая её вперёд-назад. Алёна ощущала, что он глубоко внутри, а её половые губы и клитор скользят по его лобку, заставляя мышцы внутри сжиматься с новой силой.

Она не могла больше сдерживаться. Схватила первое, до чего дотянулась — это была его футболка. Скрутила её в руке и запрокинула голову, издавая громкий стон. Он не отреагировал, потому что сам сильно напрягся и резко сел, впиваясь в её грудь.

Сердце стучало где-то около горла. Алёна думала, что от этой скорости оно остановится, но постепенно отпустило, и она села прямо. Увидев задранную футболку и несколько страшных шрамов под ней, поспешила отпустить её и закрыла глаза, пока он не заметил.

— Всё нормально? Ты странно выглядишь.

— Да, — улыбнулась в ответ.

«Ещё бы, — проскользнуло в её голове. — Зато теперь ясно, почему нельзя снимать его одежду. Наверняка это не единственный шрам. Мужчина сам стесняется их. Ну и ладно».

Он осторожно приподнял Алёну, заставляя встать. Выкинул презерватив и быстро натянул штаны.

Она сидела на коленях и наблюдала за тем, как он развалился на её кровати. Он был такой настоящий. Не побежал в душ, отмываться после неё, как делает большинство. И не ушёл через злосчастную красную дверь, как делает не меньшее количество. Не смеётся, не оскорбляет, не плюёт. Он просто отдыхает.

— Сколько времени? — тихо спросила девушка.

— Третий час ночи, — глянул на наручные часы, которые до этого она даже не замечала.

Они показались ей дорогими и красивыми, а ещё там было видно дату.

— Можно посмотреть? — Алёна указала на них.

— Да, — мужчина протянул ей руку и смущённо улыбнулся.

— Красивые, — пальчики скользнули по стеклу, и она разглядела цифры. — Сегодня шестое февраля? — тихо спросила она.

— Да, а что?

— У меня сегодня день рождения, — улыбнулась Алёна и легла на кровать, прижавшись к мужчине всем телом.

— И сколько тебе исполнилось? — хохотнул он.

— Восемнадцать…

Глава 5

«Если ты никому не скажешь»

Он расхохотался и приобнял девушку:

— А на самом деле?

— Восемнадцать… — недоумевая, произнесла Алёна.

— Несмешная шутка, — блондин глянул так пронзительно, что она отпрянула.

— Я не шучу…

— Какого хрена? — подорвавшись с кровати, он вцепился в её лицо своими потемневшими, как море в шторм, глазами.

Алёна не нашлась с ответом, так что просто уткнула взгляд в подушку. А вот мужчина стал нарезать круги по комнате и что-то бормотать.