Это было как раз то, что нужно: с одной стороны, набирать форму через игры, а с другой, не форсировать собственное восстановление и к главным матчам сезона подойти в оптимальных кондициях. А они, эти главные матчи, должны были начаться в марте. В первый день весны мы должны были отправиться в Эйндховен, чтобы сыграть с грозным ПСВ, в составе которого вовсю феерил коротышка Ромарио.

Знаменитого в будщем бразильца начали сватать к нам практически сразу, как только он появился в Европе. Ромарио дебютировал в Голландии в конце октября. Сколько получается? Даже полгода не прошло. Всего четыре месяца. А уже на полном серьёзе говорили о том, что этот футболист может усилить любой топ-клуб и нечего ему делать в Голландии, надо как можно быстрее забирать его в «Барселону». Пока «Реал» не подсуетился.

После ухода Линекера и появления в составе «Реала» Мостового и Беланова наша барселонская пресса стала очень нервно реагировать на любые новости, связанные с составом сливочных. Чуть что, сразу крики о том, что «Барселоне» нужно усиление. Тем более что Сергеев, видите ли, показал, что у него хрустальные колени. Где они там разглядели хрустальные колени после того удара, что я получил в Киеве? У любого связки развалятся. Это одному Богу известно. Журналисты в Барселоне в принципе страдают лёгкой формой паранойи. Чуть что, сразу истерика на тему того, что гипс снимают, клиент уезжает.

Кстати, если говорить о «Реале», советские новички не просто пришлись ко двору Королевского клуба, будь он неладен, но добавили команде очень много мощи. Можно сказать, что они взбодрили супер пару Уго Санчес и Бутрагеньо, а заодно и примкнувшего к ним предателя Шустера. Их появление позволило Лео Беенхаккеру существенно замотивировать главных звёзд команды. Парни сходу включились в борьбу за место в основном составе: Мостовой в средней линии вышел в матчах против хихонского «Спортинга» и «Бетиса», а Беланов в атаке сыграл во всех трёх февральских матчах Ла Лиги.

Результаты оказались впечатляющими. На двоих футболисты сборной Советского Союза забили четыре мяча,Беланов трижды, Мостовой один раз, и отдали столько же голевых передач. Здесь распределение было обратным: одна голевая у Беланова, три у Мостового. Учитывая то, что парни присоединились к «Реалу» с колёс, не проходили долгую предсезонку, можно было сказать, что Королевский клуб сорвал с ними банк. Тем интереснее будет матч первого апреля. Судя по всему, как минимум один советский футболист будет противостоять нам с Заваровым.

Прессу Мостовой получил восторженную. Мадридские журналисты, да и не только мадридские, а в принципе все, кто пишет о футболе в Испании, практически хором говорили о том, что у молодого советского футболиста уникальное сочетание качеств. Кто-то сравнивал его с товарным поездом. Складывалось впечатление, что в Испанию второй раз за какие-то полтора года привезли из Советского Союза самого настоящего футбольного уникума. Конечно, все понимали, что это в большей степени авансы. Сравнивать меня и Мостового, мягко скажем, некорректно, особенно учитывая масштаб личности. Но всё равно вслед за журналистами «Марки» и остальная пишущая публика восторгалась игрой Саши и не скупилась на комплименты.

Мне кажется, что, учитывая талант, а он у Мостового действительно огромен, всё у будущего царя в Испании будет очень хорошо. Если обойдётся без травм и если в какой-то момент в уравнение не добавится фактор характера, то он в Мадриде задержится. Что ж, тем интереснее будет наше со сливочными противостояние.

Если бы не моя травма, мы с Катей, конечно, воспользовались бы таким расслабленным февралём и хорошо провели бы время. Когда календарь был свёрстан и мы узнали, что во второй зимний месяц нас ожидает такая лафа, я всерьёз обсуждал с женой возможность того, чтобы нас здесь, в Барселоне, навестили либо мои родители, либо её.

Благо политика Советского Союза в отношении заграничных поездок собственных граждан смягчилась, и смягчилась серьёзно. Вслед за спортивными выездами мало-помалу в капстраны стали отправляться и обычные люди. Само собой, из тех, кто мог себе это позволить. Каждого туриста, который хотел воочию взглянуть на жизнь за железным занавесом, очень тщательно проверяли. Инстанций было штук пять. Но результатом этих хождений по мукам советской охранительной бюрократии чаще всего становилось разрешение и иностранная виза. Так что представители советской технической, да и просто интеллигенции, а что мои, что Катины родители однозначно относились к этому слою населения, конечно же, могли получить все необходимые документы. И при необходимости приехать к нам в гости.

Но не получилось, не фартануло. Вместо расслабленного февраля в кругу семьи у меня получился очень загруженный в плане физической подготовки месяц. Я не хотел выглядеть в самых важных матчах сезона не до конца готовым. Весь февраль усердно работал на базе, зачастую даже оставаясь там ночевать. Тренировался не только в общей группе, но и в рамках индивидуальной подготовки.

Отдельным пунктом этих индивидуальных тренировок стала отработка дальних ударов. Во время матча с «Картахеной» я хоть и забил относительно дальним ударом, но сам качеством этого удара остался недоволен. Как будто до травмы моя дальнобойная артиллерия была более эффективна. А тут что-то не так.

Так что после каждой тренировки, в общей группе или индивидуальной, я всегда оставался дополнительно. И либо с Андони, либо с Унсуэ, нашим вторым вратарём, отрабатывал дальние удары. Притом Унсуэ даже чаще помогал мне в этом. Дублёр Субисарреты как будто сам решил, что и ему это полезно.

Это напомнило мне самое начало карьеры. Точно так же в 83-м, когда я только-только попал в состав «Торпедо», я оставался после тренировок. И бил, бил, бил по воротам. Тогда моим визави и одновременно помощником был Вячеслав Чанов, тогдашний первый номер «Торпедо». А сейчас Субисаррета и Унсуэ. И результатом всей этой работы стало то, что я без доли сомнения, практически с закрытыми глазами, бил с дальних дистанций во время игр.

Уже в следующем матче, в домашней игре против «Эльче», все мои усилия вернулись сторицей. Я вышел в стартовом составе, провёл весь матч от звонка до звонка и без ложной скромности был лучшим на поле.

«Эльче» внезапно решила показать зубы и попробовала атаковать большими силами. Так что и мне, и Бегиристайну, паре фланговых нападающих (Круифф не отступал от своей идеи играть 4−3–3), пришлось хорошо потрудиться на своей половине поля. Именно мы стали первым рубежом обороны «Барселоны». И если слева Бегиристайн всё-таки пропустил одну достаточно опасную атаку гостей, то справа, там, где играл я, всё было буквально зацементировано. Несмотря на попытки воспользоваться моим флангом, у гостей это совершенно не получилось.

После того как мы сдержали этот неожиданный стартовый натиск, сжатая пружина «Барселоны» разжалась. Мы буквально вдавили гостей в их штрафную. Оставшиеся семьдесят минут прошли под знаком сплошной доминации. И мой хет-трик, который я сделал исключительно дальними ударами, логично вытекал из хода игры.

Сами голы получились практически близнецами-братьями. Приём мяча на правом фланге. Рывок в центр. Удар с левой. 30-я минута, 1:0. 40-я минута, 2:0. И 56-я. Повторение, мать учения. Снова приём мяча. Снова рывок в центр. Снова удар. 3:0. Шикарная игра и результат.

Проходит чуть меньше недели, и вот меня аплодисментами встречает Валенсия. Этот город стал для футболиста Сергеева своеобразным вторым домом в Испании. И это на самом деле удивительно.

Вообще сейчас футбольная карта Испании очень сепарирована. Здесь дикостью является то, что кто-то, живя в Валенсии, будет болеть за «Барселону». Житель Виго, не болеющий за «Сельту», это из области фантастики. Принцип «Support your local team», болей за свою местную команду, стоит во главе угла и является абсолютом.