– Я не отпущу тебя. Только не сегодня, – тихо сказала она.

Её тонкие пальцы ловко и быстро нырнули в кровавую рану. Лиандра не чувствовала страха или отвращения. Она использовала все свои силы, чтобы почувствовать угасающий пульс мальчика. Девушка доставала из чемоданчика зажимы и перекрывала разорванные сосуды почти вслепую. Свет её тела плавно перетекал в парня, успокаивая его боль и поддерживая жизнь.

Это была тяжёлая работа, которая длилась десять долгих минут. Они сидели под холодным дождём, прямо в грязи и лужах. Наконец, Лиандра наложила на грудь прочный биопластырь, закрывая страшную рану.

Она без сил откинулась назад и села. Дождь смывал кровь с её рук и лица. Пальцы мелко дрожали от сильной усталости. Яркий свет кожи постепенно погас, и она снова стала бледной.

Мужчина осторожно потрогал шею грузчика, проверяя пульс.

– Ровный… – тихо сказал он, не веря своим глазам.

Старик молча протянул Лиандре кусок чистой ткани, смотря на неё с уважением.

– А ты, я погляжу, не просто красивая игрушка, да? – прокряхтел он. Мужчина протянул ей мозолистую руку и помог подняться на ноги. – С того света парня вытащила. Как звать-то тебя, док?

– Лиандра… – она стучала зубами от холода, обнимая себя за плечи. – Мне некуда идти. Катер пустой. Пожалуйста… я умею работать.

Старик внимательно оглядел её с ног до головы. Затем он посмотрел на стоящий рядом старый, покрытый ржавчиной грузовой корабль с выцветшей надписью «Полярная Звезда».

– Работать? – он хрипло засмеялся. – Да с таким добрым лицом тебя тут на органы разберут к завтрашнему утру. Слушай меня внимательно, док. Космос – это злое место. Если будешь каждому встречному своё светящееся сердце показывать, то сожрут и не подавятся. Хочешь выжить? Учись прятать доброту за толстой бронёй. Стань холодной и расчётливой стервой. А лечить будешь на моём корабле. У меня как раз нет врача, а мой дурной механик вечно режет себе пальцы.

Лиандра посмотрела на этого сурового, но честного старика. Затем взглянула на липкую грязь под ногами. А потом подняла глаза на хмурое небо, за которым прятались холодные звёзды.

Она поняла, что капитан говорит правду. Чтобы и дальше спасать жизни в этой жестокой вселенной, ей придётся стать жёсткой. Ей просто необходима защитная маска.

Девушка сделала глубокий вдох. Огромным усилием воли она полностью подавила своё природное свечение. Лиандра стала бледной и строгой, как фарфоровая кукла. Её взгляд, ещё минуту назад полный страха и сострадания, стал холодным, спокойным и очень внимательным.

– Я согласна на должность бортового врача, капитан, – произнесла она ровным деловым тоном. – Какая у меня будет зарплата и какие правила по расходу медикаментов?

Мужчина удивлённо хмыкнул, но под его усами появилась добрая улыбка. Он легко подхватил её чемоданчик одной рукой.

– Ну что ж… Беру свои слова обратно. Ты не игрушка. Ты, чёрт возьми, настоящий ангел с иглой и ниткой. Мы сработаемся, док. Добро пожаловать на «Полярную Звезду». Только смотри под ноги, когда пойдёшь по трапу. Там третья ступенька шатается.

Лиандра уверенно пошла за ним. Ржавые двери с шипением закрылись за её спиной. Прошлая жизнь в золотой клетке навсегда осталась в прошлом. Впереди ждала лишь бесконечная пустота космоса.

«Именно здесь, в этой холодной грязи, мне придётся стать бесчувственной, чтобы выжить и продолжать спасать тех, кому это действительно нужно», – твёрдо подумала Лиандра.

– Кажется, я немного приуныл, – прохрипел я, глядя, как кусок собственной левой руки с тихим, влажным чавканьем отваливается на металлический поднос.

Медицинский отсек «Рассветного Странника» уже давно перестал быть просто помещением. С тех пор как мы слились с этой махиной, он всё больше походил на желудок гигантского, вечно голодного космического кита. Белоснежные панели скрылись под слоем странной органики. Стены здесь не только тихо гудели от работы генераторов – они мерно пульсировали в такт моему слабеющему сердцебиению. Толстые кабели свисали с потолка, словно мясистые лианы джунглей, тесно переплетаясь с блестящей чёрной биомассой. И пахло тут отнюдь не медицинским спиртом, а горелой проводкой и сырым мясом. Моим собственным мясом.

– Заткнись, Волков! Просто заткнись и не шевелись! – прошипела Лиандра.

Обычно наша корабельная докторша двигалась с неземной, плавной грацией, присущей её расе. Но сейчас от её привычного хладнокровия не осталось и следа. От неё веяло лишь неприкрытой паникой. Её перламутровая кожа побледнела до синевы, а белоснежный халат был щедро измазан моей липкой, чернеющей на глазах кровью. Она с яростью отбросила в сторону очередной хирургический инструмент.